Тайный гость - Яна Перепечина

– Ой, родители вернулись! – сказала Мира сонно, когда они открыли дверцы. Сказала и тут же прикусила язык, боясь спугнуть их. Мама, к счастью, не расслышала, а Константин… Константин обернулся к ней и с многообещающей улыбкой кивнул. Я обязательно на ней женюсь – так поняла Мира эту улыбку и тоже кивнула. Её это вполне устраивало.

Всю дорогу до дачи она с открытым ртом слушала рассказ мамы и Константина, которые наперебой сообщали ей такие умопомрачительные подробности того, что произошло в квартире и до этого, что Мира только ахала и смотрела на них восторженными глазами.

– То есть он хотел убить тебя из жадности? – Мира не верила, что всё это происходит с ними.

– Да. С ума сойти можно, до чего жадность человека доводит. То есть Светиной половины ему не хватало.

– Во аппетиты у человека! – не одобрила Мира. И поинтересовалась: – А почему он Светлану не убил? Тогда бы ему всё по наследству досталось. Он ведь не какой-то бывший муж, а настоящий. Действующий.

– Они не успели пожениться. А, может он и не собирался, а только старательно делал вид. Я их Частичкиными называл только потому, что так удобнее, чем каждый раз повторять Света с Жорой, или Жора со Светой. Да и был уверен, что они в ближайшее время до загса дойдут. Но они не дошли. Поэтому ему ничего не досталось бы.

– Ну, и женился бы он на ней по-быстрому и на правах мужа запретил разбазаривать семейное добро. Всё проще, чем человека убить. Тем более друга детства.

– А вот Жорке оказалось проще убить.

– Светломир уже был женат, – объяснила мама. – Я точно знаю. Да ещё умудрился большую часть своего нечестно нажитого имущества на жену оформить. У них отношения хоть давно и не супружеские, но неплохие. И ему, и ей этот брак был удобен. Вот и не разводились.

– Зачем же он тогда со Светланой жил? – безмерно удивилась Мира. – Да ещё и так долго? Сколько они вместе прожили?

– Несколько месяцев. – Константин невесело вздохнул и объяснил: – Ну, во-первых, он собирался её в секту завлечь. А во-вторых, думаю, она ему и вправду нравилась. Она очень хорошая, Мируш. Вот вы познакомитесь и обязательно подружитесь.

– Мы-то подружимся, я не сомневаюсь, – кивнула девочка, – а вот в искренние чувства Светломира как-то не верится.

– Ну, тут нам только гадать остаётся. Потому что он утверждает, что привязался к Светлане. А там уж – чужая душа потёмки.

– Особенно душа Светломира, там и вовсе тьма тьмущая, – фыркнула Мира. – Костя, а как он тебя убить-то хотел? Отравить или в окно выбросить?

Ответила мама:

– Он Костю хотел тремя разными способами убить. И аж четыре раза пытался.

– Ско-о-олько? – ахнула Мира. – И ты до сих пор жив? Костя, так ты у нас не только круче Бэтмена, но ещё и бессмертный!

– Ага. Фамилия такая. А зовут меня Кощей, – усмехнулся Константин, которому, похоже, было неловко от всего происходящего. Мама, видимо, тоже это поняла и мягко спросила:

– Пожар – это была первая попытка?

– Да. Я так думаю, что он мою дачу и обнаружил-то случайно. Потому что я ни ему, ни Свете ещё про неё не говорил. Жорка был в командировке, то есть в поселении, очевидно, а я только вернулся из очередной командировки. Но тут он со своими амбалами приехал к вам за Мирой. И, я так понимаю, увидел мою машину, которую хорошо знал. Я, когда купил её, Жорику показывал, хвастался, да и номер он наверняка запомнил, у него, в отличие от меня, память на числа всегда хорошая была. А в тот день я машину как раз сбоку бросил, ближе к лесочку. Мир, они там свой транспорт ставили?

– Я не знаю, – растерялась Мира. – Они ведь меня усыпили какой-то гадостью…

Но мама ответила:

– Да, там. Я, когда они Миру увозили, успела к окну подползти и увидеть, что они оттуда выезжали. Да у нас и негде больше парковать машины. Перед участком у меня кусты гортензии, свою-то машину я на территорию загоняю. Так что только у леса и можно было поставить. Тем более что там тупик, дальше домов нет, удобно, никто мимо случайно не пройдёт и не проедет и внимания на возню у машины не обратит. Им ведь ещё предстояло Миру в машину засовывать. Они и подстраховались.

– Значит, я прав, – кивнул Константин. – Светломир машину мою увидел. Там ведь фонарь горит. Всё видно. Машина ему известна. Ну, и понял он всё. Вернее, не всё, конечно… – Константин задумался и потом рассмеялся грустно, хлопнув ладонью по рулю: – Мне ведь Жорка на следующий день звонил, интересовался, как у меня дела…

– И ты ему про свою дачу рассказал? – догадалась Мира.

– Рассказал. Чем только подтвердил его предположения. Он меня тогда ещё долго расспрашивал, что да как, когда купил, часто ли бываю, познакомился ли с соседями, что за дом. Я ещё тронут был его вниманием. Всё сообщил как на духу. Бываю, мол, редко, с соседями толком не знаком и знакомиться ближе не собираюсь, потому как не люблю ненужные знакомства, дом хороший, только решётки на окнах надо снять… И в ту же ночь мой дом сгорел. А дверь была припёрта ломиком. Чтоб уж наверняка… Я ведь мизантроп, – объяснил Константин и тут же поправился: – Я ведь долгое время был мизантропом, мало с кем общался. Да ещё и постоянно в разъездах. Жорке и в голову не могло прийти, что я за Мартой приглядываю и сплю у вас, поскольку она наотрез отказалась у меня ночевать. Это нас с Мартинкой и спасло. А Жорка меня хорошо знал, понимал, что я избегаю людей, и до конца думал, что мы с Ариной так и не познакомились. Поэтому и удивился так, когда увидел нас вместе у Светланы.

Мире, которая представила, что могло бы случиться, останься Константин и Марта ночевать в его доме, стало страшно. И она нарочито громко и легкомысленно спросила:

– А чего он вас сразу по голове не треснул? С пожаром-то возни слишком много.

– Мира, – мягко укорила мама. А Константин спокойно объяснил:

– Ты знаешь, Мир, когда мы с Жоркой ещё учились в школе, у нас была очень хорошая учительница, Валерия Алексеевна. Мы с ней проходили «Войну и мир». И как раз говорили о том, что убить человека при, так сказать, личном контакте – раскроить ему череп, застрелить в упор, ударить ножом, задушить – психологически гораздо сложнее, чем сделать это… дистанционно. Например, подарить будущей жертве банку с отравленным вареньем, которое она съест потом, не на глазах у убийцы.

– Ага… – задумчиво протянула Мира. – Или поджечь дом, сделав так, чтобы человек не мог выбраться. А самому в это время уже ехать в Красноярск.

– Именно. Тем более что дом поджигал не он сам, а один из его помощников.

– Но Светломир как раз остался в Москве. А Святополк с Благояром меня дальше повезли. Что ж он сам пожар не организовал? – удивилась Мира.

– Возможно, не захотел руки марать, Мируш, объяснила мама. – Московское отделение секты большое, вот один из местных помощников Светломира поджогом и занимался. Ну, во всяком случае, Светломир так утверждает. Теперь дело следствия его показания проверить. В конце концов главное не кто это сделал, а сам факт: они хотели сжечь Константина заживо… – Голос Арины дрогнул.