Личное дело женщины-кошки - Дарья Донцова

– Похоже, надо милицию вызывать, – жестко заметила врач, –зафиксировать факт драки.

– Менты тут! – запрыгала Маня. – Они у нас свои, не повызову! Знакомьтесь, полковник Дегтярев, ща я его удостоверение притащу.

– Вы сотрудник органов? – изумилась доктор.

Толстяк одернул верхнюю часть спортивного костюма и привычнопредставился:

– Полковник Дегтярев Александр Михайлович.

– Ирина Петровна Лаврова, – машинально ответила врач, – чтоу вас случилось?

– К нам приехала Вера Рыбалко, – завела Маша, – с улиткойДжульеттой! Мы побоялись, что Александр Михайлович рассердится!

– Улитка по дому ходила, – вступила в беседу Ирка, – чистыйкаток, даже Хуч упал, хорошо, что ничего не сломал.

– Потом она улетела в Лондон! – продолжала Маша. – Аполковник вызвал «Скорую», приехали Марина и Петр Ильич, они ему глюки убиратьрешили.

– Пришлось рассказать правду, – вздохнула я, – но он неповерил, и что нам оставалось делать? Она решила у нас целый год жить!

– Улитка? – уточнила Ирина Петровна, оседая на диван.

– Нет! – подпрыгнула Маня. – Она в Лондоне! Марина! И тогдая ее привязала за веревку.

– Марину? – склонила голову набок доктор.

– Брунгильду, – терпеливо объяснила Маруся, – а Ира ее сокна тянула! Здорово ползла, без света супер получилось, но затем она еговключила!

– Улитка? – окончательно потеряла нить разговора врач.

– Марина!!! – начала выходить из себя Ирка. – Как вцепится!Как зарычит: р-р-р-р! Банди отдыхает!

Услыхав свое имя, пит, до сих пор мирно сидевший у стены,тихонечко гавкнул. Ирина Петровна вздрогнула и спрятала ноги под диван.

– Он безобидный, – поспешила я успокоить врача, – абсолютныйтюфяк, обожает поесть и совершенно не способен на решительные действия. Милыймальчик!

– Между прочим, у меня диплом по стрельбе, – возмущалсяДегтярев, – я получил его в восемьдесят шестом году и, если понадобится, сумеюиспользовать приемы самбо! Вовсе я не бесполезный тюфяк!

Мне стало смешно, я имела в виду Банди, а не полковника, нупочему толстяк принимает любые высказывания на свой счет? Наверное, это отраздутого самомнения, а еще Александр Михайлович ведет себя, как школьник,которого ругает злая директриса. Пару дней назад я услышала, как Ирка причиталана кухне:

– Ну какая собака полезла в ведро, вытащила из него оберткиот конфет, обжевала их и на пол наплевала, а?

– Это не я, – тут же заявил полковник, – я даже неприближался к отбросам.

Ну скажите, такая реакция нормальна? Ирка-то имела в видусобак, она хотела вычислить, кто из четверолапых нахулиганил, а Дегтяревпоспешил оправдаться. Это начинающийся старческий маразм или генетическийидиотизм?

– А потом она на занавеску прыгнула! – замахала руками Маня.

– Улитка? – нервно воскликнула Ирина Петровна.

– Марина! – ожила Ира. – На бок упала, я ее на бечевкетянула!

– Марину?

– Улитку!

Врач издала стон. Я покачала головой: ну почему любаяситуация, если о ней рассказывать подробно, кажется идиотской? Поравмешиваться.

– Ирина Петровна, не волнуйтесь, – ласково улыбнулась я, –никакого криминала или драки не было. Обычная бытовая травма!

– Рабочая, – занервничала Марина, – по бытовой за бюллетеньне заплатят! Я нахожусь на службе! Защищала больного от улитки! Они его дурят!

– Ничего не понимаю, – устало заявила врач.

– И не надо, – сказала я, – в бумаге просто укажите: впроцессе ловли улитки молодая женщина решила вскарабкаться на штору и упала.Обычная история, каждый день такие случаются.

– Хорошо, – неожиданно согласилась доктор.

– Мне больно, – заныла Марина.

– Пострадавшую надо отнести в машину, – скомандовала врач, –отвезем в травму, сделаем рентген. Ой!

– Что-то случилось? – спросила Зайка, глядя на покрасневшеговрача. – Хотите кофе?

– И от бутербродов не откажемся, – подала голос до сих порхранившая молчание девушка.

– Инга! – укоризненно воскликнула Ирина Петровна. – Мы наслужбе.

– Так чего? – пожала плечами Инга. – Пока вы документыоформляете, я сандвич съем, дом богатый, неужели им кусок сыра жаль?

– Пошли на кухню, – скомандовала Ирка.

– Лучше сюда принеси еду, – велела я.

– Не стоит беспокоиться, – быстро сказала Ирина Петровна, –зачем туда-сюда чашки таскать. Ой-ей-ей!

– Вам плохо? – напряглась я.

– Я великолепно себя чувствую, – заверила врач, – воттолько, ой-ей-ей! Не вынимаются!

– Кто?

– Что?

– Откуда? – начали задавать вопросы присутствующие.

– Ноги, – призналась пунцовая от смущения врач, – понимаете,когда он тявкнул…

– Я молчал! – живо оправдался полковник.

– Я говорю про собаку, – побагровела Ирина Петровна, – яиспугалась, сунула ноги под диван и теперь не могу их вынуть, ну никак!

Маруська нагнулась и присвистнула.

– Во прикол! Там, под сиденьем, деревяшка торчит! И как выпод нее лапы пропихнули?

– Не знаю, – простонала врач, – случайно! От страха, онгавкнул…

– Я молча стоял, – занервничал полковник.

– Надо поднять диван! – предложила Ольга, и тут в комнатувошел Кеша.

– Очень вовремя, – обрадовалась Зайка, – вот он нам сейчас ипоможет. Чего ты так поздно?

– Еле-еле из тюрьмы вышел, – пояснил Аркадий, – контролерыозверели. Ладно на входе, понятное дело, пока всех обшмонают, ощупают, но навыходе проверять! Нет бы дверь открыть и сказать: «Валите, господа, из Бутыркиживо». А то скопили очередь, жетоны как под наркозом забирают! Между прочим,мне завтра назад! Слышь, Дегтярев, у тебя никого знакомого в изоляторе нет?Ей-богу, надоело мне в духоте париться!