Кровавый гороскоп - Эш Бишоп

И Бобби нажал на спусковой крючок.

Щелк.

Аббатиста радостно улюлюкнул. И, довольный, откинулся на спинку стула.

Астра всхлипнула.

– Он нажал! Поверить не могу, – воскликнул Тимур и вскочил, вращая глазами. – Будь там пуля, она бы в меня попала! Вылетела б из башки прямо мне в лицо! Почему никто не сказал, что он действительно это сделает?

– Бобби – человек веры. Даниил во рву со львом! Лучше всегда стоять позади него, – ответил Аббатиста.

Тимур последовал совету: не отрывая пистолет от головы Бобби, он скользнул дулом по волосам до впадинки на затылке.

– Ты справился, но вероятность была двадцать процентов, – сказал Аббатиста. – Это, безусловно, достижение, только вряд ли оно доказывает божественное присутствие, – Аббатиста кивнул на револьвер. – Давай-ка повторим.

Бобби снова приставил револьвер к правому виску. Колени и руки у него тряслись. Дуло пришлось крепко прижать к голове, чтобы оно не прыгало.

Глаза Астры пеленой застилал страх.

– Не надо больше, – взмолилась она. – Пусть он делает, что хочет.

Слева от Бобби послышалось шуршание – он обернулся и увидел, как Райф затаскивает Майло на диван. Питбуль семенил следом, слизывая капающую с шеи Майло кровь. Рядом уже стояло ведро с мыльной водой. Райф взял швабру и осторожно попытался отогнать пса от головы Майло.

Бобби до крови закусил нижнюю губу и спустил курок.

Щелк.

– Зарядить не забыли? – обратился он к Аббатисте.

Аббатиста одобрительно рассмеялся. Тимур стоял довольный, выпятив грудь.

Бобби опустил пистолет к столу, понадеявшись, что Тимур не сочтет это за угрозу и не пристрелит его, как приказывал Аббатиста. Силы почти покинули его. Словно он только что пробежал марафон.

Шансы, что в следующий раз произойдет выстрел, значительно возросли. Теперь оставалось лишь направить пистолет в нужную сторону.

Он повернулся на стуле лицом к Тимуру, и тот сразу приставил пистолет ему ко лбу. Упираясь головой в дуло, Бобби поднял глаза.

– А ты не против его интрижки с Роной? Я вчера ночью видел, как они трахались.

– Если б меня это волновало, ничего бы не было, – отрезал Тимур.

– Он прав, Терри? – спросил Бобби.

От вопроса Аббатиста отмахнулся и издал несколько звуков, которые никак не могли сойти за ответ.

– Не пытайся нас уболтать. Тебе поможет только бог.

Но Бобби не унимался.

– Забавно, что великий олимпиец, достигший апогея физических возможностей, позволяет кому-то забавляться со своей подружкой, когда тому вздумается. Не собираюсь тебя осуждать, но…

Не успел Бобби закончить, как Тимур со всего размаху залепил ему пистолетом по щеке. Кожа в месте удара лопнула, и Бобби почувствовал, как струйка крови побежала с подбородка на шею. Его повело даже больше, чем он ожидал. Он успел приподнять свой «Смит и Вессон» дюймов на шесть, но тот вылетел из пальцев и запрыгал по столу.

– Фу, как некрасиво, Бобби, – сказал Аббатиста. – Не стоит его провоцировать. Он очень мне верен.

– Особенно с четвертью миллиона долларов, – заметил Бобби, потирая окровавленную щеку. – Тимур, я дважды твой должник.

Аббатиста снова поднес пистолет к виску Бобби и вложил ему в пальцы.

– Пора проверить следующее гнездо барабана.

– Что вы сделали с Лесли Консортом?

– Я досчитаю до пяти. Если к моменту, когда я скажу пять, он не спустит курок, хочу, чтобы ты его пристрелил. Хорошо, Тимур?

– С удовольствием, – хмыкнул Тимур.

Бобби глубоко вздохнул и начал молиться: «Боже, мы оба знаем, что нехорошо тебя испытывать. Но, пожалуйста, позволь Астре, Майло и мне пережить все это, а если Майло мертв, упокой его душу на небесах».

Аббатиста хотел было ответить, но лишь расплылся в снисходительной улыбке.

– Раз.

Бобби поудобнее взялся за рукоятку. Тимур уже злился. Можно было снова его подразнить и выстрелить вслепую, сбив в сторону его пистолет. Бобби старался не замечать удобно примостившееся на затылке дуло.

– Два.

Оставалось три гнезда. А значит, даже если он захочет выстрелить в Тимура, вероятность осечки – шестьдесят шесть процентов. Со лба капал пот, и держать пистолет становилось все тяжелее.

– Три.

«Боже? Есть ли ты на небе?»

– Четыре.

Бобби спустил курок. Откуда-то раздался выстрел, в комнату ворвался свет, огонь и шум. Бобби рухнул назад вместе со стулом, тело свело судорогой от нервного напряжения. Почти у самого пола он увидел, как в шести футах от него в это же время и с той же скоростью падает Райф. Тело Райфа повалилось на Майло и безжизненно откатилось в сторону.

Снова выстрел. Стеклянная сервировочная ваза разлетелась вдребезги, и по деревянной столешнице разлилась вода. Аббатиста пригнулся. В дверь вошел Элай, наставив на Аббатисту дымящийся пистолет. Вообще-то, вошел – не совсем верное слово. Он ввалился, правой рукой зажимая живот. Сквозь его пальцы сочилась кровь.

Тимур прыгнул под стол, и Бобби тут же бросился на серба-олимпийца. Двумя руками он схватил Тимура за кисть и выбил пистолет. А затем ударил что есть силы по макушке, и Тимур обмяк.

Элай выстрелил снова. В это мгновение Рона быстро сползла с дивана и укрылась за телевизором, поджав под себя ноги. На мгновение воцарилась тишина, которую нарушил протяжный рык питбуля. Элай слишком поздно заметил опасность. Слишком глубокой была рана, а мозг затуманился от боли и потери крови. Он выстрелил еще раз, но питбуль был уже совсем близко – летел по воздуху прямо к горлу Элая. Тот успел выставить перед собой руку с пистолетом, и каменные челюсти пса сомкнулись у него на локте.

Две тысячи лет назад предки этой собаки шли в бой вместе с древнегреческими воинами. Следующие два тысячелетия породу разводили по всей Европе – натаскивали, устраивали бои, а потом перевезли через океан к американской границе, где последовали еще два века безжалостных игр. Так что к битве с Элаем пес был готов. Элай с криком упал на колени и затряс рукой. Питбуль висел у него на локте, как пойманная на удочку акула. Обезумевший от боли Элай свободной рукой пытался выцарапать собаке глаза.

– Держи ее подальше! – прокричал Бобби. – Не давай добраться до тела!

Он бросился за пистолетом Тимура, но тот был погребен под могучей тушей. Зато Бобби обнаружил «Смит и Вессон». Перекувыркнувшись, он схватил его и тут же выстрелил в болтавшееся на руке Элая животное.

Щелк.

Он выстрелил снова. Пуля прошла сквозь шею пса, и тот грохнулся на землю.

Элай стоял на коленях, поглаживая разодранный локоть.

Аббатиста сориентировался куда быстрее. Старик выскочил