Три капли на стакан - Анна Орлова

Двое дюжих полицейских стояли в паре шагов. Остальными командовал Эллиот.

– Не нужно! – встрепенулась я. – Мы лучше домой поедем.

Не хватало здесь только врачей. Как им объяснить кровь, следы пули? Бишоп-то уже цел.

– Вы сможете добраться одна? – уточнил полицейский скептически. – Давайте я выделю машину.

Я представила, как мы подъезжаем к «Бутылке» со всей помпой – с мигалками, полицейскими в форме… Бишоп потом меня растерзает.

– Вызову такси, – пожала плечами я, пытаясь незаметно вытереть испачканные в крови пальцы.

– Не нужно, – встрял подошедший Эллиот. – Я сам вас отвезу. Чуть позже, когда тут закончу.

– На твоей тарантайке? – хрипло подал голос Бишоп. – Уволь.

– На твоей, на твоей. Только не дергайся.

Лейтенант махнул подчиненным, и те помогли Бишопу подняться.

Устроили на лавочке, помялись рядом.

– Идите, я с ним побуду, – тихо сказала я.

Полицейские утопали в дом, откуда доносились властные команды лейтенанта.

Суетились медики возле раненого, дюжие парни паковали в мешок убитого.

А Бишоп сидел, раскинув руки. Он зажмурился и подставил лицо солнечным лучам.

– Думал, каюк мне. Отбегался.

Я опустилась рядом.

– Все позади.

И сама же скривилась. Что за банальности?

Бишоп распахнул глаза – усталые, в красной сетке полопавшихся сосудов.

– Зачем ты это сделала, Эмили?

Выглядел он живописно: рубашка без единой пуговицы, пятна крови на пиджаке, измятые и запачканные брюки.

– А я должна была просто смотреть? – резко ответила я.

Отвернулась. Интересно, куда подевалась моя сумка? Не помню.

– Да, – проронил Бишоп. – Он же теперь от тебя не отстанет.

– Выкручусь, – легко солгала я.

Думать о плохом не хотелось. Слишком много всего случилось. Слишком все это…

Страх за Бишопа схлынул, оставив изнеможение и дрожащие руки.

И вопрос.

– Ты сказал… – я с трудом находила слова. – Признался, что…

– Забудь! – перебил Бишоп резко. – Я ничего не соображал от боли и потери крови. Выкинь из головы.

Я прикусила губу и отвернулась.

– Почему?..

Вопрос повис в воздухе.

Бишоп не собирался отвечать. А я не собиралась забывать.

На выглянувшего из дома Эллиота я посмотрела почти с радостью.

Зря я завела этот разговор. Не время.

– Мисс Вудс! – позвал лейтенант. – Зайдите на минутку.

Я с сомнением покосилась на Бишопа, который снова смежил веки. Выглядел он неважно: усталые морщинки возле губ и на лбу, глубокие тени у глаз, бледность… Хотя это понятно, такая кровопотеря даром не проходит.

– Иди, – глухо сказал Бишоп. – Раньше закончим – раньше уедем.

Я кивнула, забыв, что он меня не видит, и поднялась.

Пообещала зачем-то:

– Я быстро!

Бишоп не ответил…

Эллиот вежливо посторонился, впуская меня. Бросил короткий взгляд на неподвижного Бишопа, дернул уголком рта.

– Мисс Вудс, взгляните вот на это, – он махнул рукой на прилавок, где были разложены альбомы. – Их даже не пришлось искать, прямо на виду лежали.

Я подошла, склонилась над фотографией на развороте.

Большой семейный портрет. Толпа взрослых и целый выводок светловолосых детей.

Хм, похоже, в семье Толбота рождалось много двойняшек. Такие вещи передаются по наследству, так что были тут и взрослые близнецы.

Я машинально рассматривала смутно знакомые (скорее всего из-за типажа) лица… И тут взгляд зацепился за темную макушку.

Красивая блондинка стояла, положив руки на плечи черноволосого мальчика. И ни намека на мужчину рядом.

– Полукровка! – выдохнула я.

– Именно, – Эллиот неслышно приблизился. Встал рядом, наклонился. – Поэтому мы и не могли его найти. Вы лупу возьмите.

Мальчика на фото я узнала сразу. Тонкий, как былинка, лет восьми-девяти… Но лицо взрослое, серьезное. Лицо будущего доктора.

– Доктор Блейз! – выдохнула я.

– Доктор? – переспросил Эллиот каким-то странным тоном и аккуратно закрыл альбом. – Не думаю. Высшее медицинское образование только для брюнетов. Полукровка никак не мог его получить.

– Значит, он… – я задержала дыхание, не в силах поверить.

Эллиот пожал плечами.

– Подделал документы, скорее всего. И биографию выправил. Думаю, он и есть тот, кого мы искали – загадочный родственник Толбота. Только убейте, не пойму, как он мог провернуть этот финт. Он же брюнет!

Я вцепилась в край стойки и тупо смотрела на фотографию. Фотографию, где так много двойняшек – и очень одинокий мальчик.

– Проклятье! – прошептала я почти восхищенно. – Не может быть…

– Что? – нетерпеливо спросил Эллиот.

– Смотрите, – я ткнула пальцем в снимок, – видите, сколько двойняшек?

– Близнецов? – уточнил он.

– Нет, – я покачала головой и улыбнулась. – Двойняшек. То есть детей из разноплодных беременностей.

Он нахмурился.

– Не понимаю.

Кончик его носа забавно подергивался. Прямо пес, ищущий след.

Я вздохнула, присела и попыталась объяснить:

– Двое детей могут получиться из одной яйцеклетки. Тогда они – копии друг друга. Половинки с одинаковой наследственностью.

Эллиот чуть подался вперед.

– И одинаковой магией? – сообразил он.

– Да, – я поерзала и продолжила: – А бывает, когда в одной беременности – двое совсем разных детей. Я читала статью, где говорилось о блондинке и брюнете – двойняшках-полукровках.

Рот лейтенанта округлился в потрясенном «О».

Он прикрыл глаза, побарабанил пальцами по стойке.

– А магия? Какую магию они получили?

– Обычную, – ответила я быстро. Тоже ведь интересовалась. – Каждый свою, как положено.

Эллиот поджал тонкие губы.

– Не сходится. У Блейза наша магия…

– И нет сестры, – перебила я.

Эллиот покосился на меня.

– При чем тут это?

Он положил руку мне на плечо. Проверяет? Пусть!

– Притом! – отрезала я, в запале не сразу заметив, что повысила голос. Эллиот поморщился, и я продолжила на тон тише: – Извините. Вы знаете, что при двуплодной беременности не всегда рождается двое детей?

Лейтенант смотрел на меня, как баран на новые ворота.

– А куда девается второй ребенок?

– Погибает, – ответила я просто. – Или срастается с первым. Это может быть даже незаметно – небольшая шишка под кожей.

В женской физиологии лейтенант понимал мало. А вот думать умел.

– Думаете, наш случай? – спросил он напрямик.

– А у вас есть другое объяснение? – вопросом на вопрос ответила я. – Не зря же Блейз так интересовался наследованием магии! Он притворялся, что ничего в этом не понимает, но не особо успешно.

Эллиот медленно покачал головой.

– Значит, магия сестры? М-да… Но как это проверить?

– Извините, лейтенант, – я развела руками. – Тут я вам не помощник.

– Проклятье! – Эллиот хлопнул по стойке, заставив меня вздрогнуть. – Он же послезавтра уезжает! Хотя… – он почесал щеку. – Есть у меня одна идейка…

***

Косые струи дождя забирались под зонт.

Тушь бы не потекла… О чем я думаю?

И не скажешь, что вчера было такое замечательное солнце! Снова лупит дождь, снова серость и уныние.

Когда Эллиот все же отвез нас в «Бутылку», Бишоп тут