Мальтийский пациент - Ирина Градова

Пройдя в ванную, я посмотрела на свое отражение в зеркале.

Боже мой, я похожа на зомби! Лицо исцарапано о сухие ветки и чумазое от строительной пыли, в волосах запутались колючки с кустов, пока Жерар тащил меня к часовне… Просто красавица!

Сбросив безнадежно испачканный халат, я зашла в душевую кабинку.

Я точно не знала, сколько времени провела под душем, и оставалась бы там гораздо дольше, если бы не настойчивый стук в дверь. Открыв ее, я увидела на пороге Лили.

– Я так и думала, что вы еще не спите, – сказала она. – Можно войти?

«Еще не спите!» – возмутилась я про себя. После всего случившегося я вряд ли смогу заснуть, пока не увижу Аркона живым и невредимым!

Отступив в сторону, я пропустила бельгийку внутрь. Теперь, видя прямую, как струна, спину «старой и немощной» мадам Фернан, постоянно жалующейся на слабое здоровье и невыносимую жару, я вдруг осознала, что она вовсе не так стара, как казалось. Наверное, ей не больше пятидесяти пяти, а я-то считала ее старухой!

Присев на кровать, Лили похлопала ладонью по покрывалу, приглашая меня присесть. Когда я подчинилась, женщина сказала:

– Я должна попросить прощенья за свой маленький маскарад. Он предназначался не для вас, а для тех, за кем мне приходилось наблюдать.

– Вы действительно комиссар полиции? – уточнила я.

– Интерпола. Тем не менее ваша роль во всех этих событиях так и осталась для меня загадкой, Ула.

Она испытующе посмотрела мне в глаза.

– Я вас не понимаю, – покачала я головой. – Моя роль? Я увидела вас у бассейна, когда вы, как мне показалось, пытались утопить несчастную Моник. Да, я ошиблась, подумав, что это вы столкнули ее туда, и побежала за помощью… Кстати, как она? Вы сказали Жерару, что Моник жива?

– Да, но, к сожалению, в ближайшее время нам не удастся ее допросить, – ответила мадам Фернан. – Продолжайте, прошу вас.

– Так вот, – снова заговорила я, – я побежала за помощью, но столкнулась с Вареном, выходящим из отеля. Я стала рассказывать ему об ужасном происшествии с Моник. Он ничуть не удивился, а только спросил о вас и потащил меня к часовне.

– Я видела, что произошло – то есть как Варен душил жену у бассейна. Не представляю, что могло вызвать в нем такую ярость, чтобы он настолько забылся и не подумал о последствиях! Он столкнул Моник в воду и скрылся. Мне пришлось схватить багор, чтобы дотянуться до нее, и тут появились вы. Что вам там могло понадобиться в первом часу ночи?

– Мне позвонила Моник. Она сказала, что у нее есть важные сведения. К сожалению, я задержалась, так как побоялась выйти безоружной в час, когда все в отеле спят, а вокруг, возможно, рыщут бандиты.

– Мудро с вашей стороны – если бы не эта предусмотрительность, мы могли бы сейчас и не разговаривать! Но что же такого важного намеревалась сообщить Моник?

Варен говорил, его жена оказалась слишком уж любопытной… Наверное, она подслушала его разговор с Сантини или с кем-нибудь из «Церкви» и поняла, что мне может грозить опасность. Скорее всего, раньше она не имела представления о двойной жизни, которую вел ее муж, внешне – респектабельный врач-кардиолог, а на деле – агент одной из самых опасных организаций в Европе! Моник решила предупредить меня и поплатилась за это. Вместо того чтобы ответить мадам Фернан, я решила выяснить, как много ей известно.

– А почему вы следили за доктором Вареном? – спросила я.

– Нашей целью являлся Томазо Сантини. Этот человек – наемный убийца, его разыскивает полиция многих стран. Он много где умудрился наследить. Сантини заинтересовал Интерпол с тех пор, как была зафиксирована серия убийств видных политических и общественных деятелей. Как выяснилось позднее, все погибшие принадлежали к Мальтийскому ордену. Варен возник на горизонте позднее, и нам требовалось установить, что может его связывать с таким типом, как Сантини. Эти двое подозреваются в совершении политических убийств и шпионаже. Они исчезли в тот самый момент, когда мы подобрались достаточно близко, а через полгода Сантини неожиданно «всплыл» здесь, на Мальте. Я настаивала на том, чтобы немедленно его арестовать, но начальство неожиданно проявило упорство. Мне приказали следить за ним, чем я, собственно, и занималась. Потом в «Сан-Эльмо» въехал Варен… Кстати, на самом деле его зовут Анри Рамбаль, но это неважно: даже Моник понятия не имела о том, с кем живет! Сантини крутился поблизости, и мы поняли, что парочка что-то замышляет. А потом погиб Риддл. Кстати, Томазо общался еще с одним человеком, по всей вероятности – англичанином, но нам так и не удалось установить его роль в этом деле. Вам что-нибудь о нем известно?

Я покачала головой, не сомневаясь, что речь идет о Джеймсе. Значит, мадам комиссар совершенно не представляет, кто он такой и какие дела творил здесь Томазо Сантини со своей шайкой?

– Нам также неизвестно, – продолжала мадам Фернан, – как Филипп де Кассар и его внук оказались замешаны во все это и какое отношение к ним имеет доктор Макфейден. Что вы можете пояснить по этому поводу, Ула?

– Боюсь, ничего определенного. Я общалась с де Кассарами постольку, поскольку Робер ухаживал за моей подругой. Ну, а с Лиамом… Вы же и сами знаете, Лили… Или – мадам комиссар?

– Лили, – улыбнулась бельгийка, – мы же не на допросе! А как насчет Томазо Сантини? Честно говоря, я испытала шок, узнав, что вы с Дашей общаетесь с этим бандитом! С тех пор я стала за вами приглядывать.

– Мы познакомились случайно, – сказала я, ничуть не погрешив против истины. – Он клеился к Даше и вызвался показать нам Валетту.

– И вы не знаете, чем был вызван его интерес?

– Могу только догадываться. Может, его интересовали де Кассары, и он решил через нас подобраться к ним? Кстати, он ведь пытался со своими подельниками ограбить дом в отсутствие Филиппа… А впрочем, не знаю – возможно, ему просто-напросто понравилась Даша!

– Да уж, ваша подруга – настоящий магнит для мужчин, – усмехнулась бельгийка, и я поняла, что она мне не поверила.

– Кстати, вам удалось взять Сантини?

– Нет, – ответила мадам Фернан, и я почувствовала, что страх, который уже практически рассеялся, снова вернулся и угнездился где-то между горлом и желудком.

– Н-нет? Но я слышала выстрелы на причале!

– Он отстреливался. К сожалению, Сантини явился не один, а его катер оказался слишком быстроходным. Правда, у нас есть Рамбаль, и, надеюсь, его показания прольют свет на все происшедшее.

Я очень сомневалась, что Варен-Рамбаль решится предать хозяев и заговорить, но не стала делиться своими соображениями с комиссаршей. Вместо этого я сказала:

– Простите, что ничем не смогла вам помочь.

– Ничего, у нас и так достаточно материала, – пожала плечами мадам Фернан. – А о Сантини не волнуйтесь: его встретят на Сицилии. У нашего друга не хватит горючего, чтобы уплыть дальше. Может, я могу что-нибудь сделать для вас – ради нашей теплой дружбы?