Гробница Александра - Шон Хемингуэй

По выражению лица Карра Оскар понял, что игра окончена, и завершил свою речь на более непринужденной ноте:

— Могу сказать, что это кольцо — из старой швейцарской коллекции. — Он озорно подмигнул Виктории. Что бы там ни было, он получил весьма важную информацию, которая позволяла начать действовать.

Том подумал было, не вытянуть ли из Оскара еще какие-нибудь сведения о происхождении кольца, но отказался от этой мысли. Теперь он смотрел на дилера другими глазами. Это был представитель «старой гвардии». Такие не меняются. Перед Томом сидел динозавр, причем не какой-нибудь травоядный бронтозавр, а опасный хищник. С ним следовало вести себя очень осторожно. Теперь это стало очевидным. Этот человек пригласил его по какой-то одному ему ведомой причине, и этой причиной было отнюдь не кольцо.

— Что ж, мистер Уильямс, вещь прелестная. Я непременно подумаю. Спасибо, что нашли для нас время. А теперь нам действительно пора. Я буду на связи. — С этими словами Том жестом показал Виктории, что визит окончен, и они двинулись за хозяином к выходу.

В самый последний момент Оскар взял руку Виктории и, поднеся ее к губам, многозначительно произнес:

— До новой встречи.

34

На следующее утро, приземлившись в Риме, Том и Виктория не стали терять времени. Оставив вещи в квартире Виктории, они устремились прямо на площадь Минервы. Стоя у слона с обелиском перед церковью Санта-Мария сопра Минерва, Виктория рассказывала Тому ее историю.

— Насколько известно, маленькая христианская базилика впервые была построена на этом месте где-то около восьмисотого года новой эры на развалинах римского храма Минервы.

— А сам храм датируется серединой первого века новой эры, — вставил Том.

— Церковь была перестроена приблизительно в тысяча двести восьмидесятом году доминиканцами, желавшими иметь в Риме церковь, не уступающую флорентийской Санта-Мария Новелла, построенной, по словам Вазари[58], теми же архитекторами. Нынешний фасад сооружен в пятнадцатом веке, но сохраняет стилевой аскетизм предыдущего, построенного в тринадцатом. А вот интерьер был полностью переделан в готическом стиле в конце девятнадцатого века. Это единственная в Риме церковь подобного типа. Площадь, на которой мы стоим, напротив, в основном сохранилась без изменений с того времени, когда на ней в ходе общегородской реконструкции, предпринятой папой Александром Седьмым, был установлен слон с обелиском.

Том был удивлен тем, что за этим строгим аскетическим фасадом находится вздымающееся к своду готическое строение. Он бывал во флорентийской Санта-Мария Новелла и помнил ее элегантный, несмотря на минимализм стиля, интерьер, основанный на эстетике древней римской базилики — первоначальной форме христианской церкви, впоследствии получившей новое развитие.

— Меня бы не удивило, если бы оказалось, что оригинальная базилика была построена даже ранее восьмого века, — заметил Том. — Церковь довольно часто строила свои молельные сооружения поверх языческих храмов, чтобы поддерживать в верующих ощущение непрерывной святости места. Учитывая, что император Феодосий запретил поклонение языческим богам еще в начале пятого века, храм Минервы либо долго стоял покинутым, либо его превращение в христианскую церковь случилось гораздо раньше.

По пути к дому приходского священника, располагавшемуся рядом с церковью, Виктория пояснила Тому, что в подвалах церкви до сих пор сохраняются фрагменты фундамента доминиканской постройки. Те, кто перестраивал церковь в девятнадцатом веке, позаботились о том, чтобы не разрушить крипту, в которой и сейчас можно увидеть элементы римского храма Минервы. Эти помещения почти всегда закрыты для публики, но Виктория дружила с настоятелем и не сомневалась, что он согласится пропустить их внутрь. Она позвонила в дверь, и вскоре на пороге появилась пожилая женщина.

— Чем могу служить? — машинально спросила она и, только подняв голову и узнав Викторию, улыбнулась. — Дитя мое, как приятно вас видеть. Как вы поживали все это время? Вам нужен отец Бепино? Сейчас я вам его приведу. Он у себя в кабинете. Через минуту будет здесь. Входите и располагайтесь. Я сейчас вернусь.

Шаркая ногами, женщина пошла по коридору и исчезла за углом.

Виктория повела Тома в приемную, где они сели и стали ждать.

— Как уже говорила, я много времени провела в маленьком музее при этой церкви, изучая статую Бернини. И настоятель, отец Бепино, очень добр и всегда готов мне помочь. Вот мы и подружились, — пояснила Виктория.

Вскоре послышались шаги, и появился отец Бепино с радушной улыбкой на устах. Это был старый священник с седой шевелюрой, в традиционном облачении доминиканского ордена, с белым воротничком.

— Виктория, какой приятный сюрприз! Что привело вас снова в Санта-Мария сопра Минерва? Я думал, вы закончили исследование нашего Бернини.

— Святой отец, позвольте представить: это мой друг, Том Карр из Нью-Йорка.

Том протянул священнику руку:

— Очень рад с вами познакомиться.

— Том — хранитель коллекции греко-римского искусства в музее Метрополитен, — объяснила Виктория, — и мы хотим попросить вас об одолжении. Том мечтает увидеть развалины храма Минервы в вашей крипте. Можете оказать нам такую любезность?

— Как вы знаете, эта часть нашего помещения обычно закрыта для публики, но я с радостью пущу вас туда. Площадь развалин на удивление обширна. В археологической службе поговаривают о том, чтобы сделать ее более удобной для посещения туристами, но пока это только разговоры. Предполагаю, что при обилии античных памятников в Риме, эта задача не значится в верхних строках их списка. Кое-какой свет там имеется, но он скуден. У вас есть фонари?

— Да, есть, — ответила Виктория. — Не знаю, как мне вас благодарить, святой отец.

— Должен сказать, что сам я не спускался туда уже несколько лет. Там весьма пыльно. Постарайтесь не испачкать свою элегантную одежду, Виктория.

Отца Бепино всегда восхищало, как стильно одевается Виктория.

— И пол там весьма коварный, во всяком случае, для человека моего возраста — неровные поверхности, остатки древних стен, так что, надеюсь, вы простите меня, если я не буду вас сопровождать. Когда закончите, заходите ко мне домой.

— Конечно, все прекрасно, — обрадовалась Виктория.

— Подождите, я принесу ключи и провожу вас.

Священник оставил их на несколько минут и вернулся со связкой старинных ключей на железном кольце. Виктория с Томом последовали за ним к церкви и вошли в нее через боковую дверь. Отец Бепино повел их внутрь храма. Прямо перед ризницей, где он обычно готовился к службе, имелась лестница, ведущая вниз, в крипту.

Отец Бепино жестом пригласил гостей следовать за ним. Внизу он отпер дверь и включил свет. Стали видны арки, поддерживающие пол современной церкви, и многочисленные могилы, отмеченные лежащими на