Тень Ирода - Чингиз Абдуллаев

— Старший лейтенант Виноградов, — мрачноподтвердил Дронго, — из специальной группы подполковника Славина. Он былпоследним. Вся группа уничтожена по приказу вашего полковника.

Для человека, шедшего впереди него, это была явнаянеожиданность. Он чуть повернул голову:

— Я этого не знал.

— Теперь будете знать, — угрюмо ответил Дронго, иони вошли в туалет.

Здесь, кроме пожилого ветерана с орденскими планками нагруди, никого не было. Старик не спеша мыл руки.

— Поторопитесь, пожалуйста, — попросилДронго. — Мы должны проверить туалет. Вдруг здесь тоже заложено какое-тоустройство.

— Да-да, — кивнул ветеран и заторопился к выходу.

Дронго пошел за ним, с силой потянул дверь, закрывая ее. Ктуалету уже подходили двое парней.

— Закрыто, — чуть приоткрыл дверь Дронго, —проверяем все системы. — Он повернулся, пошарил по карманам. Потом спросилу молча стоявшего сотрудника:

— У вас есть чистый лист бумаги?

— Есть, — негромко сказал тот. — Кто вытакой?

— Хороший человек, — ответил Дронго. —Поверьте мне, я не террорист.

— Это я уже заметил, — сказал офицер ФСБ,протягивая ему лист бумаги. Дронго взял его левой рукой. В правой онпо-прежнему сжимал оружие. Подумав, вернул лист своему пленнику.

— Напишите большими буквами «Закрыто», — предложилон.

Офицер, не задавая вопросов, написал слово и передал листДронго. Тот быстро прикрепил лист с внешней стороны двери.

Потом попросил:.

— Дайте мне ваше переговорное устройство. Офицер хотелчто-то возразить, но, достав аппарат, протянул его Дронго.

— Снимите ремень, — попросил Дронго.

— Что вы хотите сделать?

— Только завязать вам руки. Я мог бы оглушить вас,ударив рукояткой по голове. Это более надежный, но и более болезненный способ.Мне он не очень нравится. После него бывают головные боли, а я не хотел быоставлять после себя такую память.

— Вы еще и гуманист, — усмехнулся офицер,расстегивая ремень.

— Я реалист, — возразил Дронго. — Сделайтепетлю и накиньте на свои руки сзади. Но сначала чуть опустите пиджак. Досередины.

Он шагнул вперед и резко вывернул пиджак, сделав страховочныйпояс. Затем затянул ремень на руках.

— У меня к вам нет никаких претензий, — сказал онофицеру. — Я знаю, что вы не виноваты. Но не мешайте мне исполнять свойдолг.

— Вы считаете, что таким образом можно исполнять долг?

— И таким тоже, — кивнул Дронго, заталкивая своегопленника в одну из кабин.

Затем поднял переговорное устройство, поднес его ко ртуофицера.

— Вызовите сюда вашего полковника, и вы убедитесь, чтоя прав.

Офицер молча смотрел на него.

— А если вы мне врете?

— В таком случае я вас просто пристрелю, — пожалплечами Дронго. — Вы все равно все узнаете через несколько минут.Вызывайте полковника.

Офицер колебался, потом снова спросил:

— Кто вы?

— Мое имя вам все равно ничего не скажет. Но одно слововы наверняка слышали. Я — Дронго. Офицер улыбнулся.

— Я примерно так и подумал. Вы слишком профессиональныдля обычного террориста или грабителя. Что говорить?

— Вызовите Мамонтова сюда. И скажите, что нашликакие-то документы.

— А если он придет не сам, а пришлет кого-то?

— Он придет сам, — твердо сказал Дронго. —Скажите, что нашли документы об операции «Возвращение Голиафа».

— Четвертый вызывает Первого! — громко сказалсотрудник Мамонтова. — Четвертый вызывает Первого! — повторил он.

— Первый слушает, — раздался голос Мамонтова.

— Первый, я обнаружил какие-то бумаги, документы втуалете.

— Какие бумаги? — раздался недовольный голос. Вамнечего делать? Может, я еще должен проверять туалетную бумагу? И вообщекопаться в дерьме?

— Здесь какой-то документ. Операция «ВозвращениеГолиафа», — не очень решительно произнес офицер ФСБ.

Секундного замешательства было достаточно, чтобы понять, какименно отреагирует полковник.

— Оставайтесь на месте, — приказалМамонтов. — Выгоните всех из туалета. Стойте в дверях. Где вы находитесь?

— В другом здании. Где выход для иностранных туристов.

— Сейчас иду, — Мамонтов отключился.

— Убедились? — спросил Дронго, выключая свойаппарат и засовывая его в карман офицера. — Сейчас услышите и что-тодругое. Только молча слушайте.

Он прошел к дверям, выглянул. Пока все идет нормально.Вернулся к одной из кабин, что ближе всего ко входу. Достал пистолет иприготовился ждать. Через минуту послышались торопливые шаги. Кто-то явноспешил подойти именно сюда. Дверь открылась. Дронго заметил ботинки. Он не могошибиться. Это был полковник Мамонтов. Тот стремительно вошел и замер. Изоткрытой кабинки на него смотрел Дронго.

— Здравствуйте, полковник, — негромко сказалДронго, — вот мы и встретились.

Мамонтов холодно смотрел на него. Нужно отдать ему должное. Онбыл смелым человеком, и его трудно было испугать направленным на негопистолетом. Он хладнокровно спросил:

— Что вам нужно?

— Вы. Мне нужны вы, полковник Мамонтов.

И документы, которые вы взяли у убитого вами старшеголейтенанта Виноградова. Только не говорите что вы считали его террористом.

— Я не считал, — глухо ответил полковник. —Не нужно разговаривать со мной в подобном насмешливом тоне. Я этого не люблю.

— Вы убили Виноградова, — продолжал Дронго, —по вашему личному приказу были убиты подполковник Славин, майор Орловский.Из-за вас покончил самоубийством капитан Гамза Агаев. Вы заменили капитана ИннуСветлову, прислав вместо нее свою сотрудницу и убрав настоящую Светлову.Надеюсь, вы все это не будете отрицать?

— А я думал — вы профессионал, — презрительнообронил Мамонтов. — Вы думаете, я мог отдать приказ об уничтожении целойгруппы ФСБ? Не будьте таким наивным. Этот приказ пришел сверху.

— Но вы его выполнили?

— А что мне оставалось делать?

— Вы убийца, Мамонтов! Я видел, с каким сладострастиемвы убивали Виноградова. Вы самый настоящий садист и убийца.

— Не нужно громких слов, — поморщилсяМамонтов, — все и так ясно. Об операции «Возвращение Голиафа» не должензнать никто. Этот старший лейтенант, сосунок, недоучка, не должен был влезать вмой кабинет. Он сам виноват.