Живая пуля - Владимир Колычев

— Та, братва там была! Крутые ребята… — Миколу вдруг залихорадило.

Высокий он парень, мощный, кулаки что кувалды, а с храбростью проблемы. Трусоватый и малодушный. Впрочем, в смельчаках Никита не нуждался. Для него главное, чтобы человек хорошо работал.

— Они сказали, что хана мне, если денег не будет… Может, я домой поеду? — с бледным видом спросил Микола.

— Куда домой?

— В Харьков…

— Ты же здесь девушку себе нашел.

— Да надоела он мне…

— Ты уедешь, а братва за тебя с твоей женщины спросит. Угадай, чем она с ними расплатится?

— Ну, она-то не виновата, — Микола со вздохом отвел глаза в сторону.

— Хорошо, если они мне предъявят… Это же моя машина, да, Микола? Мне за нее отвечать, да?

— Да нет, останусь я, — махнул рукой парень.

— Ну вот, уже хорошо, — усмехнулся Никита.

— Только денег у меня нет…

— А кто собирается этим уродам деньги отдавать?

Никита еще не знал, что делать с бандитами, но ведь он обязательно что-нибудь придумает.

— Твою мать! — испуганно протянул Микола, глядя на распахнутые ворота.

Во двор бетонно-растворного узла, покачиваясь на выбоинах, въехал старый «Форд Эксплорер».

— Это они!

Машина подъехала к «КамАЗу», остановилась, из нее вышли мощные как на подбор парни сурового вида. А ведь кто-то действительно подбирал их для того, чтобы они своим грозным видом запугивали всякого рода лохов. Вместе с водителем их было четверо. И сам водила вышел из джипа.

— Слышь, чудила, ты зачем ментов вызвал? — обращаясь к напуганному Миколе, спросил амбал с короткими обесцвеченными волосами. На Никиту он даже не глянул.

На руках у него кожаные перчатки без пальцев, на ногах — тяжелые боты, однако оружия при нем не было: ни ножа, ни пистолета, ни даже бейсбольной биты. И его дружки экипированы были не лучше.

— Ну, надо было ущерб оценить, — жалко пробормотал Микола.

— Ущерб тебе в морге оценивать будут! — Амбал резко надвинулся на него, растопырив перед самым его лицом пальцы правой руки.

Микола испуганно шарахнулся назад, споткнулся и едва не потерял равновесие.

— Слышь, парень, может, ты со мной поговоришь? — спросил Никита.

— Ты кто такой, чувак? — презрительно скривился амбал.

— Хозяин этой машины, — Никита кивком показал на «КамАЗ».

— Сейчас ты у меня бывшим хозяином станешь!

— Ты можешь говорить что хочешь, но денег ты не получишь. Так что давай уезжай отсюда пока полиция не подъехала.

— Я не понял, чмо, ты что, мусорами меня пугать вздумал? — озверело протянул амбал. — Я тебе сейчас башку откручу за такие базары!

— Зря глотку дерешь, — усмехнулся Никита. — Все равно денег не получишь. Понты перед лохами колотить будешь…

— А ты и есть лох!

— Как хочешь, так и думай. Только знай, твои понты не канают!

— Да я тебя! — Амбал замахнулся на Никиту, растопыривая пальцы.

Можно было бы поймать его руку и заломить ее за спину, но что делать тогда с остальными бандитами?.. Никита ударил на опережение, в кадык, согнутыми в фалангах пальцами. Амбал сначала упал на колени, прижав к отбитому горлу те самые пальцы, которыми собирался напугать Никиту, затем рухнул на бок. Но еще до этого от сильного удара в «солнышко» сложился пополам его дружок.

Никита бил на поражение, не давая противнику прийти в себя. Удары по глазам, по горлу, в пах… И все быстро, без всякого сожаления. Да и как он мог упрекать себя в чем-то, если против него вышли крепко накачанные бандитские бойцы. Полумерами с такими не справиться… Удар, еще удар…

Бандиты корчились на земле — униженные, деморализованные. Двое из них вообще не подавали признаков жизни.

Никита воткнул пальцы амбалу в ноздри, тряхнул и этим привел его в чувство. И еще на всякий случай он вынул из кобуры травматический пистолет. Братки в шоке, поэтому не сообразят, какими пулями стреляет этот ствол. У страха глаза велики.

— Как зовут?

— Гиря!

— Откуда ты такой взялся, Гиря?

— Из Пскова мы! — простонал парень.

— А здесь что забыл?

— Работаем…

— На кого?

— Сами по себе.

— А на меня зачем наехал?

— Так не на тебя…

— На меня, Гиря, ты наехал. На меня. Микола для тебя поводом был, чтобы на меня наехать. Кто меня заказал?

— Никто!

Никита резко повел вверх рукой, которой держал братка за нос. Гиря дико взвыл от боли.

— Кто?

— Братва местная…

— Кто конкретно?

— Главный там у них Шурыга. Нам сказали, что мы можем с ними работать.

— Но сначала вы должны пройти проверку, — продолжил за братка Никита.

— Ну да.

— Ты проверку не прошел. Незачет тебе. Собирай свои сопли и вали отсюда. А еще раз появишься, я тебя пристрелю. Вопросы?

Вопросов у братка не было. И у его сообщников не возникло желания продолжать разборку.

Пока братва грузилась в машину, Никита успел сходить к своему джипу. И еще «Форд» он успел подтолкнуть рукой, и не только для того, чтобы он уезжал поскорее…

* * *

Если есть женщины, которые приносят удачу, то Ирка — одна из них. Только вот молиться на нее что-то неохота. Надоела она уже, хочется чего-то новенького. В салон бы к Эвелине съездить, но нельзя. Брагин хоть и лох, однако говорит все правильно. Нельзя Жоре светиться, опасно это.

Он допрашивал Махаона, и тот во всем признался. Да, подъезжали к нему мусора, угрожали — не выдержал он и сломался. Хорошо, что Махаон не знал, где прячется Жора, иначе бы мусора накрыли его «малину».

Менты могли взять в оборот и Эвелину, и Болтуна. Они не знают, где у Жоры схрон, но могут стукануть на него, как только он появится в их владениях. Им-то все равно, под кем работать, лишь бы деньги в карман шли. К тому же Болтуну под ментовской крышей будет даже лучше — мусора и берут меньше, и уровень безопасности под ними выше…

— Чего такой скучный? — спросила Ирка, обрабатывая пилкой ноготок на большом пальце.

Зато она ничуть не скучала. Сама себе визажист и косметолог, комсомолка и спортсменка. Весь день чем-то занимается — то красоту наводит, то мышцы качает, ну, и еще за компьютером сидит…

Дом у них большой, богатый, есть и тренажерный зал, и крытый бассейн. Аренда этого особняка влетала в копеечку, но Жора мог позволить себе и не такое. Если бы он захотел, то мог бы выкупить этот дом с потрохами. Только зачем ему такая покупка, если в любой момент он мог сорваться отсюда при первой же опасности. А если еще и менты вдруг повяжут…