Брокер - Джон Гришэм

Доклад объемом восемь – десять страниц клался на стол президента ровно в 7.00 утра. За два месяца в должности он выработал привычку читать доклад от корки до корки, не пропуская ни слова. Доклады его просто завораживали. Его предшественник однажды похвастался, что он вообще ничего не читает – ни книг, ни газет, ни журналов. И уж конечно, не читает законопроекты, политические меморандумы, тексты договоров и ежедневных брифингов. Он зачастую испытывал трудности, читая собственные речи. Теперь все изменилось.

Сьюзан Пени доставили в бронированном автомобиле из ее дома в Джорджтауне в Белый дом, куда она приезжала ежедневно в 7.15 утра. По дороге она прочитывала ежедневную сводку ЦРУ. Сегодня на четвертой странице была информация о Бэкмане. Утверждалось, что к нему приковано внимание нескольких очень опасных людей, быть может, даже Сэмми Тина.

Президент тепло с ней поздоровался, усадил на диван, возле которого на столике уже ожидал кофе. Как всегда, они были одни и сразу приступили к работе.

– Вы видели сегодняшнюю «Нью-Йорк таймс»? – спросил он.

– Да.

– Какова вероятность, что Бэкман заплатил за помилование?

– Ничтожная. Как я уже говорила, он понятия не имел о предстоящем помиловании. У него не было времени, чтобы все это провернуть. К тому же мы полностью уверены, что у него не было денег.

– Почему же его помиловали?

Преданность Сьюзан Пенн бывшему директору быстро уходила в прошлое. Тедди ушел, наверняка дни его сочтены, а ей всего сорок четыре, и стоило подумать о собственной карьере. Может быть, долгой карьере. Они с президентом хорошо сработались. Он, похоже, не спешил с назначением нового директора.

– Говоря откровенно, Тедди хотел, чтобы его убили.

– Зачем? Припомните, почему он этого хотел?

– Это длинная история.

– Не думаю.

– Мы знаем не все.

– Вы знаете достаточно. Расскажите, что знаете.

Она отложила свой экземпляр ежедневной сводки на диван и набрала полные легкие воздуха.

– Бэкман и Джейси Хаббард перегнули палку. У них в руках была та самая программа, «Глушилка», которую их клиенты имели глупость привезти в Соединенные Штаты, в их контору, надеясь получить за нее громадные деньги.

– Это были молодые пакистанцы, верно?

– Да, и все они мертвы.

– Вам известно, кто их ликвидировал?

– Нет.

– Вам известно, кто убил Джейси Хаббарда?

– Нет.

Президент встал, держа в руке чашку кофе, подошел к письменному столу, присел на краешек и через всю комнату пристально посмотрел на Сьюзан.

– Мне трудно поверить, что мы об этом ничего не знаем.

– Честно говоря, мне тоже. И не потому, что мы не старались узнать. Именно поэтому Тедди так настойчиво добивался помилования Бэкмана. Конечно, он хотел, чтобы его убили, исходя из общих соображений, – его отношение к Бэкману складывалось на протяжении долгого времени, и Тедди всегда считал Бэкмана предателем. Но при этом был твердо убежден, что убийство Бэкмана на многое откроет нам глаза.

– Каким образом?

– Это зависит от того, кто его убьет. Если русские, то мы сможем сделать вывод, что эта спутниковая система принадлежит им. То же самое относится к китайцам. Если это сделают израильтяне, то у нас будут основания сделать вывод, что Бэкман и Хаббард пытались продать этот продукт саудовцам. Если до него доберутся саудовцы, тогда ясно, что Бэкман их надул. Мы почти убеждены, что саудовцы были уверены, что заключили с ним сделку.

– Но Бэкман обвел их вокруг пальца?

– Может быть, и нет. Мы полагаем, что смерть Хаббарда спутала все карты. Бэкман упаковал вещички и скрылся за тюремной решеткой. Всем сделкам пришел конец.

Президент вернулся к кофейному столику и подлил себе кофе. Сел напротив Сьюзан и покачал головой.

– Вы ждете, что я поверю, будто три молодых пакистанских хакера проникли в столь сложную систему, причем так, что мы об этом даже не узнали?

– Да. Это была блистательная троица, и им к тому же повезло. Они не только проникли внутрь системы, но и написали удивительную программу, с помощью которой этой системой можно манипулировать.

– Это и есть «Глушилка»?

– Да, так они ее назвали.

– Кто-нибудь видел эту программу?

– Саудовцы. Лишь поэтому мы и знаем, что программа не только существует, но и обладает заявленными качествами.

– Где сейчас эта программа?

– Этого никто не знает, кроме, быть может, самого Бэкмана.

Воцарилась пауза, президент потягивал остывший кофе. Затем упер локти в колени и сказал:

– Что лучше всего для нас, Сьюзан? В чем наши интересы?

Она не колебалась ни минуты.

– Следовать плану Тедди. Бэкман будет ликвидирован. Программа не всплыла за минувшие шесть лет, поэтому вполне вероятно, что она исчезла. Спутниковая система в космосе, но манипулировать ею никто не может.

Еще глоток кофе, и новая пауза. Президент покачал головой.

– Пусть будет так, – сказал он наконец.

* * *

Нил Бэкман «Нью-Йорк таймс» не читал, но каждое утро искал упоминания об отце в прессе. Наткнувшись на статью Фрика, он тут же отправил ее в Италию электронной почтой из «Джерриз джава».

За письменным столом он снова перечитал статью и в очередной раз вспомнил все разговоры о деньгах, которые Брокер якобы припрятал в момент краха своей фирмы. Он никогда не задавал отцу этого вопроса в лоб, потому что знал, что прямого ответа не получит. Однако с течением лет он склонился к общему мнению, что Джоэл Бэкман, как это обычно бывает с осужденными, отправился за решетку нищим.

Но почему же его не оставляет назойливое чувство, что операция «деньги в обмен на помилование» могла иметь место? Потому что если есть человек, способный провернуть такое чудо, сидя в федеральной тюрьме, то это его отец. Но как он оказался в Италии, в Болонье? И почему? Кто хочет его найти?

Вопросы накапливались, ответы ускользали.

Потягивая двойной мокко и поглядывая на закрытую дверь своего кабинета, он снова задавал себе трудный вопрос: каким образом разыскать швейцарского банкира, не пользуясь телефоном, факсом, обычной или электронной почтой?

Он найдет способ. Нужно только время.

* * *

Эфраим прочитал статью в «Нью-Йорк таймс» в вагоне поезда по пути из Флоренции в Болонью. Его предупредили по телефону из Тель-Авива, и он тут же нашел статью в Интернете. Амос сидел на несколько мест сзади и тоже читал статью, глядя на экран ноутбука.

Рафи и Шаул должны были прибыть на следующее утро, Рафи – на самолете из Милана, Шаул – поездом из Рима. Четыре члена «Кидона», владевшие итальянским, уже находились в Болонье, срочно подыскивая две конспиративные квартиры, которые им понадобятся для выполнения задания.