Бог мелких пакостей - Марина Белова

– О времена! О нравы! Кошмар! – подобно Цицерону воскликнула Алина. Она поднялась со стула и перебралась в центр кабинета на открытое пространство, собираясь продолжить свою обличительную речь. – За тысячу долларов застрелить ни в чем не повинную девушку?! А потом следом отправить на тот свет ее отца?! Одно преступление прокладывает путь другому. Что может быть страшнее? Может мне кто-нибудь сказать, что будет с этим юношей? Как он закончит свою жизнь? А с нами что будет? Что будет с нашей страной, если в ней подрастает такое поколение? Без морали, без принципов?

– Я вот о чем подумал, – перебил ее Воронков. – Что стоило Диме пальнуть в вас?

Алина поперхнулась на полуслове, такой вариант ей в голову не приходил.

– Как так – пальнуть в нас?

– Чтоб глубже не копали. Откуда он знал, что у вас на уме? Вы должны быть благодарны Клавдии Андреевне за то, что она вовремя изолировала Диму.

– А у него и ружье было? Одно ведь он утопил?

– Ружье? Было. Мелкашку он утопил, но у отца остался дробовик. Вот с ним он и приехал.

– Против меня? Дробовик? Сергей Петрович, вы хотите меня обидеть? – самолюбие Алины было уязвлено.

– А вы думаете, дробовиком вас нельзя убить? Еще как можно, не сомневайтесь, – утешил ее Воронков.

У Алины от подобной наглости задрожал подбородок.

– Совсем не то я имела в виду, – сквозь зубы процедила она.

– Что, мог шкурку попортить? – отомстил Воронков Алине за все те колкости и нравоучения, которыми она каждый раз щедро его потчевала.

– Сергей Петрович, – вмешалась я. – Вы с Алиной как дети – не упускаете случая подколоть друг друга. Скажите лучше, неужели вы так точно просчитали Диму?

– К сожалению, его кандидатуру на роль убийцы мы сначала даже не рассматривали, – чистосердечно признался Воронков.

– Я же говорила, он воспользовался нашей интуицией, – тут же отреагировала Алина, словно она изначально не сомневалась в том, что Дима и есть убийца. – Это мы навели его на след преступника, мы! – Она торжествующе посмотрела на Воронкова, но, встретившись с его колючим взглядом, слегка сбавила обороты: – Только, чувствую, Мариночка, благодарности мы и на этот раз не дождемся.

– Правильно чувствуете, – пробурчал капитан.

– И все же, Сергей Петрович, как вы здесь оказались, если даже не знали о Димином существовании?

– Вчера утром в полицию пришла Лиза. Она поняла, что ее брат слишком далеко зашел и он не остановится до тех пор, пока не убьет Нину. А если кто-то станет у него на пути, то уберет и его.

– Значит, она сдала брата? – то ли с осуждением, то ли с восхищением спросила Алина. – Ему же за убийства такой срок светит…

– Видите ли, на самом деле с парнем не так все просто: он находится на учете у психиатра. У него и раньше были проблемы в общении со сверстниками, отсюда и проявление ничем не обоснованной жестокости. В прошлом году в школе он сильно поколотил одноклассника. Дело замяли, а Диму перевели в другое учебное заведение.

– Если я правильно вас понимаю, Диме назначат психиатрическую экспертизу и вместо тюрьмы он попадет в клинику?

– Да. Плюс ко всему он несовершеннолетний.

– Ага, вот оно, наше хваленое правосудие, – живо откликнулась моя подруга. – Кто-то убивает – и ему ничего, а кто-то кошелек стянет – и… ему тоже ничего, – сгоряча ляпнула она. Спохватившись, прикрыла рот рукой и, смущенно глядя на Клотильду, произнесла: – Но ведь это правда?

Клотильда Андроновна промолчала.

– Правда, – подтвердил Воронков. – Но на то есть суд. Давайте-ка, я вам расскажу все до конца – недолго уже осталось. Итак, Лиза мне сообщила, что Дима уехал в Михайловский. Где искать Нину, он не знает – едет наудачу. Рассказала она мне и о двух женщинах, которые тоже хотели найти Нину. По описанию, данному Лизой, я понял, что речь идет о вас. Поэтому не особенно удивился, когда увидел знакомый «Опель» у ворот «промзоны».

– Вы сразу поехали в строительное управление?

– Да, и вы, и Дима опережали меня на три часа. Ходить искать соседей было уже некогда – я решил начать свои поиски с места работы Красина. Почему? Взрослого мужчину легче запомнить, чем малолетних девчонок. К тому же я рассчитывал, что у Красина были друзья, которых помнила Нина и в случае нужды могла к ним обратиться. Потом я заметил Алину Николаевну, с ней был молодой человек, но не Дима. Димина фотография лежала у меня в кармане. Алина Николаевна меня тоже заметила и… спряталась. Я сделал вид, что в упор ее не вижу, прошел до ворот, заглянул в будку вахтера и стал наблюдать за ее действиями. В какой-то момент она и ее спутник разделились, он вошел в здание, она осталась снаружи. Потом ей позвонили на мобильный телефон, и она спешно пошла к воротам, только не к главным, а к тем, что находятся в другом конце «промзоны».

– Так вы видели, как меня в бессознательном состоянии увозят? И не вмешались? – Алинино возмущение, подобно цунами, окатило Воронкова с головы до пят. – Как вы могли? Беззащитную женщину запихнули в старую иномарку, а вы стояли и смотрели.

– Все произошло слишком быстро, – поторопился оправдаться Сергей Петрович. – Я побежал к своей машине. По пути столкнулся с вашим спутником. Познакомились мы уже в дороге. Все остальное дело техники.

– Какой техники? – продолжала дуться Алина. – Вы меня не отбили! Бросили на погибель! Мы могли пропасть без вести!

– Ну это вы уж зря. Я проводил машину до этого дома, узнал у коллег, кому он принадлежит. Так что напрасно вы на меня нападаете. Мы с Валентином, чтобы не пороть горячку и не спугнуть мальчишку, решили немного понаблюдать за домом.

– Но Дима в это время уже был в плену у Клотильды Андроновны!

– Мы ведь этого не знали! И кто такая Клавдия Андреевна, тоже не знали. Сведения о ней мне только сегодня утром пришли. Я вообще не понимаю, почему вы так возмущаетесь? Я что, должен был брать дом штурмом? По-моему, вы преспокойно сами вышли.

– Преспокойно? Ну, знаете… – От нахлынувших эмоций Алина не могла подобрать нужных слов, чтобы объяснить, какие чувства мы испытывали, удирая отсюда вчерашней ночью. – Вы бессердечный, бездушный, толстокожий…

– Все, достаточно, – прекратила я перепалку Алины с Воронковым. – Я хочу домой. Сергей Петрович, отвезите нас к машине, я обещала мужу к вечеру быть дома.

– А разве вы не останетесь на обед? – спросила Клотильда Андроновна. – Свежая свининка, грибочки… Ниночка вам обрадуется.

– Нет, спасибо, – отказалась я. – Дома пообедаем и поужинаем заодно. А Ниночке с Валентином сейчас не до нас. Кушайте в узком семейном кругу, а нам нужно еще заехать к Роме в больницу. Кто же знал, что его здесь аппендицит скрутит? Право, не знаю, как парня в районной больнице оставлять? Но после операции ему хотя бы дня три надо полежать.

– За парня вы не переживайте, – успокоила меня Клотильда. – Я дам распоряжение – и еда будет та, что надо, и сиделка постоянная. А как швы ему снимут, машиной в город отправлю. Не волнуйтесь, все сделаю.