Умри со мной - Элена Форбс

— Не говоря уж о тостах типа «Пей до дна!» или «Ну, вздрогнули!», — улыбаясь, добавил Адам. — Английский язык, на мой взгляд, слишком практичный. И непоэтичный. Особенно когда касается выпивки или любовных отношений.

Донован почувствовала, что у нее зарделись щеки. То ли от водки, то ли от того, как он смотрел на нее, — толком она не поняла.

— Ты свободно говоришь по-польски?

— Я родился и вырос в Англии, но дома мы всегда говорили по-польски. — Адам допил водку и улыбнулся. — Теперь твоя очередь.

— Одним глотком? О'кей. Вот!

Он наблюдал, как она опрокинула рюмку. Водка показалась ей еще вкуснее, хотя была ледяной и обожгла Донован горло.

— Эта называется «Зубровка», — пояснил он, — настоянная на «траве зубра». Хочешь попробовать еще лимонную? Очень вкусная. Хотя с тебя хватит. Водка с непривычки сильно ударяет в голову.

Донован колебалась. Ей еще предстояло готовить ужин для Клэр, а она даже в магазин не зашла. К счастью, почти у дома находится «Теско», открытый допоздна. Не стоит, конечно, возвращаться домой навеселе. А, какого черта! Так приятно сидеть с ним рядом! Сэм хотелось хоть еще чуть-чуть оттянуть неизбежный момент расставания.

— О'кей. Еще одну, а потом мне точно уже пора идти.

Официант куда-то исчез, и Залески сам отправился к стойке заказать по последней.

— Знаешь, а ты совсем не такая, какой мне представлялась женщина-полицейский, — заметил Адам, усаживаясь за столик через несколько минут с двумя рюмками.

— Ну да? — расхохоталась она.

— Правда, прежде я не был знаком ни с одной. Лично, во всяком случае. Раз только какая-то остановила меня за превышение скорости.

— Отдел расследования убийств немножечко отличается от дорожно-патрульной службы, — заметила Донован, очень надеясь, что он не станет расспрашивать ее о нынешнем расследовании.

— Могу себе представить. А какое у тебя образование? Как получилось, что ты стала работать в полиции?

— У меня диплом по английскому языку, — пожала плечами Донован. — В наши дни толку от него никакого. Работать в школе, как мои родители, — это не по мне. Отец у меня — лейборист, типичный читатель еженедельника «Нью стейтсмен», и служба в полиции — единственное, чем я могла его удивить. Ну разве только еще вступить в партию «Молодые консерваторы».

Адам улыбнулся:

— На самом деле «совсем не такая» означает, что ты очень женственная и миниатюрная для полицейского.

— В том смысле, что коротышка?

— Нет, именно миниатюрная.

— Ой, да ладно! Меня это не колышет. Я вполне довольна тем, какая я есть. И к счастью, сейчас в полиции нет ограничений по росту. Да и для того, чем занимаюсь я, не требуется ни выдающегося роста, ни особой физической силы.

— Конечно. Полагаю, работа детектива требует только хороших умственных способностей. За тебя, Сэм, и успешное расследование. — Улыбнувшись, Адам выпил водку и добавил что-то по-польски.

— Что ты сказал?

— Сказал, — ухмыльнулся он, — что у тебя красивые глаза.

Сэм почувствовала, что снова покраснела. Почему такие фразы всегда звучат гораздо красивее на чужом языке? Она вспомнила, как Джейми Ли Кёртис тащилась от русского языка в фильме «Рыбка по имени Ванда». Польский, оказывается, такой же сексуальный, особенно когда по-польски говорит Адам. У него неброская, но вполне приятная внешность, которая на женщин воздействует постепенно. Чем дальше, тем сильнее. Если он снимет унылые очки, а волосы станет носить чуть длиннее, то, пожалуй, обставит и Тарталью. Ну и одеться ему тоже не мешало бы помоднее. Но ей даже нравилось, что он то ли безразличен к своей внешности, то ли просто не ведает, насколько хорош.

— Прости, мне следовало бы вести себя более профессионально, — по-прежнему улыбаясь, добавил Адам. — Ты ведь мой пациент. Слава богу, остался только один сеанс.

— Ты действительно считаешь, что мне больше никогда не захочется курить?

— Посмотрим. Обычно курса хватает. В пятницу по времени ты последняя пациентка, верно?

Донован кивнула.

— Разреши пригласить тебя на обед после сеанса? Отпраздновать.

— Что ж, было бы чудесно. Пойдем в клуб?

Сэм не хотелось показывать, что она обрадовалась приглашению, но это было так.

Адам с улыбкой помотал головой:

— Поляки только и едят что свинину, капусту да картошку. Нет, пойдем в заведение поприличнее. Предоставь выбор мне.