Смерть на Темзе - Роберт Торогуд

– Полагаю, поднос со свежеиспеченным печеньем уже ждет на столе.

– Вы хорошо меня знаете. – Бекс рассмеялась. Она считала, что Джудит сильно недооценивала объем подготовки, которая предшествовала подаче утреннего кофе.

– Уверена, у вас все уже схвачено.

Бекс, ответившая на звонок в кухне, окинула взглядом накрытые пищевой пленкой фарфоровые тарелочки, на которых лежали крохотные сэндвичи, блинчики с копченым лососем, очищенные перепелиные яйца и домашние эклеры.

– Можно и так сказать, – согласилась она.

– А вы не можете сбежать, хотя бы раз?

Бекс задумалась.

– Знаете… – протянула она, – вообще-то могу. Колин отлично справится и без меня. Дети ему помогут.

В одиннадцать тридцать у дома Джудит остановился микроавтобус. Эмма выпрыгнула из машины и принялась кататься по траве. Ее хозяйка расслабленно выдохнула и выключила двигатель. Заляпанный грязью внедорожник с погнутой буксирной балкой уже стоял неподалеку. Бекс вышла из него и, кивнув Сьюзи, подставила лицо солнцу.

– Я здесь! – Из лодочного сарая раздался голос Джудит.

Бекс, Сьюзи и Эмма стали спускаться вниз.

Они вошли в сарай и увидели Джудит: та сидела в ялике, на дне которого лежали подушки. На свободной скамье стояла корзина для пикника.

– Вы ведь понимаете, что я теперь и близко не подойду к воде? – в ужасе произнесла Сьюзи и посмотрела на подруг.

– Не волнуйтесь, я профи. Со мной вы в безопасности. Прошу на борт.

Джудит сообщила гостьям, что забронировала столик на троих в одном модном пабе.

– А пока, – она хлопнула по корзине, – немного перекусим. Отчаливаем!

Сьюзи и Бекс устроились на скамье. Эмма сидела в носовой части, вытащив розовый язык и щурясь от удовольствия. Джудит достала из корзины бутылку шампанского и, накинув на горлышко привязанную к борту веревку, ловко затянула узел-полуштык.

– Что вы делаете? – удивилась Сьюзи.

– Мы же не хотим, чтобы шампанское нагрелось?

Джудит подергала веревку, желая убедиться в том, что она хорошо закреплена, и бросила бутылку в воду, а затем подхватила шест и, нащупав дно, подтолкнула ялик вперед. Нос уперся в ворота, и те медленно открылись. В лодочный сарай проникли теплые лучи утреннего солнца.

– Вот это жизнь! – воскликнула Сьюзи. Женщину впечатлило то, как ловко Джудит управлялась с лодкой.

– Вам не нужна помощь? – спросила Бекс.

– О, не волнуйтесь, я сильнее, чем кажусь.

Джудит стояла на носу, сдвинув накидку на одно плечо – так было удобнее работать шестом, – и гордо смотрела вперед. Она была похожа на мушкетера.

– Знаете, – сказала Сьюзи, – все-таки это было невероятно. Не всякая пожилая дама могла бы обезоружить убийцу сахарной пудрой и карандашом.

– Я просто отвлекала его. Достаточно долго для того, чтобы Эмма могла напасть. А она сделала это лишь потому, что вы рискнули жизнью, попытавшись переплыть через реку.

– Чепуха, так поступил бы любой на моем месте.

– Вовсе нет, – Бекс покачала головой.

– А вы, Бекс? – взглянула на нее Джудит. – Я бы многое отдала, чтобы увидеть запись, на которой вы разбиваете стенд и размахиваете саблей.

– Все смотрели на меня как на сумасшедшую, – усмехнулась женщина. – Я тогда думала лишь о том, что должна скорее добраться до вашего дома. Знаете, и все же я не понимаю, зачем преступникам понадобилось красть багетную раму.

– Ах, да. – Джудит улыбнулась. – Это все Элиот. И он не собирался красть раму.

– А зачем украл?

– Проникнув в дом Стефана в первый раз, Элиот измерил и сфотографировал оригинальную картину, а потом написал ее точную копию. В ту ночь, когда я спугнула его, он лишь хотел поменять картины местами. Тот факт, что на столе остались инструменты и стружка, должен был навести нас на мысль, что он успел снять раму с настоящего Ротко. Когда я вошла в дом Стефана, оригинал Ротко, рама от него и копия находились в одной комнате. Элиоту предстояло сделать выбор: оставить копию и скрыться с настоящим Ротко или повесить оригинал обратно на стену, пусть и без рамы.

– Я бы оставила подделку и унесла с собой настоящую картину, – уверенно заявила Сьюзи. – Надо же довести дело до конца, раз уж ворвался в дом.

– Вы так думаете? Элиота застали в доме, куда он проник незаконно. Следовательно, он ожидал, что скоро прибудет полиция. Он знал: неважно, какая картина останется в доме, ведь он не успел замести следы, и теперь кто-нибудь поймет, что преступник интересовался полотном Ротко.

– В этом он был прав, – кивнула Бекс.

– Именно. Если бы в доме Стефана осталась подделка, полиция быстро поняла бы, что проникновение совершил Элиот, ведь на полотне были его отпечатки. А может, к подложке прилип волос с его пышной шевелюры.

– О, я поняла, – воскликнула Сьюзи. – Если бы на стене осталась подделка, полиция быстро вышла бы на след Элиота.

– Потому он и оставил в доме оригинал. По той же причине Элиот устроил костер на своем заднем дворе. Он хотел уничтожить копии и настоящую раму. Это объясняет, почему он был в таком отвратительном настроении, когда Таника пришла с ним поговорить. Элиот понимал, что убил совершенно незнакомого человека с целью вернуть картину отца и в итоге сам все испортил. Он совершил страшное преступление, но картину так и не получил.

– Вы вовремя вмешались, поэтому его план провалился. Все благодаря вам, Джудит! – воскликнула Сьюзи.

– Вот уж нет. Мы все постарались, – улыбнулась Джудит. – Мы приближаемся к излучине. Если я все сделаю правильно, течение поможет нам.

Джудит изменила положение лодки, развернув ее на девяносто градусов относительно берега. Нос лодки повело в сторону сильным течением. Бекс и Сьюзи поняли, что Джудит совершила подготовительный маневр, который должен был помочь ей войти в поворот.

– Вы действительно знаете, что делаете, – поразилась Бекс.

– О, я бы так не сказала. – Джудит достала хрустальные стаканы, которые захватила из дома, и нераспечатанную упаковку клубники, которую купила в магазине.

– Извините, забыла распечатать клубнику.

– Не волнуйтесь, – сказала Бекс. – Это сделаю я.

– Сейчас передам вам нож и тарелку.

Джудит склонилась над корзиной, ослабила кожаные ремни, что удерживали посуду, и протянула Бекс все необходимое, а затем ловко достала бутылку из воды и одним движением развязала узел.

– Нет, я так больше не могу, – нахмурилась Сьюзи.

Женщины повернулись к ней.

– Извините, – она посмотрела прямо на Джудит. – Но вы говорили, что ничего не понимаете в лодках.

– Что? – Джудит смутилась.