Зло из телевизора - Геннадий Сорокин

Десятое ноября – главный милицейский праздник. Обычно в этот день утром проходит торжественное собрание, на котором чествуют отличившихся в году сотрудников, вручают грамоты и ценные подарки. После официальной части работники милиции расходятся по подразделениям и садятся за праздничный стол. К вечеру десятого ноября трезвого милиционера можно встретить только в дежурной части, все остальные уже с обеда ходят под хмельком.

В связи с сессией горсовета начальник УВД сломал годами установившийся порядок празднования Дня милиции и отменил торжественную часть.

– Чего праздновать, когда неизвестно, чем сессия закончится? – пояснил он свое решение.

Начальники служб, вернувшись с совещания у Большакова, запретили подчиненным распивать спиртное на работе, и главный профессиональный праздник превратился в обычный будний день.

– Проклятые депутаты! – гневались менты по кабинетам. – Чтобы им, сволочам, сдохнуть прямо на этой сессии! Какой мерзавец выдумал этот горсовет? Жили без него, план делали и в ус не дули, а теперь выдумали черт знает что. Где это видано, чтобы менты перед всяким сбродом отчитывались? Что они о нашей работе знают? Ничего.

Сессия городского совета народных депутатов проходила в актовом зале горисполкома. Вместо привычной трибуны центральное место в нем занимал угловой стол, рассчитанный на пятнадцать человек. Нас, приглашенных сотрудников милиции, завели в зал до начала заседания и рассадили на задних рядах. Депутаты горсовета заняли все остальные места. Ровно в четыре часа дня в зал вошел председатель президиума горсовета Холодков. Глава законодательной власти города был важен и многозначителен, как петух, приметивший симпатичную курочку. Его заместители и главы комиссий выглядели кто как: одни шли, гордо выставив выпирающий из-под пиджака живот, другие смотрели себе под ноги – эти народные избранники еще не поняли, что они и есть власть. Две женщины, занявшие места за председательским столом, были одеты в деловые костюмы. Лицо одной из них мне показалось знакомым, но я не мог припомнить, кто она. Кроме депутатской верхушки, места в центре зала заняли прокурор города Воловский, начальник городской милиции и первый секретарь горкома партии. Чтобы подчеркнуть никчемность бывшего хозяина города, место ему отвели в конце стола, рядом с начинающимися рядами кресел для массовки.

Три первых вопроса сессии нас не касались, и я прослушал, о чем шли дебаты – думал о своем. Очнулся я только после слов «катастрофическое состояние дел борьбы с преступностью». Я присмотрелся к выступающему: низенький плешивый мужичок. Кто такой, неизвестно, но обвинениями он сыпал, как горохом из ведра.

– Бездействие городской милиции привело к тому, что кровавый маньяк среди бела дня, прямо в школе, зверски изнасиловал и убил ученицу. При попустительстве милиции мы дошли до того, что ни одна женщина в нашем городе не может быть спокойна за свою безопасность. Кого изберет следующей жертвой взбесившийся монстр?

Следующий оратор продолжил бичевание милиции:

– Наши с вами жены, матери и дочери под угрозой. Уже после убийства женщины на стройке стало понятно, что ни уголовный розыск, ни городская милиция в целом не в состоянии остановить бесчинствующего извращенца.

Выслушав всех пожелавших выступить депутатов, слово взял Холодков.

– Гангрену лечат хирургическим путем, – сказал он. – Если у нас в городской милиции завелась гниль, давайте возьмем в руки скальпель и отделим отмершие ткани от здорового организма.

Я посмотрел на Воловского. Прокурор города для вида что-то помечал в своем ежедневнике. Согласно Уголовно-процессуальному кодексу ответственным за раскрытие и расследования преступлений является следователь. Именно подчиненные Воловского были повинны в том, что маньяк до сих пор на свободе. Но к прокурору депутаты вопросов не имели. Они не разбирались в уголовном законодательстве и судили о раскрытии преступлений по книгам и кинофильмам, где следователь всегда является придатком у бравого опера. А если так, то с кого спрашивать за кровавого злодея? С руководства городского уголовного розыска.