Возвращение блудной мумии - Ирина Волкова

В замке входной двери заскрежетал ключ, а несколько секунд спустя в спальню заглянул улыбающийся Эстевез.

В одной руке он держал большой шоколадный торт в прозрачной пластиковой упаковке, а в другой — выброшенный мною пульт дистанционного управления.

— Что это за запах такой? — поинтересовался Марио. — Даже на лестничной клетке чувствуется. А это что за штука? Я ее в коридоре нашел. Кнопки тут какие-то.

— Не трогай! — хотела предупредить я, но опоздала.

Мой любопытный novio уже успел ткнуть пальцем в кнопку, приводящую в действие мешочки со смехом.

Соревнуясь Друг с другом, “загробный гомерический хохот”, “агония кровавого вурдалака” и прочие “убойные сюрпризы” вновь превратили квартиру в миниатюрное подобие ада.

Вздрогнув от испуга, Марио выронил торт.

— Ункулункулу, — посеревшими от ужаса губами прохрипел Бонгани.

Его глаза закатились, и негр, покачнувшись, родосским колоссом обрушился на коробку с моим любимым деликатесом.

В тот вечер судьба явно отвернулась от меня.

* * *

Шоковое воздействие на психику заметно сказалось на Бонгани. Не знаю, как насчет кардинального пересмотра жизненной позиции, но настроение его явно изменилось. За завтраком некогда жизнерадостный тсонга был мрачен и задумчив, зато Ник явно повеселел и сиял, как начищенный пятак.

— Ты хотела сделать из меня пирожки, — обвиняющим тоном заявил Бонгани. — Ты собиралась расчленить меня и скормить собакам. Он мне все рассказал.

Я возмущенно посмотрела на Миллендорфа.

— Предатель.

— Разделяй и властвуй, — усмехнулся тот.

— Зато ты меня похищал, — сказала я. — Ты угрожал мне пистолетом. Если ван дер Варден прикажет, ты меня убьешь, даже не поморщившись. Разве не так?

— Может, и убью, но пирожков из тебя точно не сделаю. И собакам тебя не скормлю.

— Надо же, какое благородство! — съязвила я. — Врешь ты все. Если твой чокнутый хозяин потребует, ты из меня не то что пирожки — равиоли налепишь.

— Ункулункулу, — загробным голосом произнес Ник. — Они все видят. Негр вздрогнул.

— Ты что, спятил? — понизив голос, прошипел он. — Никогда не произноси это слово. Миллендорф гомерически захохотал.

— А на меня твои негритянские чертики не действуют. Это за тобой они придут. Ункулункулу. Сюда! Утащите в ад этого черножопого преступника! Ункулункулу. Ункулункулу. Ункулункулу.

— Прекрати! — яростно хрястнул кулаком по столу Бонгани.

— Все! С меня хватит! — разозлилась я. — В Зоопарке вас следовало бы рассадить по разным клеткам и как можно дальше друг от друга. Значит, так. С одним из вас сегодня я вылетаю на Канары, чтобы прощупать “Братство воителей добра”, а другой отправится в Канны к “Детям высшей реальности”. Кто поедет со мной?

— Я, — сказал негр. — Я должен за тобой присматривать.

— Камикадзе, — покачал головой Миллендорф. — Мало тебе было вчерашнего. Если бы мне пришлось выбирать между нею и Ункулункулу, клянусь дедушкиным наследством, я бы предпочел твоих черномазых чертиков. С ними намного безопаснее.

Бонгани скрипнул зубами.

— Значит, договорились, — подытожила я.

* * *

Самолет приземлился в аэропорту Рейна София, в южной части острова Тенерифе. Из-за наплыва туристов взять машину напрокат не удалось, так что к “Воителям добра” пришлось добираться на такси.

— А, вы к сектантам, — усмехнулся таксист, выяснив, что нам нужна усадьба “Торре Абракадабра”, расположенная неподалеку от поселка Лос-Караколес.

— Вы их знаете? — оживилась я.

— Эти мошенники все одинаковы, — махнул рукой таксист. — Гребут денежки под предлогом спасения мира. Хорошо хоть у нас на острове до массовых самоубийств дело так и не дошло. Некоторые секты призывали таким образом подготовиться к концу света, который якобы должен был наступить в двухтысячном году. Нашлись идиоты, которые отдали сектантам все свои сбережения, даже имущество продали, чтобы в преддверии Страшного суда купить себе теплое местечко на небесах. Теперь судятся, да толку никакого. Мессии с их денежками давно в Южную Америку перекинулись. К очередному концу света там готовятся. Вы что же, тоже в секту решили записаться?

— Нет, — покачала головой я. — У меня подруга пропала. Есть подозрение, что она могла вступить в “Братство воителей добра”. Вам случайно не доводилось видеть этих “братков”? Возил я к ним пару раз пассажиров. Один мне всю дорогу пытался мозги запудрить каким-то там позитивным мышлением. Мы, говорит” если объединимся, победим этим самым мышлением силы зла, которые стремятся уничтожить землю. Ну, я его, естественно, послал, так этот придурок назвал меня наемником армии тьмы, продавшим душу великим энергетическим паразитам. Сначала я хотел в морду ему двинуть, а потом передумал и просто покатал недоумка лишний час по окрестностям. Он как на счетчик глянул, сразу о позитивном мышлении позабыл.

— А этих девушек вы не видели?

Я протянула таксисту фотороботы Евы и Катрин.

— Какая из них твоя подружка?

— Вот эта.

Я указала на Еву.

— Знакомое лицо. Поручиться не могу, но, кажется, я возил ее.

— Возили? Куда? Случайно, не в “Торре Абракадабра”?

— Нет, туда точно нет. У меня столько людей каждый день перед глазами проходит — всех не упомнишь.

— Может, попробуете, — взмолилась я. — Вдруг получится.

— Вот черт! Вертится что-то в памяти… Кажется, это было в южной части острова. Или в северной? Вспомнил! Это случилось месяцев пять назад. Я подбросил компанию туристов к пирамидам. Ваша подружка села в машину у пирамид и попросила отвезти ее в город, кажется, в Санта-Круз. Ручаться за то, что это была девушка с портрета, я не могу, но сходство несомненное.

— Спасибо, — сказала я.

Дорога, петляя среди холмов — голых, буровато-серых и мрачных, как посыпанный пеплом череп, уводила нас прочь от берега. Отели и многоэтажные здания “апартаментов” остались далеко позади. Навстречу попадалась лишь россыпи небольших белоснежных домиков, крытых красной черепицей.

Шоссе свернуло к северу, плавно огибая подножие вулкана Тейде. Из мертвого, выжженного солнцем юга мы незаметно переместились во влажную и прохладную часть острова. Небо заволокли тучи. Бурые и серые тона сменились зеленью, а растрескавшаяся вулканическая почва — тенистым сосновым лесом.

Такси притормозило около ворот.

— Приехали, — сказал таксист. — С вас шесть тысяч песет.

* * *

Забор был глухим и высоким. Потоптавшись перед воротами, мы отошли в сторону и сели в тени под деревьями. Следовало выработать план действий.

— Для начала я внедрюсь в их организацию под видом новообращенной, — чувствуя прилив восторженного шпионского энтузиазма, заявила я. — Ты будешь меня прикрывать.