Голодный гоблин - Джон Диксон Карр

– Нет, о морали тут вообще нет речи.

– Так что же?

Кит продолжал изучать его.

– Ты взял на себя большую ответственность, тем более учитывая твою обычную беззаботность. Ты, как и последовательница леди Солсбери, похоже, серьезно увлечен. Но если даже ты все же обманешь комиссара полиции, который продолжает сомневаться, у нас нет уверенности, что Сапфир и Джим поддержат тебя. А без всеобщего согласия у тебя ничего не получится. Тебе не хватит...

Кто-то тихо и быстро постучал в дверь. Несмотря на все старания сохранять спокойствие, Нигел чуть не подскочил.

– Все в порядке, – сказал Кит. – Чтобы обеспечить полную уединенность, на которой ты настаивал, я после ухода официанта повернул ключ. А сейчас вернулся наш официант, чтобы убрать посуду после ленча.

Он подошел к дверям, открыл их и распахнул. Но за ними оказался не официант, который вернулся убрать посуду после ленча.

Она стояла на пороге, и свет газовых ламп в коридоре падал на ее пышные волосы и меха.

– Добрый день, Кит. – Она посмотрела мимо него. – Привет, Нигги! Я явилась без оповещения. Недавно остановилась туг под другим именем. Я не хотела ни сообщать о себе, ни случайной встречи с кем-либо. Скользнула в лифт, мальчик-лифтер не проявил никакого интереса ко мне – и вот я здесь.

Она улыбалась, но видно было, что чувствует она себя не в своей тарелке. С сумочкой под мышкой она переступила порог и, прикрыв дверь, прислонилась к ней спиной.

– Если вам не удалось приветствовать меня, – продолжила она, – прошу вас, не извиняйтесь. Все четко отражается на ваших лицах. Вы оба пытаетесь понять: которая из них, какая из этих двух непонятных личностей? Итак! Нанеся вам этот неожиданный визит, за который я приношу извинения, самое малое, что я могу сделать, – это дать ответ. Я – та женщина, на которой ты женился, Ниг. Я Сапфир, Кит. Вот смотрите!

Открыв сумочку, она извлекла браслет из блестящих синих камней, после чего бросила его обратно и закрыла сумочку.

– Тебе нужны еще доказательства, Кит? В том ночном заведении на Хеймаркет, перед тем, как вы сцепились с теми юнионистами – все они смахивали на сержантов или капралов, не так ли? – я предложила Пат, что, если начнется фейерверк, мы с ней сможем нырнуть под стол. Фейерверк состоялся, но мы не сдвинулись с места. Когда вы с Пат и мы с Джимом уходили, официант наконец притащил то несчастное ведро с водой, которое и оживило Джоя и Сая.

Кит, неловко бормоча слова приветствия, подтащил кресло. Сапфир приняла его.

– Спасибо, Кит, – сказала она. – Я все же сяду, но только на секунду, и раздеваться не буду. Я не должна оставаться тут слишком долго, тем более что явилась незваной гостьей.

– Званой, моя дорогая. И поскольку ты уже здесь, – пригласил Нигел, который уже пришел в себя, – по крайней мере, располагайся поудобнее. Я как раз рассказывал Киту...

– Да, Нигги. Думаю, уже знаю, о чем ты ему рассказывал. А могу я кое-что рассказать тебе?

– Открывай огонь из всех орудий.

Сапфир сидела, положив руки на подлокотники кресла. Меж бровей пролегла морщинка, когда она мечтательно заговорила.

– Поздно утром, проведя ночь на Кларидж-стрит, 24, я послала телеграмму, адресованную Мюриэль Сигрейв в «Удольфо». Я попросила ее встретиться со мной на Кларидж-стрит по очень спешному делу. Так что я встретила... встретила... мы зовем ее Кэти, не так ли? Ты крепко привязан к своей Кэти, верно?

– Да. Так же, как ты к своему американцу, артиллеристу, который умеет стрелять и бутылками. Значит, ты услышала о великом замысле?

– О да! – с неподдельной радостью вскричала Сапфир. – Значит, мы сохраняем статус-кво. Я полностью согласна, как и Джим! Только...

– Только – что?

– Джим хочет, чтобы я вышла за него замуж и вернулась с ним в Южную Каролину, как его жена! Если иного выхода нет, я не против стать обладательницей двух мужей...

– Да, это отличный вариант, – согласился ее муж. – Хотя в твоем случае в этом нет необходимости. Я придумал решение.

– Да?

– Это правда, что ты не можешь выйти замуж ни в англиканской церкви, ни в какой-либо из протестантских, скажем в пресвитерианской. Ты, конечно, можешь попробовать обратиться к Римско-католической церкви, но это не совсем правильно, да и в любом случае, – Нигел изобразил воплощенную добродетель, – это в любом случае будет двоемужие, что противозаконно. И тем не менее! Если ты твердо решила, то всегда сможешь произнести супружеский обет в соответствии с обрядом какой-нибудь заморской еретической веры, например мусульманской, или индуистской, или буддистской. По крайней мере, ты получишь право искренне считать себя замужней женщиной.

– Да, Ниг, так и есть. Я должна посоветоваться с Джимом. Нигел мрачно посмотрел на Кита:

– Спасибо, Сапфир. Поскольку ты и твой Джим Карвер доверяете суждениям вашего старого дядюшки Нигела... между прочим, я тоже скажу ему слово-другое. – Взгляд Нигела смягчился. – Когда прошлым вечером я расставался с тобой, Кит, то сказал, что не буду делать никаких предсказаний, но думаю, что мы уже близки к концу пути. Учитывая, что мне потом сказала Кэти, да и сами ищейки были настолько добры, что ввели меня в курс дела, я в этом совершенно уверен. И твой утренний разговор с Лунным Камнем окончательно подвел черту. Он в самом деле сказал «разоблачение», да?

– Да.

– Значит, сегодня вечером нас ждет финал, старина. Больше не будет никаких «если», «но», «может быть». Черт возьми, мы в самом деле в конце пути.