От имени государства - Роджер Пирс

Фарго пожал плечами:

— Наверняка можно сказать только одно. К нам он прибыл с санкции МВД, и кто-то наложил эмбарго на все сведения о нем. Очевидно, никто не предполагал, что мы возьмем его в разработку — уж не знаю почему. Наверное, поэтому начальство так на тебя и давит.

— Подписи нет, — сказал Керр, глядя на письмо.

— Одни инициалы, и те неразборчивые. Но я сейчас проверяю тамошнее начальство, — сообщил Фарго. — Джон, пока придется довольствоваться этим. Его кто-то покрывает. Либо он наш человек, либо террорист. Если он наш, почему никто ничего не говорит в открытую? Даже Джо Алленби, похоже, был не в курсе… А если он террорист, каким мы его считаем, кто-то его мощно прикрывает. Мы не имеем права от него отступаться, пока так или иначе не докопаемся до сути.

Керр огляделся по сторонам и тяжело вздохнул:

— Хорошо. Значит, мы не будем выпускать Ахмеда Джибрила из поля зрения, пока я не выясню, какого дьявола его так защищают… — Он кивнул Джастину и Мелани: — Езжайте, ребята.

— Еще две секунды, — попросил Фарго, наклоняясь, чтобы завязать шнурок. Из-под штанов показалась полоска голой кожи. — Я занимался документацией по дому тридцать шесть на Марстон-стрит. Если помните, мне удалось выяснить, что владелец дома в Ламбете, в котором поселился Джибрил, — некая фирма «Фалкон пропертиз». Так вот. Той же фирме принадлежит и особняк на Марстон-стрит.

— Ничего себе! — Керр нахмурился. — Ты уверен?

— Сведения только что подтвердил один знакомый из финансового отдела. Получается, что шумиха вокруг Джибрила каким-то образом связана с тем, что случилось в доме на Марстон-стрит и чему в субботу стал свидетелем Джек.

— Ничего удивительного, что все нас опускают, — буркнул Ленгтон.

Вдруг в кармане брюк Фарго зазвонил мобильник. Он поднял руку, призывая всех к молчанию, и нажал кнопку «Прием вызова». Слушал он внимательно.

— Точно? Повтори по буквам. — Фарго зажал телефон плечом и принялся тщетно искать ручку. Джастин отреагировал первым, протянув, словно ниоткуда, красивую ручку с эмблемой отеля. — Прекрасно, просто замечательно! Офигительно! — говорил Фарго, записывая что-то под диктовку. — Еду обратно.

Отключившись, он просиял и обвел взглядом остальных.

— Наконец-то! Подтвердилось то, чего я ждал! — сказал он. — Мы изучили документы, связанные с операцией «Дервент», с делом Хиндави. В архивах имеется распечатка дела, потому что формально оно еще не закрыто. В его томах не одна тысяча страниц. Всю вчерашнюю ночь заходили в тупики; сегодня утром — то же самое. И вот наконец — в яблочко. Нашли Омара Талеба! Это псевдоним.

— И что? — хором спросили все.

Фарго сверился с записями.

— По-настоящему его зовут Рашид Хуссейн; он служит в сирийской контрразведке. У нас он засветился в мае 1986 года как незадекларированный офицер «Мухабарат», выступавший под видом сотрудника сирийского посольства. Вот чей телефон сохранился на сим-карте Джибрила. Вот кто дал Джибрилу сигнал и нанял для его защиты Джулию Баккур. Классическая, идеальная крыша.

— В чем тогда заключалась его роль? — поинтересовался Ленгтон.

— Если помните, суть дела такова. Сирийский агент Незар Хиндави соблазняет ничего не подозревающую медсестру-ирландку и делает ей ребенка. Далее он покупает ей билет в один конец в Тель-Авив и просит взять с собой его транзисторный приемник. Обещает прилететь к ней следующим рейсом. Перед самой посадкой «Эль Аль» обнаруживает спрятанную в приемнике бомбу. Так вот. Куратором Хиндави был Хуссейн. Он вовремя улетел в Дамаск; мы не успели его схватить. Он крепкий профессионал. Лет двадцать, не меньше, не подавал признаков жизни, но можно не сомневаться, он и сейчас в строю. Сейчас ему должно быть под пятьдесят. Джон, теперь с явочной квартирой Джибрила все более-менее ясно. Как мы и предположили в воскресенье, корни тянутся в Сирию. Все началось еще в восьмидесятых годах, когда Сирия спонсировала террористов.

— Что-нибудь еще? — спросил Керр.

— Конечно! В электронной базе данных по Талебу ничего нет; там кто-то хорошо покопался и стер все интересное. Зато о бумажных распечатках они забыли. И вот последний, железный довод. Джулия Баккур подписала договор аренды дома номер тридцать шесть по Марстон-стрит.

— Молодец! — выдохнул Керр. Мысли в голове мчались бешеным галопом. — Давай, доведи дело до конца и найди его! — Керр вспомнил, как накануне вел себя Билл Ритчи. — И кстати, раз уж мы заговорили о Марстон-стрит, что там с телефонными переговорами того русского?

— Его зовут Анатолий Ригов. Я как раз собирался о нем рассказать. В службе телефонного прослушивания еще ничего не знают. Они ничего не получили от мистера Ритчи.

Джастин шумно вздохнул:

— Черт, что там творится?

— Они ничего не путают? — уточнил Керр.

— Я звонил Карлу. Он сохранил информацию на своем мобильнике, и я попросил его переслать копию прямо мне, — сказал Фарго. — Вот вернусь на работу и займусь.

Керр посмотрел на Фарго:

— И где же сейчас этот мистер Талеб — он же Хуссейн?

— В Турции.

— Где конкретно?

— Чтобы выяснить, где он находится, придется подключить ЦПС.

— Нет. Мы не имеем права рисковать. Придумай другой способ. — Керр посмотрел на Мелани и Джастина, которые в нетерпении топтались у двери. — Езжайте, ребята. И обработайте Памелу как следует. Посмотрим, что она расскажет.