Китайский проезд - Эдуард Тополь

Еще не выздоровев, Винсент не усидел дома и, едва температура упала, вырвался на волю, к делам. Первый визит – к Болотникову, который после покушения на Бориса Вере, втрое увеличил охрану своего банка, а в приемной посадил автоматчиков из «Витязя». Но даже эти гиганты не смогли остановить Винсента, который, не прождав и пяти минут, прямо из приемной стал по своему «Эриксону» названивать в кабинет Болотникова:

– Кончай, Юрий! Сколько я буду сидеть тут, как ослиная задница, и ждать твоего оргазма?! Спусти уже и прими меня хоть на пять минут! Это важно!

И, едва очередная «референтка» с фигурой Бриджитт Фонда и деловой папкой под мышкой вышла от Болотникова, Винсент ринулся в его кабинет. Но Болотников, похоже, был занят совершенно не тем, в чем его подозревал Винсент. Он, Георгий Брух и трое сотрудников банка вели оприходование валюты, только что доставленной из аэропорта «Шереметьево»: шесть брезентовые мешков с клеймом «Federal Bank of USA», стянутые стальными «удавками» и запечатанные свинцовыми номерными пломбами, стояли на полу подле длинного полированного стола для заседаний. Еще два мешка уже были распечатаны и валялись рядом, а их содержимое стопками новеньких стодолларовых купюр выстроились на столе.

– Вау-у! – сказал Винсент. – Это новые доллары?

Доллары нового образца только-только появились в США, и Винсент их еще не видел.

– Да, – Болотников был явно недоволен его вторжением. – What's up? В чем дело?

Но Винсент не мог оторваться от такой кучи денег.

– Могу я посмотреть? Я не стащу, – сказал он, подходя к столу с деньгами.

– Я надеюсь, – хмуро заметил Болотников. Винсент взял одну купюру из вскрытой пачки, повертел в руках. Портрет Франклина был значительно больше, чем на старых купюрах, и на просвет был виден еще один его полупрофиль. Винсент положил купюру на место.

– Сколько здесь?

– По три миллиона в мешке, – неохотно объяснил Болотников. – Что тебе нужно?

Болотников явно не был расположен к болтовне, но Винсент все не мог оторваться от денег.

– Ты их только что получил из аэропорта? Да? Когда я летел сюда, я видел, как о.ни перевозят эти деньги. В багажном отсеке и без всякой охраны.

Болотников усмехнулся:

– Хочешь грабануть самолет? Я тебе дам наводку. Сегодня я получил двадцать четыре миллиона, а на пятницу «Бере-банк» заказал сорок. Ты берешь самолет – мои десять процентов, идет?

– Спасибо. Я подумаю об этом.

– Итак! – перешел на деловой тон Болотников. – Какие проблемы?

Винсент посмотрел на сотрудников Болотникова, сидевших у стола и занимавшихся регистрацией денег.

– Это частный разговор, – сказал он, садясь в кресло и вытирая пот: он был еще слаб после болезни.

Болотников кивком головы попросил своих сотрудников выйти из кабинета, Брух усмехнулся:

– Мне тоже выйти?

– Перестань, мы партнеры! – сказал Винсент.

Когда за банковскими сотрудниками закрылась дверь, Болотников и Брух глянули на Винсента.

– O'kay! – сказал он, обращаясь к Болотникову. – Я болен, но я не идиот. Два месяца назад мы получили двенадцать миллионов, так? Ты сказал мне, что держишь эти деньги на Кипре, так? Но я в это не верю! О, нет! Ты играешь ими на бирже, вот где ты их держишь! И я хочу знать, какой процент я с этого имею и когда получу?

Болотников, опустив глаза в стол, сел в свое кресло.

– Ну?! – требовательно сказал Винсент.

– Это было во-первых, – сказал Болотников, не поднимая глаз. – Продолжай.

– А во-вторых, ты обещал кевлар и броневую сталь. Это в контракте, ты помнишь? – Винсент посмотрел на Бруха в ожидании поддержки. – Но ничего нет, а клиенты уже грозят взорвать мой офис! Это Россия, друзья, не Америка! Тут убивают, даже когда тебе должны, а не только когда ты должен!

– Все? – спросил Болотников, по-прежнему не поднимая глаз от стола.

– Да!

– Олрайт, Винсент, – Болотников впервые посмотрел на Винсента через свои очки, и Винсент вдруг испугался этих практически белых от бешенства глаз. Но Болотников продолжал тихо и вежливо: – Во-первых, я хочу, чтоб ты знал: если ты еще раз придешь сюда без звонка, я прикажу охранникам, выкинуть тебя в окно. Ясно?

– Да ладно, Юрий… – попробовал Винсент смягчить ситуацию.

– Это ясно? – еще тише повторил Юрий, и: Винсент вдруг отчетливо понял, что действительно и Юрий, и Брух, и вообще кто угодно в этой стран (может в любой момент выбросить его в окно, спустить с лестницы, избить и даже убить – кто станет защищать его? Русская милиция? Американское посольство?

– О'кей, Юрий, – сказал он примирительно. – Мы же партнеры…

– Конечно. Но, надеюсь, ты меня понял, – без улыбки сказал Болотников, однако глаза у него очеловечились. Он снял очки и протер стекла. – Теперь насчет нашего ебаного бизнеса. Деньги на Кипре, в оффшорном банке, а проценты идут на зарплату твоим американцам…

– Но им должно платить ваше правительство! – воскликнул Винсент.

– У правительства денег нет, ты знаешь. Вчера мы начали расплачиваться с рабочими и теперь в полной жопе! – и Болотников кивнул на газеты с крупными заголовками:

«ПРЕЗИДЕНТ ВЫПОЛНЯЕТ СВОИ ОБЕЩАНИЯ! 20,7 ТРИЛЛИОНА РУБЛЕЙ – ПОЧТИ ШЕСТЬ МИЛЛИАРДОВ ДОЛЛАРОВ – НАПРАВЛЕНО ИЗ ФЕДЕРАЛЬНОГО БЮДЖЕТА НА ПОКРЫТИЕ ДОЛГОВ ПО ЗАРПЛАТАМ. НО ЕЩЕ ЧЕТЫРЕ ТРИЛЛИОНА РУБЛЕЙ НУЖНО НА ПЕНСИИ».

– А как насчет этих денег? – Винсент кивнул на мешки с деньгами.

– Это мы отдаем свои, – объяснил Брух. – В избирательный штаб.

– Выходит, я привез американскую команду за свой счет, и они спасают вашего президента за мой счет?