Путь воина - Чингиз Абдуллаев

Мори задумался, потом посмотрел на Фумико. И наконецуточнил:

— Почему они на вас напали?

— Я думал, вы мне об этом скажете.

— Откуда мне знать? Или вы думаете, я их послал? ЭтогоКурахару мы приняли только в прошлом году. Он вообще раньше работал в полиции.Но Нарихира работает у нас шесть или семь лет. Если хотите, я могу вас ознакомитьс его закрытым файлом. Но там ничего не может быть. Всю информацию проверяет нетолько наше управление, но и управление безопасности Удзавы.

— Если мы сейчас поедем в банк, вас пропустят? —спросил Дронго.

— Конечно, — удивился Мори, — у меня есть правовхода в любое время. И все охранники знают меня в лицо. Да и Фумико можетвойти, когда захочет.

— Тогда поехали, — предложил Дронго, — у насне так много времени до заседания совета директоров. Осталось около четырехчасов, Мори. Нужно как можно быстрее получить всю имеющуюся у вас информацию.

— Поехали, — согласился Мори, — у меня здесьмашина.

Мори сел за руль, а Дронго попросил Фумико сесть сзади. Такони и поехали в банк. У здания стояли две полицейские машины. Очевидно, этобыло распоряжение прокурора Хасэгавы. Войдя в здание, они довольно долго ждали,пока наконец Дронго оформили разрешение на вход. И наконец все трое поднялись вкабинет Мори.

Он сел за компьютер, ввел в него данные. Заработал, ловкобегая пальцами по буквам. Дронго смотрел на его вдохновенное лицо. Фумико былаправа.

Этот человек действительно был предан компьютеру. Черезнесколько минут Мори предложил Дронго сесть рядом с ним. И Дронго с изумлениемпрочел, что Курахара работал в техническом отделе городского управленияполиции. И ушел оттуда в прошлом году, перейдя на работу в банк. Его приняли порекомендации Такахаси.

— Это он организовал аварию Вадати, — уверенносказал Дронго, — и он устроил эту подлую выдумку с феном для Сэцуко.

— Пока это только ваши предположения, — возразилМори. — У вас нет доказательств.

— Давайте данные по Нарихире. Мори снова заработал накомпьютере.

— Вот негодяи, — улыбнулся Мори, — онинесанкционированно подключались к телефонам сотрудников наших управлений вТокио и в Осаке.

— Они могли контролировать ваши телефоны? —уточнил Дронго.

— Да. Здесь и по всей Японии.

— И в Осаке тоже?

— Да, там тоже. Система блокировки, которую ониустановили в Осаке, сразу выдавала номера телефонов, по которым звонили изОсаки в другие города.

— Вот вам и доказательства, — вздохнулДронго. — Они узнали о звонке из Осаки. Бедная Сэцуко, она не моглапредположить, что в самом банке сидят ее убийцы. Наверно, открыла им дверь. Онивоспользовались ситуацией.

— Теперь можете посмотреть информацию про другого, —сказал Мори.

— Характеристика, биография, его послужной список. Онбыл у вас на хорошем счету, Мори. Неплохо разбирался в этих телефонах, умелпрослушивать чужие разговоры, ставить блокаду для собственных телефонныхномеров и обходить блокаду чужих. Он знал номер вашего мобильного телефона?

— Знал, — ответил Мори.

— Откуда он к вам перешел?

— Из банка Мицуи, — прочел Мори. — Но все этифакты не объясняют главного. Кто и зачем стрелял в президента Симуру ивице-президента Такахаси?

— Они все объясняют, — сказал Дронго. —Понимаете, дорогой друг, для вас нет ничего необычного в работе на компьютере.Вы можете жить в Интернете, чувствуя себя там как дома. Вы настоящийпрофессионал в этой области. А я профессионал в другой области. Я долженразбираться в малейших движениях человеческих душ, находить причинные связимежду поступками различных людей.

Вот поэтому каждый из нас занимается своим делом. Спасибовам, господин Мицуо Мори.

— Что ты собираешься делать? — спросила Фумико,ничего не понимая.

— Отвезти тебя домой, — улыбнулся Дронго, — апотом поехать в дом сэнсэя Симуры. Побриться, принять душ и немного подумать.Чтобы сегодня утром рассказать вам обо всех деталях этого невероятногопреступления.

— И ты знаешь, кто стрелял? — спросила пораженнаяФумико.

— Почти наверняка.

— И ты сможешь объяснить все эти убийства?

— Безусловно. Только вызови сначала такси. Фумикодостала телефон, вызвала такси. Затем взглянула на Мори. Тот усмехнулся.

— Он немного странный человек, — сказалМори, — но он мне нравится. Она пожала плечами.

— Поедем домой, — согласилась она, — хотя яничего не могу понять. Ты действительно думаешь, что сумеешь мне все объяснить?

— Сегодня утром, — уверенно сказал Дронго. —Надеюсь, у меня все получится.

Он поднялся и пошел к выходу. Фумико посмотрела на Мори ипробормотала:

— Извини, что я в тебе сомневалась.

— Ты постоянна в своих ошибках, — усмехнулся тот.

Дронго и Фумико спустились вниз. Было уже светло. Онапосмотрела на часы. Половина седьмого утра.

— Что происходит? — спросила Фумико. — Может,ты мне объяснишь?

— Только после того, как уточню некоторыедетали, — задумчиво ответил Дронго.

Они сели в подъехавшую машину, и Дронго повез Фумико домой.Всю дорогу он сосредоточенно молчал. Она иногда искоса смотрела на него и нерешалась нарушить его молчание. Когда наконец они подъехали к ее дому, Дронгословно очнулся. Он достал пистолет и протянул его Фумико.

— Передай своему отцу. Скажи, что он мне непонадобился.

— Ты больше ничего не хочешь мне сказать? —спросила она.

— Извини, не сейчас. Мне еще нужно немного подумать.

— Ты стал чужим, — сказала она, — каким-тодругим.

— Наверно, — согласился он. — Кстати, я хочуизвиниться.

— За что? — удивилась она.

— Во-первых, японская баня действительно настоящеечудо. Если бы не она, я бы не смог так долго гулять по ночному городу.

— А во-вторых? — усмехнулась она.

— Во-вторых, ты, кажется, была права. Эти преступления,которые произошли в вашем банке, не могли произойти ни в одной стране мира.Только в Японии.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Расскажу через несколько часов. Только постарайся нис кем не разговаривать и ничего не рассказывать.

— И про японскую баню тоже? — рассмеялась она,выходя из машины.

В дом Кодзи Симуры он вернулся уже в восьмом часу утра.Испуганный садовник пытался жестами объяснить, что вчера дважды приезжалисотрудники полиции, которые проверяли вещи так неожиданно исчезнувшего гостя.Дронго прошел в ванную и встал под горячий душ. Тщательно побрившись, он досталсвой любимый «Фаренгейт». Переодеваясь, он подумал, что сегодня самый важныйдень его пребывания в Японии. И если он ошибется, то второй попытки у него небудет.