Пока ты не спишь - Мишель Бюсси

– Смотри! – Он сунул Марианне фотографию из папки с делом о довильском налете.

Она раз двадцать изучала этот снимок. Улица де ла Мер, перед водолечебницей. Тела супругов Люковик. Машины на стоянке у казино изрешечены пулями. На что еще тут смотреть?

– Мы гадали, как Сирил и Илона Люковик намеревались скрыться с места преступления и ускользнуть из Довиля. Пешком? Исключено: у них сумки с добычей. Значит, их ждала тачка.

– Знаю, Ж. Б. Все я знаю. Мы проверили номера стоявших поблизости машин, но это ничего не дало.

– Взгляни на этот «опель зафира» на первом плане, в нескольких метрах от трупов… – Ж. Б. нетерпеливо постучал пальцем по глянцевой бумаге.

– Проклятье… – прошептала Марианна.

На заднем сиденье серой машины виднелся силуэт детского кресла. В заднее стекло «опеля» попала пуля, выпущенная кем-то из полицейских, и оно разлетелось на тысячи осколков.

– Стеклянный дождь, – сказал Ж. Б. – Ничего не напоминает?

– Фобия Малона Мулена…

– Предполагаемого сына Тимо Солера.

Лейтенант Лешевалье и майор Огресс стояли в маленькой, забитой игрушками детской. Он касался рукой ее руки, она чувствовала запах его одеколона – кажется, Fuel for Life от Diesel или что-то вроде того. Маска сброшена, заботливый отец и муж-подкаблучник исчез, уступив место хищнику. Такому же, как все мужчины. Гад паршивый.

Отличный полицейский.

– У тебя есть теория?

Ж. Б. пристально посмотрел на Марианну.

Черт, какие же синие у него глаза… И взгляд манящий, не оторвешься.

– Нужно потянуть за эту ниточку и размотать весь клубок. Мы считали, что сообщник ждал Люковиков за рулем автомобиля, припаркованного у казино, и увез награбленное. Доказательств у нас не было, в момент налета поблизости находилось штук сто машин, в поднявшейся суматохе многие успели свалить с места преступления. Давай немного изменим нашу гипотезу… Возможно, за рулем «опеля» была женщина. Подруга Тимо. А в детском креслице сидел малыш, которому не было и трех лет…

Лейтенант снова посмотрел на фотографию: мертвые тела, толпа людей на тротуаре.

– Идея очень изобретательная. Они понимали, что полиция сразу выставит кордоны на всех выездах из Довиля, а семью с маленьким ребенком заподозрили бы в последнюю очередь.

– Вот только до «опеля» его родители добраться не успели…

– Ну да… Если мы не ошибаемся, женщина Тимо Солера и ее мальчик находились на улице де ла Мер, когда началась перестрелка, а потом растворились в воздухе.

– Не десятков – сотен. Все, кто был на пляже, гулял по улицам, выходил из «Гранд-Отеля», казино, пляжных кабинок, водолечебницы. Когда стрельба прекратилась, весь Довиль явился поглазеть на место трагедии. И нам это на руку, Ж. Б. Номер мы, конечно, пробьем, но это может ничего не дать, тогда придется снова просмотреть все любительские фотографии – у нас их полный диск – в надежде найти на одной из них Малона Мулена…

– За руку с мамочкой.

Марианна еще раз провела пальцем по фотографии – осторожно, словно боялась обрезаться.

– Безумцы, – прошептала она. – Взять на ограбление такого кроху…

– Он был с матерью, машина стояла далеко, и они не собирались проливать кровь – ни свою, ни чужую.

Марианна бросила на лейтенанта негодующий взгляд: он вроде как оправдывал действия безответственной парочки.

Это было несправедливо, почти смешно, но она не могла сдержаться:

– Да как у тебя только язык поворачивается. Ты ведь сам отец! Мальчик все видел. Видел, как убивали людей, в том числе тех, кого он, возможно, знал.

Марианна была в бешенстве. Один негодяй использовал своего ребенка как приманку, другой обманывает жену, рискуя испортить жизнь детям, которые ни в чем не виноваты… Одна мера вины, равное наказание!

Ж. Б., похоже, не заметил, что начальница пребывает в гневе. Он положил руку ей на плечо и воскликнул, с трудом сдерживая нетерпение, как взявшая след ищейка:

– Ты гений, Марианна! Люди, которых он знал… Вот он, ключ!

Секунду спустя оба снова сидели на кровати Малона.

– Начнем сначала. Банда из Потиньи планирует ограбление. Сирил и Илона Люковик, Тимо Солер и четвертый мушкетер – без сомнения, Алексис Зерда. Плюс подружка Тимо Солера, до сих пор нами не вычисленная.

– Такое дело нужно готовить несколько недель, – подхватила Марианна, – возможно, месяцев. Но в назначенный день идеальный план проваливается. Илона и Сирил убиты, Тимо Солер ранен и опознан…

– А мы не сомневаемся, что четвертым налетчиком был Зерда, но доказать не можем! Никто из окружения Тимо Солера не желает помогать легавым, все заявляют, что ничего не знают. А о существовании еще двух свидетелей – подружки Тимо и его сына – полицейские даже не подозревают.

Ж. Б. потянулся за папкой Василе Драгонмана, на мгновение прижался к плечу начальницы, она резко отстранилась, схватившись за детское одеяльце. Под ее рукой заиграла музыка. Звуки издавал маленький фотоальбом, украшенный обезьянками, попугаями и тропическими деревьями, с кнопкой в центре обложки. Ее-то и задела Марианна.

Она открыла альбом на первой странице: малыш спит в плетеной колыбели под ажурным пологом, то ли кисейным, то ли кружевным, не самого лучшего вкуса.

Малон?

Узнать его в этом крошечном человечке Марианна не могла, хотя кто-то из любящих родителей усадил рядом с ним нового чистенького Гути.

– Еще два свидетеля, – продолжал Ж. Б., проигнорировав находку Марианны. – Знай мы, что у Тимо Солера были подруга и ребенок, допросили бы их. Но не думаю, что женщина сдала бы нам сожителя…

– Зато ребенок наверняка рассказал бы о маме с папой. Об их друзьях.

– О Люковиках… О человеке, который все время оставался в тени, но часто бывал у Солеров. Они выпивали, изучали карту, снова и снова преодолевали расстояние от улицы Эжена Кола на мотоцикле, засекая время. Алексис Зерда!

– Алексис Зерда, – повторила Марианна. – Малон не мог не знать его. Он играл рядом со столом, за которым взрослые строили планы, или сидел на коленях у матери, или просыпался, чтобы сесть на горшок, и видел лица гостей. Видел и запоминал. Доберись мы до мальчика, получили бы подтверждение, что Зерда участвовал в ограблении. Ребенок мог подтвердить, что Солеры, Люковики и Зерда – все вместе – жили в какой-нибудь берлоге, вдали от чужих глаз и нескромных ушей.

– В той самой, которую мы безуспешно искали… Воспоминание о ней запрятано среди пиратов, замков и ракет. Именно это укрытие нашел Василе Драгонман.

Марианна перевернула страницу. Пластиковые карманчики для фотографий потускнели: их часто трогали.

Ребенку явно больше полугода. Он сидит в траве. Погода теплая, на нем только подгузник и красная бандана на голове. Маленький пират…