Тиран духа - Присцилла Ройал

Средневековая женщина нередко выбирала монашескую стезю. Она могла ступить на этот путь, имея призвание к религиозному служению или потому, что так решала ее семья. В то же время не все монахини жили в отрыве от мира. Часто их вызывали обратно в родные дома, если кто-нибудь в семье заболевал или возникала какая-либо другая потребность. Настоятельницы монастырей нередко проводили немало времени и при дворе. Подобно современным благотворительным организациям, все монастыри нуждались в деньгах, а двор был подходящим местом для того, чтобы получать пожертвования в виде земель или других ценностей. Многие женщины, особенно те, кто знал толк в управлении обширным хозяйством или земельными угодьями, выбирали жизнь в монастыре как возможность проявить свой административный талант. Несмотря на распространенное мнение, что Адам не должен быть под началом у Евы, существовало даже несколько монастырей («двойных домов»), где монахи и монахини жили и трудились в тесном соседстве, и оба пола находились в подчинении у настоятельницы или аббатисы. Такой порядок существовал в ордене Фонтевро, к которому принадлежат духовные лица — герои этого романа.

Призвание уйти в отшельницы встречалось реже. Отшельницей была женщина, принимавшая особый обет в дополнение к другим монашеским обетам — оставаться на какой-то ограниченной территории, отдельно от всего остального мира. В более ранние века христианства оставаться на одном месте означало, что мужчина или женщина живет в отдельной хижине или даже в пещере. Позднее такие люди жили в одиночестве в келье, нередко примыкавшей к часовне, откуда они могли наблюдать ход богослужения и принимать причастие через маленькое отверстие в стене. Поскольку отшельница хотела вести еще более замкнутый и суровый образ жизни, чем большинство монахинь в то время, ее просьба должна была получить одобрение местного епископа и главы монастыря, в который она хотела поступить. Такое принятие в отшельницы называлось «погребением», то есть женщина считалась умершей для мира.

Хотя отшельницы стремились к более уединенной жизни, многие из них на деле не вполне «умирали для мира». Некоторые родители могли отдать дочь послушницей (это называлось «в дар») монастырю, чтобы она воспитывалась и обучалась у отшельницы, которую почитали особенно мудрой и святой из-за суровости ее обетов. Одной из таких послушниц была Хильдегарда Бингенская, которую вырастила и воспитала некая Ютта, отшельница в бенедиктинском монастыре в Дизибоденберге. Впоследствии Хильдегарда оставила уединенную келью и сама возглавила монастырь, став мудрой советчицей многих известных людей, как духовных, так и светских. Многие отшельницы ткали и занимались другими ремеслами, зарабатывая деньги для своего монастыря. Другие принимали посетителей, которые приходили к открытому, но занавешенному окошку их кельи за советом. Один подобный пример — Юлиана из Нориджа, упоминаемая в автобиографии Маргариты Кемпийской, которая спрашивала мнения отшельницы по поводу истинности своих видений (Юлиана приняла ее достаточно ласково). Итак, отшельница не была полностью оторвана от людей, не говоря о том, что слугам обычно поручали заботиться об их земных потребностях: приносить им пищу, стирать одежду и выносить ночную посудину.