Ночь над водой - Кен Фоллетт

— Не уверен, хотя он похож на секретного агента. Хартманн и сам может этого не знать. Здоровый детина, правда?

Нэнси пришла к выводу, что Мервин очень наблюдателен.

— А вот, кажется, и бар, — сказал он, увидев низенькое здание, и остановился у двери, чтобы перевести дыхание.

— Ну, с Богом, удачи, — пожелала Нэнси. Ей действительно хотелось, чтобы ему повезло. Каким-то странным образом она привыкла к этому во многом странному летчику, несмотря на его жуткие манеры.

— Спасибо. Вам тоже всего самого доброго.

Он вошел, а она зашагала дальше.

В дальнем конце улицы и впрямь стояло здание, обвитое уже потускневшим осенним плющом. Войдя в холл, она наткнулась на приятного молодого парнишку в форме компании «Пан Америкэн». Он посмотрел на нее с нескрываемым интересом, по-мужски, хотя годился ей в сыновья.

— Послушайте, мне нужен билет на клипер.

Он удивился.

— Бог с вами, мы здесь ничего не продаем, у нас и кассы-то нет.

Это не показалось ей серьезной проблемой. Она постаралась улыбнуться, как можно соблазнительнее, это всегда помогает в разговоре с мужчинами.

— Но билет — не более, чем клочок бумаги. Думаю, меня пустят на борт, если я заплачу?

Юнец ухмыльнулся. «Так, этот у меня в кармане, — подумала она, — я еще, оказывается, кое-что могу».

— Наверное. Однако в самолете полный комплект.

— Черт побери! — выругалась она еле слышно. Неужели стоило проделать такой путь, чтобы в результате получить от ворот поворот? Нет, сдаваться нельзя. Должен же быть какой-то выход. — Мне не нужна постель, я могу спать в кресле, даже в кресле экипажа, если оно свободно. — Нэнси улыбнулась, поведя высокой грудью.

— К сожалению, нельзя. Хотя, постойте, по-моему, купе для новобрачных не занято.

— Прекрасно. Значит, можно купить место?

— Но я даже не знаю, сколько это стоит.

— Но ведь вы можете узнать, прошу вас.

— По всей видимости, вдвое дороже обычного билета, приблизительно семьсот пятьдесят долларов в один конец, хотя, может, и больше.

Ей было все равно — хоть семь тысяч.

— Вот что, сделаем так, я дам вам чек с моей подписью, а вы сами заполните все, что нужно, договорились?

— Вам очень нужно попасть на самолет?

— Обязательно. Завтра я должна быть в Нью-Йорке. Это очень важно.

— Ладно, тогда пойдемте к капитану. Сюда, пожалуйста, мадам.

Нэнси последовала за ним, думая, не зря ли она кокетничала и потратила столько времени на прыткого юнца, который, очевидно, ничего не решал. Сейчас придется все начинать сначала.

Он повел ее в комнату наверх. Там сидели шесть-семь мужчин в форменных рубашках с короткими рукавами; они курили, пили кофе, изучали какие-то карты и метеосводки. Молодой человек представил ее капитану Марвину Бейкеру. Красивый с твердым взглядом капитан поздоровался с ней за руку, как будто хотел пощупать пульс, но потом поняла, что он просто похож на доктора.

— Миссис Линеан ужасно нужно попасть в Нью-Йорк, кэп, — поспешно начал юнец. — Срочное дело, и она согласна заплатить за купе для новобрачных. Может, возьмем ее, сэр?

Нэнси с нетерпением ожидала ответа, но вместо этого капитан задал вопрос.

— Ваш муж с вами, миссис Линеан?

Она взмахнула накрашенными ресницами — отработанный прием, когда надо чего-то добиться от мужчины.

— Я вдова, капитан.

— Прошу прощения. У вас есть багаж?

— Только этот маленький чемоданчик.

— Миссис Линеан, буду рад видеть вас пассажиром на борту нашего клипера.

У нее отлегло от сердца.

— Огромное спасибо! Вы даже не представляете, как я вам благодарна. — У нее подкашивались колени. Она присела на ближайший стул. Краска не сходила с лица. Нэнси порылась в своей сумочке и достала оттуда чековую книжку. Дрожащей рукой она подписала пустой чек, передала его молодому человеку.

Теперь предстояло заняться Питером.

— Я видела в деревне кое-кого из пассажиров. Не знаете, где остальные?

— Большинство в «погребке» внизу, в этом здании, — ответил юноша. — Вход с другой стороны.

Она встала. Нервозность ее прошла.

— Еще раз благодарю.

— Всегда рады помочь.

Нэнси вышла из комнаты. Как только дверь за ней закрылась, она услышала приглушенный смех и грубоватые шутки в адрес «хорошенькой вдовушки»-миллионерши, которая может запросто позволить себе подписывать незаполненные чеки.

Она вышла из здания на улицу. Погода была мягкой, тусклые солнечные лучи пробивали облака, в сыром воздухе отчетливо чувствовался соленый запах моря. Хотелось поскорее найти брата-предателя.

Нэнси обошла дом и открыла дверь бара.

Никогда при других обстоятельствах она бы сюда не вошла: маленькое темное помещение, грубая обстановка — чисто мужское заведение.

Очевидно, вначале предполагалось, что тут будут пить пиво рыбаки и фермеры, теперь же здесь сидели заезжие толстосумы и тянули через трубочку коктейли. В зале душно, разговаривают на разных языках, царит атмосфера какого-то неестественного веселья. Что-то уж больно истерический смех, или ей показалось? Наверное, каждый не хочет прослыть трусом в преддверии длинного и опасного перелета через Атлантику.

Через мгновение она отыскала глазами Питера.

Он ее не заметил.

С минуту она стояла и смотрела на него, чувствуя, как в груди закипает ярость. Хотелось подойти и ударить его по лицу. Но она подавила свой гнев. Нельзя показывать, что она расстроена. Лучше притвориться совершенно спокойной.

Он сидел вместе с Нэтом Риджуэем. Еще один удар. Нэнси знала, что Нэт в Париже, но ей и в голову не приходило, что он может лететь обратно вместе с Питером. Она бы предпочла, чтобы брат был один. «Старая любовь» может осложнить дело. Придется забыть, что они когда-то целовались. Она постаралась выбросить все воспоминания из головы.

Нэнси пробралась сквозь толпу и подошла к их столику. Нэт первым заметил ее. На его лице сразу отразились «боль и вина», что принесло ей некоторое облегчение, и тут Питер поднял голову.

Их глаза встретились.

Он мгновенно побледнел как мертвец, приподнялся со стула.

— Боже праведный, не может быть, — только и смог проговорить он.

— Чего ты так испугался, Питер? — мстительно произнесла Нэнси.

Он тяжело сглотнул и плюхнулся обратно да стул.

— Вот уж не думала тебя здесь встретить, братик, ты ведь купил билеты на пароход «Ориана». А как ты ловко разыграл комедию в отеле, когда сбежал, ничего мне не сказав. Так или иначе, но мы встретились.