Маска Дантеса - Роман Буревой

— Алекс — мой комплектный боевой робот. Он всегда на моей стороне.

— Как все произошло? — Корвин решил оставить бесполезные споры и немедленно начать расследование.

— Никто не знает. Комп, управляющий домом, отключен, все камеры наблюдения выведены из строя, все инфокапсулы с записями стерты.

— А «Триарий»? Он мог что-то видеть?

— Да, его мозг уцелел.

Марк с сомнением оглядел неподвижный металл.

— Там внутри мозга уже нет, — поведал Флакк, и Марку почудилась в его голосе подлинная печаль. — С начинкой робота сейчас возится Друз.

— Но как же… Решено никого из плебеев не привлекать к этому делу.

— Марк! — в голосе Флакка послышались угрожающие нотки. — Голова Друза стоит сотни патрицианских котелков, набитых всяким сором. Я не знаю, как, но этот парень разбирается во всех нюансах любой техники. Если кому и удастся оживить мозг «Триария», то только ему.

Корвин счел за лучшее не спорить. Он не знал как повел бы себя сам, если бы его ребенку угрожала опасность… Его ребенок… У него самого ещё не было детей. Но все его предки, испытавшие радость отцовства и материнства, разом ожили в нем. На миг Корвин почувствовал нежность ко всем малышам этой планеты. Будто для всех он был отцом и всех должен был охранять своей отеческой властью.

— Хорошо, пусть Друз возится с «Триарием». У меня нет причины ему не доверять. Что остальные… я имею в виду андроидов и людей. Тех, кто был в усадьбе? Твоя жена?

— Ее как раз не было. Она уехала в медицинский центр.

— Что-то серьезное?

— Очень. Она беременна. А патрицианка должна выносить ребенка сама… И применение лекарств в случае угрозы выкидыша ограничено.

Корвин стиснул зубы и беззвучно выругался.

— Кто был в усадьбе во время нападения? — спросил вслух.

— Два охранника. Оба плебеи. Тела лежат возле бассейна. Там, где их нашли вигилы.

Тут вопросов нет: как только охранники погибли (или были ранены), в центр слежения вигилов поступили сигналы тревоги. В обычные дни — когда нет чрезвычайных обстоятельств — тогда патруль вигилов примчится максимум за десять минут. Сегодня наверняка явились за пять.

— Вигилы, которые обнаружили тела, ещё здесь?

— Разумеется.

— Патриции? Плебеи? — Марку и самому не нравился вопрос.

А тут еще голос бормотал непрерывно: «Куда мы идем… надо все прекратить… мы губим… рушим…» Лучше бы перестал размышлять о глобальных проблемах и дал дельный совет.

— Один патриций, другой плебей. Ты же сам знаешь: патрициев среди вигилов всегда было маловато.

— Хорошо, я их допрошу. Да, кстати, мальчик находился здесь с нянькой?

— Да. Но, похоже, она исчезла вместе с ребенком.

Выходя в сад, Корвин покосился на неподвижного «Триария». Классная машина. Тот, кто напал на усадьбу Флакка, знал, что ребенка охраняет боевой робот. И еще знал, как эту почти неуязвимую машину вывести из строя.

Судя по всему, малыш плескался в воде, когда в сад проникли похитители. На бортике бассейна всё ещё валялись полотенце и сандалетки ребенка, а в воде плавал обрывок напыленного купальника. Нянька сопротивлялась, защищая ребенка, — нетрудно предположить. Один из вигилов расположился на бортике и брал пробы воды.

— Возможно, нам удастся обнаружить что-то интересное, — пояснил вигил, выпрямляясь.

Он был среднего роста, коренастый, загорелый и чем-то схожий с навархом.

— Корнелий… — почти утвердительно сказал Корвин.

— Гней Корнелий… — подтвердил тот. — Сейчас мы все в одной лодке, префект Корвин.

Марк кивнул, давая понять, что спорить не о чем.

— Камеры, — Корвин тут же перешел к делу, — Неужели все уничтожены?

— Все. Даже дополнительные восемь, что были установлены сразу после первых похищений. Плюс армейские «гляделки». Не берусь утверждать стопроцентно, но, похоже, кто-то включил военный излучатель. Они испепеляют всех шпионов мгновенно, люди на несколько минут теряют сознание. Один «Триарий» мог устоять. У него — особая защита. Уж не знаю, где плебсятина достала такой излучатель!

Марк при слове «плебсятина» покосился на второго вигила. Тот сканировал тело убитого охранника и, похоже, их не слышал.

— Попрошу подобных выражений не употреблять, — приблизив свое лицо к лицу Корнелия, свистящим шепотом произнес Марк. Он был немного выше коренастого вигила, и взгляд сверху вниз добавил уверенности.

— Вы что, не понимаете? — таким же свистящим шепотом отвечал вигил. — Всякому союзу плебеев и знати конец. Мы будем их уничтожать, крошить, резать… Как только отобьем у них ребят. Вон, Главка… — он кивнул в сторону второго вигила, — сняли с должности префекта и назначили рядовым. Не доверяют.

— Нет! — выдохнул Марк. — Нет! Мы должны быть вместе. Или нам конец. Всем.

Oн повернулся на пятках и почти бегом направился к вигилу-плебею. Нужный настрой сбился. Голос, до этого что-то бубнивший, смолк окончательно. Корвина душила злость. Откуда эта ненависть? Зачем? Именно теперь, когда он, Марк, вернулся домой… «Бешеная ненависть»…

— Префект Корвин, — представился он, поравнявшись с вигилом-плебеем.

— Секст Главк, — отвечал тот без всякого выражения.

Ни почтения в голосе, ни неприязни — ничего.

Главку было на вид около тридцати пяти. Наверняка плебею должность префекта досталась непросто. И вот теперь из-за нелояльного отношения к нобилям его перевели в рядовые. Что он сделал? Неудачно пошутил? Сочувствовал сектантам? Отказался выполнить приказ? Наверняка что-то незначительное. Иначе его просто арестовали бы.

— Вы что-то видели, когда подлетали к усадьбе? — спросил Корвин. — Что-то необычное?

— Весь сад затянуло каким-то сизым туманом. По составу близко к газу «гармония». Но не совсем «гармония». Анализаторы скутера нас предупредили, и мы с Корнелием надели маски. Постепенно газ рассеялся.

«Гармония» использовалась для отключения сознания минут на десять-пятнадцать. Считалась совершенно безопасной. Генетической памяти не повреждала. Но все равно против патрициев ее применять запрещалось. А против плебеев — было можно.

«Мы слишком легко разрешили притеснять плебеев. Наша память бесценна, а их можно и отравить, и допросить под гипнозом. Нет, все эти различия надо отменить», — заявил Корвин решительно. Пока еще только в мыслях. Но он не сомневался, что выскажет это вслух. В ближайшее время.

— Вы запрашивали службу слежения? Проверили флайеры, которые взлетали поблизости или находились в полете?

— Штук двадцать. Как минимум. Их отслеживают. Окончательных данных пока нет.