Не засыпай - Меган Голдин

Тед вспоминает, что однажды я описывала воспоминание о том, как подняла взгляд с пола и увидела розовое кимоно Эми, висевшее на крючке двери ее спальни. В другой раз я проснулась посреди ночи и тут же набросала перфорированный узор в виде геральдической лилии, пронесшийся у меня в голове. Я настаивала на том, что видела его, когда меня ранили.

– Однажды у тебя было воспоминание о том, как от тебя удаляются залитые кровью туфли. Когда ты поразмыслила над этим, то обнаружила, что на месте происшествия не было никаких следов крови. Ты, должно быть, это выдумала, – говорит мне Тед. – Ты также вспомнила голос, призывающий тебя «не засыпать», и сирену на заднем плане. Но эти воспоминания пришли к тебе после того, как ты настояла на том, чтобы прослушать запись звонка в 9-1-1 – в надежде, что она освежит твою память.

Позже я задумываюсь о воспоминаниях, описанных Тедом, пока вешаю одежду в шкаф в спальне и раскладываю туалетные принадлежности в шкафчике в ванной.

Мое последнее воспоминание перед тем, как проснуться этим утром: ответ на мой рабочий телефон.

– Лив слушает, – сказала я в трубку.

Я ничего не помню после – до того момента, когда сегодня утром меня разбудил стук Теда в дверь той грязной подвальной квартиры. Я не помню убийств Эми и Марко. Я не помню, чтобы меня ранили ножом или я лежала в больнице. Я не помню ни Теда, ни нашей помолвки. Никаких воспоминаний об убийстве. Моя жизнь за последние два года – чистый лист.

– Как мы познакомились? – спрашиваю я Теда позже, сидя на кухонном барном стуле и наблюдая, как он готовит сэндвичи на обед.

– Мы познакомились, когда ты переехала в Лондон, – говорит он, разрезая пополам мой бейгл с лососем и сливочным сыром.

– Я жила в Лондоне?

– После убийства Эми и Марко ты переехала в Лондон и работала фрилансером в британском издании «Культуры». Там же, где работал я. Мы влюбились друг в друга и обручились.

Я смотрю на свои руки. Кольца нет.

– Где мое обручальное кольцо?

– Ничего не вышло, – отвечает он, протягивая мне тарелку.

– Почему? Что с нами произошло?

– Мне предложили значительное повышение. Оно подразумевало переезд в Нью-Йорк. Ты наотрез отказалась вернуться сюда. Ты боялась, что убийца может прийти за тобой, так как ты была единственным свидетелем. Мы пытались поддерживать отношения, но постепенно они сошли на нет, – рассказывает он, делая паузу, словно размышляя, что еще мне сообщить. – Честно говоря, дела шли не так хорошо даже до этого.

– В каком смысле? – я играю со своим сэндвичем. Мой аппетит исчез.

– Ты была поглощена выяснением того, кто убил Эми и Марко. Это завладело твоей жизнью. Ты винила себя, так как знала, что убийца все еще на свободе, и верила, что если бы ты только могла вспомнить, кто это был, то копы арестовали бы его или ее, – говорит он.

– Поэтому мы расстались?

Он поднимает мой подбородок, заглядывая мне в глаза.

– Я хотел связать с тобой жизнь, Лив. Жениться. Создать семью. А ты все продолжала это откладывать.

– Почему?

– Из-за твоей одержимости прошлым. Ты постоянно пыталась собрать воедино то, что произошло. Прослушивала запись звонка в 9-1-1 снова и снова. Обклеивала стены нашей квартиры газетными вырезками. Убийства Эми и Марко – это все, о чем ты говорила. Все это поглотило тебя. В конце концов, это поглотило и наши отношения. Это уничтожило нас.

Он тянется к моей руке и нежно сжимает ее.

– Марко изменял тебе, Лив. С твоей лучшей подругой. Они предали тебя, а ты не смогла это отпустить. Ты винила себя в их смерти. Ты продолжала позволять прошлому вставать между нами, – его голос пронизан острой болью. – Ты никогда не давала нам шанса.

– Хотела бы я вернуться назад и все изменить, – говорю я, и в моих глазах стоят слезы. – Мне кажется, мы с тобой могли быть счастливы вместе.

– Да, – говорит он, качая головой, словно хочет развеять чары. – Сейчас уже слишком поздно для того, чтобы повернуть время вспять. Но еще не поздно тебе помочь. Что-то случилось с тобой после того, как мы расстались, из-за чего ты потеряла память. У тебя никогда не было проблем с памятью, пока мы были вместе в Лондоне, но теперь ты каждый день все забываешь. Это делает тебя уязвимой и подвергает опасности. Вот почему я организовал для тебя встречу с врачом, который специализируется на потере памяти. Я хочу помочь тебе вернуть твою жизнь обратно.

Он отпускает мою руку. Это заставляет меня почувствовать себя потерянной и одинокой, напоминая о том, что времена, когда мы были вместе, прошли.

Он замечает, что я откусила от сэндвича всего один кусочек.

– Ешь, Лив. Ты должна о себе позаботиться. Правильное питание и сон. Много сна.

Он с мрачным удовлетворением наблюдает, как я ем.

– Сколько тебя знаю, ты всегда страдала от тяжелой бессонницы. Она приводила к резким перепадам настроения, вызывала паранойю и усталость. Доктор Бреннер говорит, что бессонница может быть причиной проблем с памятью. Вот почему я хочу убедиться, что ты вернешься к здоровому образу жизни.

– Почему ты помогаешь мне, Тед? Если мы расстались? – спрашиваю я позднее, пока мы моем посуду.

– Потому что ты все еще мне небезразлична. Я беспокоюсь о тебе, Лив, – говорит он, вручая мне тарелку, чтобы я вытерла ее кухонным полотенцем.

– Бог знает, как тебе удалось зайти так далеко в своем расследовании, не говоря уже о том, что, при твоих проблемах с памятью, ты сумела добраться из Лондона в Нью-Йорк и в одиночку снять квартиру. Это заставило меня осознать, что выяснение того, что случилось с Эми и Марко, больше походит на навязчивую идею, потому что в глубине души ты хочешь с этим покончить. Ты хочешь двигаться дальше. Так что я помог тебе в твоем расследовании, – он потирает затылок. – Это была ошибка.

– Почему?

– Мы разворошили осиное гнездо, – сообщает он. – Вот почему ты здесь.

– Я не понимаю.

– Я попросил ночного консьержа в вашем многоквартирном доме присматривать за тобой. Он позвонил мне сегодня рано утром, потому что увидел, как кто-то преследовал тебя до дома посреди ночи, а потом бродил по улице. Я беспокоюсь, что убийца мог узнать о том, что ты вернулась. Вот почему я поселил тебя сюда. Чтобы обезопасить.

Тед протягивает мне еще