Забытая девушка - Карин Слотер

– Я не знаю. – Андреа отчаянно хотелось бросить трубку. – Лорелхерст?

– Лорелхерст? Где ты про него услышала? Там живут другие маршалы?

Андреа знала про этот район, потому что как-то прочитала в «Роллинг Стоун», что «Слитер-Кинни» выступали там в баре.

– Кто-то в офисе упомянул его. Говорят, там очень мило.

– Боже, надеюсь. Ты бы видела цены. – Лора, видимо, сидела за компьютером в своем офисе. Андреа слышала, как она стучит по клавиатуре. – О, вот, есть вариант… ой, нет, здесь написано, что нужно иметь домашнее животное. Какой хозяин хочет, чтобы у жильца было домашнее животное? Я не понимаю Портленд. А вот еще, но…

Андреа слушала поток комментариев Лоры по поводу однокомнатной подвальной квартиры, которая, очевидно, была студией и, кажется, там в ванной стоял неоязыческий алтарь, да и в любом случае она слишком дорогая.

– Ладно, – продолжила Лора. – Лорелхерст охватывает юго-восточную и северо-восточную части Портленда. О, в одном из парков стоит памятник Жанне д’Арк. Но тут все такое дорогое, милая. У тебя не будет возможности просто открыть соседнюю дверь и украсть арахисовое масло у меня из шкафа.

Андреа присела на край кровати, пока Лора искала более дешевые районы.

– Конкордия? Хосфорд-Абернати? Район Бакхэм?

Андреа схватилась за голову. Ее мать могла бы предложить ей сотню разных жизней, но худшей все равно была бы взрослая жизнь.

Ей нужно было остановить это.

– Слушай, мам, мне пора идти.

– Хорошо, только…

– Перезвоню потом. Люблю тебя.

Андреа завершила вызов. Она упала на кровать и уставилась в зернистый потолок. Протекшая вода оставила на нем коричневое облако. Она чувствовала отвращение к себе из-за этого идиотского спектакля с Портлендом, который она разыгрывала перед своей матерью. Целых два года она наказывала Лору за то, что она была чертовски хорошей лгуньей. Яблочко упало предельно близко к яблоне.

– Оливер! – Байбл постучал в ее дверь. – Это я, напарник. Ты в приличном виде?

– Наконец-то, – Андреа резко поднялась. Она открыла дверь. Байбл переоделся в джинсы и футболку СМ США – такую же, что была на ней. У обоих на поясе было оружие. Из-за этого стоявшая за его спиной миниатюрная женщина в темно-синем деловом костюме и на очень высоких каблуках казалась совсем не на своем месте.

– Хочу кое-в чем признаться, – сказал Байбл. – Я принял ответственное решение привлечь босса. Старшая уполномоченная Сесилия Комптон, это уполномоченная Андреа Оливер.

– Э… – Андреа быстро заправила свою футболку. – Мэм, я думала, вы в Балтиморе?

– Там работает мой муж. Не возражаете, если я войду? – Комптон не стала ждать приглашения. Она вошла в номер. Она огляделась и увидела все то, что Андреа не хотела бы показывать вообще никому, не говоря уже о ее боссе. Сумка выпотрошена. Нижнее белье вытряхнуто на пол. Смятая спортивная одежда валяется рядом с мини-холодильником. Рюкзак брошен на кровать. Слава богу, ее мысли были слишком заняты Элис Полсен и Стар Бонэр, так что она не доставала дело Эмили Вон.

– Так… – Комптон присела на краешек стола, где сиротливо лежал недоеденный сандвич Андреа. – Байбл рассказал мне о ферме. Какое впечатление сложилось у вас?

Андреа не была к этому готова. То, что Сесилия Комптон была одной из тех страшных, внушающих трепет женщин, которая охрененно держала себя, ни разу не упрощало дело.

– Вдохни поглубже, Оливер. – Байбл стоял, прислонившись к входной двери. – Начни со Стар.

– Стар, – сказала Андреа. – Очень худая, как и все остальные, но старше – наверное, уже за двадцать. Босая. Длинные волосы. В такой же желтой сорочке, что и остальные.

– Как вы думаете, она там давно?

– Судя по словам шефа Стилтона, как минимум два года. Полагаю, можно сделать определенные выводы из того, что она была в доме, а не занималась физическим трудом в поле. Она назвала Векслера по имени. Стилтон сказал, что ее мать живет в городе.

– Я слышала про мать. Не могу винить ее в похищении, хотя исполнение было крайне неудачное, – сказала Комптон. – А что насчет Элис Полсен? По-вашему, это похоже на суицид?

Андреа поняла, что ей банально недостает опыта, чтобы ответить на этот вопрос. Она решила быть честной.

– В качестве следователя мне довелось осмотреть пока только два мертвых тела, мэм. Оба были в морге Глинко. Но, отвечая на ваш вопрос, – да, исходя из моего ограниченного опыта, очень похоже на то, что Элис Полсен покончила с собой.

Комптон хотела большего.

– Продолжайте.

Андреа попыталась собраться с мыслями.

– У нее на запястьях были свежие шрамы, оставшиеся после предыдущей попытки самоубийства, о которой нам рассказал шеф Стилтон. На месте происшествия была пустая баночка из-под таблеток. Вокруг ее рта засохла пена. В глазах не было мелких кровоизлияний, которые указывали бы на удушение. Не было и следов борьбы или травм, которые обычно получают при самозащите. Были синяки, особенно на запястьях, но это ничего не говорит о нападении.

– Похоже, вы произвели очень тщательную оценку, – сказала Комптон. – Могу я посмотреть фотографии?

Андреа разблокировала свой айфон и отдала ей.

Комптон довольно долго изучала фотографии. Она рассмотрела каждую, то увеличивая, то уменьшая масштаб. Она прокручивала их взад-вперед, сравнивая друг с другом. Она внимательно изучила даже фото с просьбой о помощи Стар. Она не произнесла ни слова, пока не просмотрела их все.

– Элис Полсен – гражданка Дании. Государственный департамент свяжется с их посольством. Я приехала, чтобы установить контакт с местными. Мы не хотим, чтобы датчане думали, что мы относимся к этому несерьезно. – Она вернула телефон Андреа. – Мы назначили аутопсию, но, основываясь на том, что увидела на этих снимках, я склонна разделить ваше мнение.

– А что насчет последней фотографии? Стар Бонэр просит о помощи.

– Она просила о ней и раньше, – ответила Комптон. – Я была у шефа Стилтона перед тем, как приехать сюда. Он был очень прямолинеен со мной.

Андреа сжала челюсти. Она сомневалась, что он называл Сесилию Комптон дорогушей.

Комптон начала рассказывать:

– Два года назад Стар Бонэр сунула записку доставщику на складе. Она написала то же, что и сегодня, – «помогите». Стилтон пришел поговорить с ней. Ему удалось остаться с ней наедине. Но она отрицала, что написала записку. Ему ничего не оставалось, кроме как просто уйти.

Андреа осознала, что качает головой. Всегда можно сделать что-то еще.

– Во второй раз случилось почти то же самое, – продолжила Комптон. – Стар позвонила своей матери посреди ночи. Попросила о помощи. Стилтон снова прибыл на ферму. Она отрицала, что звонила.

Андреа все качала головой. Она не понаслышке знала, как Стилтон разговаривает с женщинами. Он был самым неподходящим человеком