Злые происки врагов - Варвара Клюева

Добравшись до лестничной площадки четвертого этажа, Санин замер. Он привык верить собственным ушам, а сейчас они недвусмысленно подсказывали, что за облупленной коричневой дверью творится светопреставление или, как минимум, хорошая драка на двенадцать персон. Андрей одним прыжком преодолел расстояние до двери и нажал на кнопку звонка. «Интересно, эта компания когда-нибудь ведет себя чинно?» — подумал он, трезвоня. И неожиданно почувствовал, что уныние, цепко державшее его весь день своими щупальцами, торопливо шмыгнуло прочь.

* * *

Звонок позволил Прошке ретироваться с поля боя, не роняя достоинства. Но ретировался он с такой поспешностью, что достоинство все равно пострадало.

— Проходите скорее! — услышала я его обрадованный голос из прихожей. — Вы поспели как раз вовремя! Поможете обезвредить буйнопомешанную.

— Пустите меня! — прошипела я, и на этот раз Марк с Генрихом послушались.

В гостиную вошел Санин. Он окинул наши красные потные физиономии веселым взглядом и спросил с невинным видом:

— Я не помешал?

— Нет-нет, — заверил его Генрих. — Проходите, пожалуйста. Мы как раз собирались выпить чаю. Прошка, ты поставил чайник?

Прошка, опасливо просунувший голову в дверь и сообразивший, что в ближайшее время его не растерзают, расплылся в торжествующей улыбке:

— Уже бегу!

— Варвара, расставь чашки, — распорядился Марк, бросив на меня многозначительный взгляд, и пошел на кухню за закуской.

Генрих усадил Санина и бросился мне помогать. Леша как бы невзначай встал между мной и выходом. Сыщик широко ухмылялся, наблюдая за нашими маневрами. Через несколько минут колотившая меня дрожь почти унялась. «Что ж, расправу придется ненадолго отложить, но мы еще поквитаемся с тобой, голубчик Прошка!» — думала я, любезно улыбаясь Санину. После моей улыбки его ухмылка почему-то заметно покривела.

— Кажется, я все-таки не вовремя, — пробормотал он, стушевавшись.

— Что вы, что вы, Андрей! — пропела я. — В моем доме вы всегда желанный гость. Пусть наши маленькие конфликты вас не смущают. Мы частенько так развлекаемся.

Воспитание не позволяло гостю хмыкнуть, но что-то похожее он сделал.

Тут появился Марк с тарелками, а за ним Прошка с двумя чайниками, один из которых он со значением приподнял, встретившись со мной глазами. В ответ я презрительно скривила губы, и Прошка, не надеясь на кипяток, обошел меня по широкой дуге. Все расселись. Я воткнула вилку чайника в розетку и разлила по чашкам заварку. Прошка потянулся было к тортику, но Марк перехватил его руку.

— Ты что?! — вскинулся наш голодающий. — Я не ел уже три дня!

— Вот и прекрасно. Ты же не хочешь, чтобы твои усилия пропали даром?

— За последние полчаса я потратил столько энергии, сколько потребляет за год город районного масштаба. Мне просто необходимо подкрепиться!

— Ты проверил, штаны уже сходятся? — безжалостно спросил Леша.

— При чем тут штаны?! — возмутился Прошка. — Говорю тебе, я обессилел от голода!

— Съешь что-нибудь некалорийное, — посоветовал Генрих. — Мы купили тебе яблок и обезжиренного творога.

Прошка едва не задохнулся от переполнявших его чувств, но наткнулся на мой доброжелательный взгляд и как-то сразу выдохся.

— Все против меня! — буркнул он, протягивая руку к яблокам.

— Ну что ты, милый! Мы заботимся о твоем здоровье, — сказала я ласково.

Санин беспокойно пошевелился.

— Ничего, что я взял кусочек торта? Может, мне лучше положить себе обезжиренного творожку?

— Вам это ни к чему, — заверила я. — Вы запросто поместитесь в одну штанину Прошкиных джинсов, ради которых он сел на диету. Разве что они будут вам коротковаты.

— Вижу, вы очень заботливые друзья, — без выражения заметил Санин, пристально изучая свой кусок торта.

— Да, этого у нас не отнять, — безмятежно согласилась я.

Марк подождал, пока сыщик управится с первой порцией чая, после чего обратился к нему с вопросом:

— Вы пришли с новостями, Андрей?

— Да. Прежде всего я должен вас поблагодарить. Я видел записную книжку Доризо. Конечно, нужно еще подождать заключения экспертизы, но у меня нет сомнений: список из блокнота, потерянного на месте убийства Метенко, составлял он. Думаю также, что мы легко докажем идентичность Доризо и Виктора. В подкладке парика, найденного на квартире последнего, застряло несколько светлых волосков. Криминалисты сравнят их с волосами убитого. Да, и еще: эксперты обнаружили фрагменты отпечатков трех пальцев на вентиле в сантехническом стояке в квартире Виктора. Если они совпадут с отпечатками Доризо, то дело, можно считать законченным. Останется только допросить подружку Доризо… Я сказал что-нибудь не то?

— Нет-нет, продолжайте, — кисло попросила я. — Просто мы боимся, что этот допрос не даст ожидаемого результата.

Санин внимательно посмотрел на меня, потом на Прошку, погруженного в созерцание творога в своей тарелке, и, кажется, начал о чем-то догадываться.

— Ну, чтобы скрыть что-то от специалистов, требуется немалый опыт, — успокоил он меня. — Молодым девушкам это, как правило, не удается.

— Даже молодым девушкам-убийцам?

— Убийцам тем более. Они же лишены естественного щита в виде сознания собственной правоты. Значит, вы подозреваете, что Доризо убила подружка?

Прошка оторвался от созерцания диетической пищи и посмотрел на Санина в упор.

— Нет. Я уверен, что Инна этого не делала. Она совершила куда более страшное деяние — захлопнула дверь перед носом Варвары. И потому, ясное дело, заслуживает линчевания.

— Мы отвлеклись, Андрей, — заметил Марк, ловко выхватив кость у нас с Прошкой из-под носа. — Вас посвятили в подробности убийства?

— Он умер в ночь на четвертое августа. От сердечного препарата из группы гликозидов, достать который можно в любой аптеке. Помимо препарата в еду было подмешано и снотворное — видимо, убийца опасался, что Доризо успеет позвать на помощь и скажет лишнего. Яд добавили либо в вино, либо в лягушачьи лапки; и то, и другое покойный вкушал за ужином. Да-да, вы не ослышались — лягушачьи лапки. Я тоже удивился, но, как мне объяснили, их сейчас можно свободно купить во многих крупных супермаркетах. Последний свой ужин Доризо съел часов в одиннадцать вечера третьего августа.

— Вот видите! Гелена не могла его отравить, — заключила я. — Третьего августа с трех часов дня она вовсю веселилась на глазах многочисленных свидетелей из Сергиева Посада.

— Мы уже обсуждали этот вопрос, — напомнил Марк. — Еще раз повторяю: отравление не требует присутствия убийцы в момент смерти жертвы. Гелена могла приехать утром, нафаршировать для него лягушачьи лапки и благополучно отбыть в Сергиев Посад.