Жаба с кошельком - Дарья Донцова

Я умостилась на шаткой, колченогой конструкции ипринялась лихо фантазировать.

Живу одна, с собаками, детей нет, делать мне нечего, настарость заработала, единственное увлечение, вернее, даже страсть, – этосадоводство. Я готова целыми днями копошиться в земле, чего только нерастет на шести сотках: огурцы, помидоры, вишня, сливы, апельсины…

Выпалив последнее слово, я испугалась, про апельсины этокак-то слишком, но Лариса не выказала никакого изумления. Впрочем, может,существует декоративный померанец? Я-то совершенно не разбираюсь в растениях,но делать нечего, надо продолжать.

Цветов на участке море, свободного места просто нет, безложной скромности заявлю: мой участок лучший в нашем садово-огородном поселке.Есть чем гордиться! Но в нынешнем году приключилось настоящее несчастье.Только-только мой садик зацвел и заколосился, как откуда ни возьмись появилисьшеренги, батальоны и роты грызунов. Гадкие мыши жрут все, что видят, кабачки…

– У вас уже и кабачки выросли? – удивиласьЛариса. – В июне?

Я осеклась; а что, когда они появляются на свет? Вотчерт, следовало перед поездкой почитать какой-нибудь справочник, но уже поздно,надо выкручиваться.

– Нет, конечно, плоды не сформировались, я сказала«кабачки», имея в виду листья и стволы с ветвями.

– Стволы с ветвями?!

Фу, однако я совсем не разбираюсь в огородничестве – начем растут кабачки, а? Ну скажите на милость? Значит, на кустах, а не надеревьях, вон как Лариса удивилась. Решив не заострять ситуацию, я полетеладальше:

– Сжирают все, чистая саранча. Я прорыдала неделю,потому что мышиная армия меня победила. Чем только не прыскала, чего только нелила в землю, их делается все больше и больше, просто руки опустились! Но вчераодна из соседок сказала: «Ты, Дашутка, отправляйся в НИИ ядохимикатов, уних там продают замечательные средства». Вот я и явилась! Сделайте милость,помогите, гибнет дело жизни!

Закончив пламенную речь, я придала лицу самое разнесчастноевыражение, вытянула вперед руки и замерла в этой позе. Просто живая скорбь, ане женщина. Если Лариса сейчас не растрогается, то у нее не сердце, а кастрюля«Цептер» из неспособного помяться металла.

Профессорша вздохнула и внезапно спросила:

– Чаю не хотите? Я в жару всегда горячее пью, оченьтонизирует и, как ни странно, охлаждает.

– Спасибо, – обрадовалась я.

Заведующая включила чайник.

– Насыплю заварку прямо в чашки, ничего?

– Конечно, сама так люблю.

Она вытащила две кружечки, стеклянную банку из-под майонеза,наполненную сахарным песком, гнутые алюминиевые ложечки и упаковку «Ахмата».

– Мне жаль вас огорчать, – пробормотала она, наливаякипяток, – но магазина при нашем НИИ не было никогда, мы не торговалиядами ни в советские времена, ни сейчас. Да и понятно почему, здесь не фабрика,не производство, а научный центр.

– И ядов у вас нет?

Лариса усмехнулась: