Колючки в брачной постели - Дарья Калинина

Подруги знали, что близкие не сказали тете Люде, что именно сегодня хоронят ее сестру и племянницу.

– Врач запретил нам ее беспокоить, – объяснила подругам Соня. – Сказал, что эмоциональные перегрузки сейчас для пациентки нежелательны.

Как поняли подруги, желание похоронить свою сестру и племянницу как можно быстрее тетя Люда высказала, еще находясь в полубессознательном состоянии. Братья поспешили выполнить желание матери. Но сейчас, полностью очнувшись и придя в себя, тетя Люда о своей просьбе совершенно забыла.

Однако приготовления к похоронам были сделаны, останавливать процесс было поздно. И Ренат с Тимуром приняли, может, и не слишком правильное, но единственно возможное в данной ситуации решение. Они ничего не сказали матери о сегодняшних похоронах и предупредили всех родственников, чтобы те тоже держали язык на зубами.

– Вот поправится она, тогда мы уж ей осторожненько сообщим. На могилку к ним свозим, пусть поплачет. А так сейчас маме лишний стресс не нужен.

Поэтому предупрежденные ими подруги кинулись к больной с изъявлением самой бурной радости и счастья.

– Тетя Люда! Как вы?

– Как прекрасно вы выглядите!

– Вам уже лучше?

– Мы так рады, что вы остались живы!

– Мы за вас переживали!

– А, девочки, спасибо, что зашли, – приветливо улыбнулась им в ответ больная. – Знаете, как ни странно, мне уже заметно лучше. Вчера было еще не очень хорошо, а сегодня совсем другое дело.

– Но тетя Люда… Вас хотели убить! Вы знаете, кто на вас наехал?

Тетя Люда снова помрачнела и произнесла:

– Не знаю. Я ведь так и не поняла, что со мной случилось.

– Вы ничего не помните?

– Помню удар, а потом чьи-то крики. И все. Очнулась я уже в больнице.

– Врачи даже не надеялись, что вы придете в себя.

– Ну, как же я могла умереть, – снова улыбнулась тетя Люда. – На мне же внуки. И дети… Ох, сколько мне еще нужно успеть прежде, чем я смогу успокоиться.

– Тетя Люда… Вы ведь осознаете серьезность ситуации? Вы нам скажете, кто убил вашу сестру и покушался на вас саму?

– Я не знаю.

– Тетя Люда!

– Я не знаю, но я… но я догадываюсь.

– И кто?

Но если тетя Люда и собиралась ответить подругам на этот вопрос, она не успела. В этот момент за спинами подруг послышалось тяжелое дыхание, и знакомый им мужской голос произнес:

– Людочка, дорогая, я принес тебе твое лекарство! Выпьешь его?

Подруги подпрыгнули на своих местах и обернулись. Ну да! Так и есть! За их спинами притаился коварный обманщик – писатель Ураганов. И он улыбался и держал в руках стаканчик с водой и больничную пластиковую коробочку с несколькими цветными таблетками.

Тетя Люда протянула руку, чтобы взять лекарства, но Кира ее опередила:

– Не пейте их! Не надо!

Тетя Люда и Ураганов, из рук которого была в мгновение ока выхвачена эта коробочка, лишь смотрели на девушку, открывая и закрывая рты.

– Что происходит? – первым пришел в себя Ураганов. – Почему вы тут и кричите на меня?

– То и происходит! Вы хотите убить тетю Люду! Желаете ей смерти!

– Вовсе нет! С чего вы взяли? Верните Люде ее лекарство!

– Что? Испугались? – злорадно воскликнула Леся. – А не надо было пытаться скрыть свои делишки, тогда и бояться было бы нечего!

– Я не понимаю, – жалобно простонала тетя Люда. – Валя, что опять случилось?

– Мы считаем, что это Ураганов убил вашу сестру с племянницей, а потом пытался прикончить и вас за компанию.

Лицо у тети Люды вытянулось еще больше. И она недоуменно спросила, обращаясь к самому Ураганову:

– Валя, что они говорят?

– Не знаю, Людочка! У девочек бред! Им что-то мерещится!

Подруги и сами были бы рады, чтобы им мерещилось, но куда деваться от фактов? Ураганов скрыл от них многое. И продолжал играть в какую-то свою собственную игру, конечная цель которой подругам была непонятна. И от этого они, разумеется, нервничали.

– Мы не понимаем, что происходит. Нам надо с вами поговорить!

– Мы уже вроде бы поговорили с вами, девочки.

– Откровенно поговорить!

– Поговорим, – закивал Ураганов. – Обязательно поговорим и все обсудим. Но только не тут… Не надо волновать Людочку. Ей и так приходится тяжело!

– Нет, погодите! – не сдвинулась с места Кира, как Ураганов ни тянул ее за собой. – Мы должны обсудить все именно при Людмиле Аюповне. Она жертва и имеет право знать, кто на нее напал и едва не отправил на тот свет.

От Киры не укрылось, какими взглядами обменялись при этой ее фразе старики. Они переглянулись, как два заговорщика. И Киру словно молнией озарило.

– Так вы вместе! – воскликнула она. – Вы с тетей Людой сговорились… Сговорились…

На этом озарение закончилось. В чем именно сговорились писатель Ураганов с тетей Людой, Кира понять не могла. Но она не сомневалась, что это каким-то образом связано с таинственным миллионом евро, на который Юлия Аюповна, втайне от всей своей родни, решила приобрести дом на побережье Испании. Когда Кира это осознала, у нее на многие факты в этой истории раскрылись глаза.

Ведь когда подруги рассказали об этом проклятом доме Людмиле Аюповне, она… она была в шоке. Тетя Люда явно не знала о том, что миллион евро получен ее сестрой и уже благополучно ею потрачен. А почему тетя Люда так встрепыхнулась? Наверное, потому что тоже имела виды на этот миллион. И уже не зная, кому верить и что думать, она помчалась сначала на квартиру своей покойной сестры, а затем, найдя там доказательства правоты подруг, понеслась за советом к своему сообщнику, писателю Ураганову!

– Так вы оба были в сговоре, – произнесла Кира, внимательно глядя на них. – Вы знали: у Юлии Аюповны есть миллион евро. Во всяком случае, знали, что она в скором времени его откуда-то получит. И наверное, вы надеялись, что она поделится с вами этими деньгами.

– Никогда в жизни сестра не стала бы со мной делиться! – рявкнула тетя Люда неожиданно громко для ее болезненного состояния.

Но она тут же схватилась за голову и застонала.

– Людочка! Не нервничай ты так, мой дружочек! – подскочил к ней Ураганов. – Твоя сестра была ужасной женщиной, не стоит тебе так переживать из-за нее! А вот я места себе не нахожу из-за этого, что ты могла погибнуть! – Однако Людмила Аюповна еще больше вошла от его слов в раж. Она почти что кричала:

– Юля была моей сестрой! И я ее любила. А она… Она всегда думала только о себе! Всегда! И когда умерли наши родители, они все оставили ей! Обо мне у них голова никогда не болела, я росла, как крапива под забором. Всегда все лучшее предназначалось Юленьке. Еще бы, ведь она младшая, она слабенькая, она часто болеет. Значит, ей и лишнюю шоколадку, и яблочко покраснее, и место у окошка в поезде получше! Юлька все гребла под себя. Нужно или не нужно, все гребла! Она всю жизнь отнимала у меня все подряд! И даже теперь…