Встреча от лукавого - Алла Полянская

– И что он говорит?

– Охранник? – Ольга презрительно засмеялась. – Мужик, что с него взять. Она его окрутила моментально, манипуляторша та еще была. Вот он и делал все, что Алена хотела. Теперь предатель выявлен, для Фролова это болезненно, чуть больше года назад несколько его сотрудников продались и попытались меня подстрелить прямо в кабинете – я делала аналитику для одного сукина сына, и его партнер не хотел, чтобы мой отчет попал к заказчику. Я тогда случайно в живых осталась, а Мирон позаботился об остальном.

Мирон такой, он может. Учитывая, что он дышать перестает, когда держит ее за руку.

– Оль, Фролов что-то знает о Мироне. Помнишь, я тебе говорила – он спрашивал меня о нем.

– Спрашивал. – Ольга смотрит в огонь. – Он ведь умный мужик, а я ему в руки отдала доказательства против твоего мужа и свекрови. Он не мог не понимать, что получила я их от человека, которому, собственно, и поступил заказ. А потом ты с Мироном поговорила по телефону в полиции, он и сложил картинку. Просто настаивать не стал, но выводы сделал.

– Оль, а ведь ты что-то давно заподозрила.

Фролов ушел, недовольный миром и собой, а мы сидим в гостиной и смотрим на огонь в камине. Матвей вместе с Тонькой ушел к соседям смотреть какого-то невероятно прекрасного кота, а мы остались. У меня есть вопросы, и это один из них.

– Я же говорила – для меня картинка сложилась давно, просто недоставало некоторых частей. – Ольга довольно щурится. – То, что первый убийца приходил за Мироном, стало понятно из его допроса, он искал Диспетчера. Ты была так, сопутствующий ущерб. А потом девица эта тебя придушила. И тоже понятен мотив – она думала, что у вас с Мироном связь. И тут начались чудеса: парень с отравой, убитая в питерской квартире бывшая жена твоего брата, причем причину смерти так и не определили. Это явно работа того парня, которого ты табуретом оприходовала, он собирался убить тебя, вколов препарат. То есть в тот день он убил Светлану и пришел за тобой.

– А как они узнали, где я?

– А что, проследить было сложно? – Ольга взяла кочергу и поворошила угли. – Ему дали два адреса, он, поняв, что по первому тебя нет, поехал на второй, и тут ему не повезло. Ну что теперь толковать, дело житейское. А вот та пара, что работала после него, получила указания устранить цель любой ценой, никто уже не заморачивался внезапной смертью или несчастным случаем.

– Почему?

– Жадность, Лина. Когда я привела тебя к Гармашову оформлять покупку дома, я их спровоцировала.

– Так ты знала?!

– Догадывалась. Просто не думала, что на кону такие деньги. А когда я эту сумму увеличила, у них просто крышу сорвало. Какой там несчастный случай! Тем более оставалась девочка, и ее планировали убрать в самом скором времени.

– Полиция бы выяснила, кому это выгодно.

– Ну, выяснила бы, и что? Их вину надо как-то доказать, а доказать можно, только взяв киллера и приперев его к стене уликами. А это один шанс из тысячи.

– Но их же взяли, взяли…

– Ну, конечно, взяли.

Я знаю, что она тоже думает о Мироне. Он исчез из больницы в тот день, когда все случилось. И я очень надеюсь, что с ним все в порядке, учитывая характер его ранения. Нужно было долечиться, а он побежал вычислять убийц. То, что не он их направил, еще не значит, что он не мог их найти. И он нашел. Анонимный звонок, как же!

– Оружие они сбросить не успели. – Ольга нахмурилась. – В багажнике лежало, на месте бросать не с руки было, поехали к реке. Полиция быстро сработала. Ведь я знала, что они замышляют, а все ждала, когда ошибутся! В общем, дела наши так себе.

– А Мирон где сейчас?

– Не знаю, Лина. Объявится, не переживай.

Не то чтобы я переживала, но все думала, как ему теперь, должно быть, одиноко. Он привык к одиночеству, безусловно, но тут несколько дней подряд то со мной возился, то мы к нему заезжали, а теперь он снова совсем один. Я могу пойти в тот бар, но не хочу. Решит общаться – объявится сам, Ольга права.

– Лучше скажи, ты уже развелась с мужем?

– Да, вчера был суд, решение у адвоката. А что?

– Ничего. – Ольга хмыкает. – Смотрю, вы с Матвеем поладили?

– Ты не думай, ничего такого!

Ольга смеется. Ничего смешного я не вижу, но ей отчего-то весело.

– Завтра поедем, поглядишь, как ремонт идет. Там уже заканчивают, остались отделочные работы, выберешь кафель для ванных и цвет стен в комнатах, ну и брата твоего навестим. Семеныч сказал, надежда есть. А уж если он сказал, то это правда.

Мы перевезем бабулю, Петька поправится и очень удивится, что у нас теперь свой дом. Старую квартиру закроем, пусть пока стоит так. В общем, сейчас главное, чтобы Петька выжил, а если Семеныч так говорит, значит, выживет.

– Лина, что ты руки постоянно чешешь?

Я не только руки чешу, у меня много где чешется.

– Эй, ну-ка, дай посмотреть… – Ольга поднимает мою футболку, потом осматривает мои руки, лицо, и все это чешется с удвоенной силой. – Девочка моя, да у тебя ветрянка! Ты что, не болела в детстве?

– Нет.

– Не чеши, сейчас принесу зеленку.

Я слышу, как в холле хлопнула дверь – это вернулись Матвей и Тонька, переполненные впечатлениями о коте.

– Смотри, Лина, я для тебя его сфотографировала! – Тонька тычет мне свой телефон. – Его зовут Ричи, тетя Лера сказала, что они его взяли слепым, потому что мама-кошка погибла, грустно, правда? Лина, ты что, плачешь?

Ольга входит в комнату вместе с Матвеем. Мало того, что я забинтованная, не накрашенная и вся чешусь, меня еще и зеленкой сейчас измажут.

– Не трогай Лину, детка. – Ольга встряхивает пузырек с зеленкой. – У нее ветрянка.

Я заревела в голос, а Матвей обнял меня. Видимо, ветрянка его не пугает.

* * *

– Этого мы оставим себе.

Тонька смотрит на котят, которые пушистым клубком перекатываются в гостиной вместе со щенком. Щенок подрос, но с котятами он очень осторожен – понимает, что они маленькие совсем. Хотя эта разноцветная банда совсем его ушатала.

– Тонюша, да на что нам кот, Маруськи хватит! – Бабуля смеется. – Утопить рука не поднялась, а теперь куда их? Трое…

– Рыженький будет наш. Он с Бобиком подружится. – Тонька уже все решила. – Серого хотела взять Маринка, а черного заберет тетя Оля, она сразу сказала: если будет черный, это мой.

– Ну и хорошо.

Дом великоват для нас, бабуля все никак не привыкнет, ахает и восхищается. Конечно, я и сама восхищаюсь, но я видела исходник, а бабуля – нет. Строители не только отремонтировали дом, но и привели в порядок остальные постройки и участок тоже. Теперь у нас есть гараж, у козы есть хлев, у кур – курятник и бабуля уже планирует какие-то грядки на весну, и я рада, ведь если планирует, значит, чувствует себя здесь дома. Тем более что ее комната обставлена ее же привычной мебелью. Правда, пианино теперь стоит у Тоньки.