Матрешка в перьях - Дарья Донцова

Киса показала на меня пальцем.

– Ай, умница! – похвалила Ксения.

– Киса, иди сюда, – попросила я.

Девочка сдвинула брови, но послушалась. Я взяла ее на руки.

– Леня, ты снимаешь? – спросила Ксения.

– Есть сомнения на сей счет? – огрызнулся оператор. – Займись своим делом. Картинка шикарная, но нужно о малышке пару слов.

– А кого Киса принесла? – просюсюкала репортер.

– Егора, – нехотя ответила девочка, – мы его с Лампой вместе собрали, только у него…

– Крупняком пупса возьму, – пробормотал оператор. – Деточка, подними куколку, ее тогда в телевизоре покажут.

– Зачем? – спросила Киса.

– Не понял, – удивился Леонид. – Что зачем?

– Зачем Егору в телевизор? – уточнила Киса. – Ему и без него хорошо.

Я ухмыльнулась, Ксения скорчила гримасу.

– Киса, ты любишь Буратино?

Девочка не успела ответить, потому что Леонид спросил:

– Эй, а что это у него с носом?

– Кого ты имеешь в виду? – деловито осведомилась журналистка.

– Игрушку, – буркнул Леонид. – Ну жесть! Франкенштейн!

Мне стало обидно.

– Егор очень симпатичный.

– У каждого свой стандарт красоты, – дипломатично заметила Ксения, прищурилась и взвизгнула. – Ну ваще! Что за дрянь сейчас выпускают…

Глянув на лицо пупса, я разинула рот. А вы бы как поступили, увидев, что у Егора вместо носа торчит большой палец ноги?

– Это Лампа воткнула, – радостно сообщила девочка. – Мы собирали Егора, я за водичкой побежала, и она без меня его доделала.

Я напрягла память. Действительно, я захотела пить, отправила малышку на кухню, а сама решила завершить сбор игрушки. На столе лежали две последние детали, нос и большой палец ноги.

– А носик вот где, – доложила Киса и потрясла ногой пупса. – Егор теперь ножкой дышит, поэтому я ботиночки ему не надеваю.

Я судорожно вздохнула. Помнится, нос игрушки никак не влезал на место, пришлось поднажать, раздался щелчок… Я перепутала нос с пальцем!

– Почему раньше никто ничего мне про Егора не сказал? – помимо воли вырвался у меня вопрос.

Роза Леопольдовна обиженно вздернула подбородок.

– Я многократно пыталась, но вы говорили: «Об игрушке потом, сейчас мне некогда».

– Снято! – объявил Леонид. – Прекрасная сцена. Живо, свежо, по-домашнему. Теперь собаки. Киса остается на коленях у Лампы. Камера! Мотор! Начали! Псы! Эй, зовите их…

Я ощутила головокружение и подкатывающую тошноту.

– Муся! – завопила Киса.

Раздалось сопение, цокот когтей, и в санузел внеслись мопсихи с Боней. Тут только до меня дошло, по какой причине их нарядили, как на Новый год, и почему на девочке самое красивое платье. Роза Леопольдовна абсолютно не сомневалась в том, что уговорит меня на идиотскую съемку, и нарядила всех участников действа заранее.

– Берите банку, – скомандовал Леонид.

Я потянулась к фарфоровой емкости.

– Нет, – остановил оператор, – с прямой спиной и глядя в камеру. Смотрите, чтобы корона не свалилась, не шевелите головой.

– Погодите, – засуетилась Ксюша, – самое главное забыли! Лампа, надо произнести слоган рекламы унитаза.

– И какой у нас слоган? – испытывая желание придушить сначала няню, потом Мирона, а следом всю съемочную группу, поинтересовалась я.

– Какое счастье, когда есть «Розовое счастье», – продекламировала Ксения. – Сначала вы гладите Кису, затем отрываете кусок туалетной бумаги, говорите эту фразу, берете печенье, угощаете всех, встаете и уходите. Роза, как только унитаз освободится, ваша задача нажать на кнопку смыва. О’кей? Лампа, вы готовы? Поехали!

– Тот, кто командует съемкой, стоит за камерой, – разозлился Леонид. – Мотор! Начали! Лампа!

Я провела ладонью по волосам Кисы, схватилась за рулон, затем, быстро выпалив идиотский слоган, начала наклоняться вбок, стараясь не согнуть спину. Эта задача оказалась совсем не простой. Чтобы корона не съехала с макушки, я изо всех сил напрягла шею и постаралась не шевелить головой. Киса ерзала на моих коленях, собаки пытались запрыгнуть на девочку. В какую-то секунду я поняла, что теряю равновесие, хотела вернуться в вертикальное положение, но не смогла. Сила земного притяжения победила, я завалилась на бок, Киса с радостным хохотом упала на пол, Фира, отчаянно сопя, вспрыгнула ей на спину, Муся разразилась звонким лаем и принялась нарезать круги по санузлу, Боня заскакал на задних лапах…

В этот момент Краузе откинула крышку стульчака и ткнула пальцем в красную клавишу. Послышался странный чавкающий звук.

Я рухнула около малышки. Корона почему-то взлетела вверх, а затем спланировала прямо в «Розовое счастье». Раздался раскат грома, из биотуалета, заливая все вокруг, забил фонтан воды.

– Беги, дед Мазай, нехай зайцы тонут! – завопил Леонид и с камерой бросился в коридор.

Краузе подхватила Кису и побежала за оператором. Собаки погалопировали следом. Ксения понеслась за ними. Я осталась в санузле одна – вечернее платье мешало оперативно подняться. После нескольких неудачных попыток мне удалось встать на четвереньки, я медленно поползла к двери. «Розовое счастье» за спиной заорало паровозной сиреной, мне на голову упало что-то небольшое, легкое, и тут раздался звонок в дверь.