Всегда вчерашнее завтра - Чингиз Абдуллаев

А сегодня у меня появилось мрачное предчувствие новой крови.Мне не по душе этот аукцион, Дронго. Очень не по душе.

Женщина по-прежнему сидела вполоборота к Дронго, красивая иочень молодая.

А он, расположившись в своем кресле рядом с профессиональнымубийцей, спокойно обсуждал, как можно спастись от других убийц, пытаясьразгадать и понять их игру. И вмешивать в это страшное противостояние молодуюдаму он не хотел и не мог. Даже несмотря на ее телохранителей.

— Во всяком случае, мы обязаны попытаться наладить своюигру. Зачем-то же вас вызывал Семенов. Как вы считаете, почему он пригласил васна встречу?

— По-моему, он чего-то боится. Но точно сказать не могу. Онпросто передал предложение Игната Савельева снова увидеться в казино. Вам ведьвчера там повезло. И в любви, и в картах, — засмеялся Потапчук, кивая наженщину, сидевшую в другом конце зала. — Может, сегодня повезет уже мне?

— Надеюсь, — пробормотал Дронго. — Мне, честно говоря, несовсем понятно поведение Игната. У такого профессионала, как полковникСавельев, не могут сдать нервы. Он не станет устраивать аукцион из-за желанияотомстить. Это просто не в его стиле. Вчера я с ним немного поговорил и непредставляю себе полковника мечущимся неврастеником. Значит, он задумал нечтонепредсказуемое. И в этой игре придется участвовать всем.

— Вот-вот, — снова помрачнел Потапчук, — поэтому я и говорю,что чувствую новую кровь.

— А где Маир?

— Он пошел в сауну. Я не встречал другого такогожизнерадостного человека.

Даже немного завидую ему, — угрюмо закончил Потапчук.

— А вы поднимитесь к себе в номер, переоденьтесь и тожеидите купаться, — посоветовал Дронго. — Все равно до вечера еще много времени,вполне можете побывать в сауне.

— Надеюсь, до этого времени меня не задушат, как ОлегаСавельева, — пробормотал вдруг Потапчук.

— У вас очень мрачные мысли, Виктор Николаевич. Сходителучше в сауну.

Кстати, в отеле делают замечательный массаж. Есть оченьпрофессиональные массажистки. Если захотите, можете вызвать к себе.

— Я не люблю проституток, — поморщился Потапчук.

— Как вам не стыдно, — покачал головой Дронго, — в такомотеле не держат женщин легкого поведения. Это настоящие профессиональныемассажистки. Ничего грязного.

— Вы все шутите, — махнул рукой Потапчук, тяжело поднимаясьиз кресла. — Лучше я пойду в бар. Там хоть можно спокойно посидеть.

Дронго проводил его взглядом и, поднявшись, подошел кмолодой женщине. Она по-прежнему не поворачивала головы. Сидевшие за соседнимстоликом телохранители вскочили на ноги. В их обязанности входило никого недопускать к охраняемому объекту.

— Я хотел извиниться, — осторожно сказал Дронго. — Сегодняночью я вел себя не лучшим образом.

Она повернула голову. Потом снова отвернулась. Заметив еежест, один из телохранителей сделал два уверенных шага к Дронго.

— Леди не хочет с вами разговаривать, — заявил он, положивруку на плечо Дронго.

Оба парня ростом были почти с Дронго и неплохо подготовлены.

— Я хочу услышать это от самой леди, — процедил Дронго.

Она даже не взглянула в его сторону.

«Надеюсь, Потапчук не появится здесь и не вмешается в нашразговор», — подумал Дронго.

Первый телохранитель потянул его на себя. Дронго обернулся инанес удар несчастному охраннику прямо в лицо. Тот отлетел в сторону. Второйбросился на Дронго, но тоже полетел на ковер. Дронго просто чуть наклонился,перебрасывая нападавшего через себя. Тягаться парням с Дронго все же былонелегко. Много лет назад он дрался с великим Мурой и хотя проиграл ему, тем неменее сохранил неплохие навыки. И сегодня этот несколько располневший, почтисорокалетний мужчина еще сохранил в своих больших кулаках сокрушительную силу,к которой почти никогда не прибегал.

Оба телохранителя поднялись с ковра, намереваясь взятьреванш. На шум уже спешили охранники отеля. Когда несколько молодых людейподступили к Дронго, он понял, что все равно проиграет, и шутливо поднял руки.Именно в этот момент один из телохранителей шагнул к нему с разъяренным лицом.

— Стойте! — повелительно крикнула Марианна Олтмен. — Это мойдруг, оставьте его в покое.

Телохранители, бросая на Дронго свирепые взгляды, отступили.Служащие отеля поспешили стушеваться.

— Вам никто не говорил, что так не выпроваживают женщину изномера, что это хамство? — вдруг спросила она.

— Говорили. — Он по-прежнему стоял перед ней. — Но, видимо,меня плохо учили в детстве. Я с детства немного боялся женщин.

— Если это шутка, то явно неудачная, — осуждающе сказалаона. — Вы можете сесть в другое кресло. На вас обращают внимание.

Он опустился в кресло. Немного болели мышцы правой руки. Онуже давно не дрался.

— Вы не сказали вчера, чем занимаетесь, — усмехнуласьМарианна. — Но, кажется, я уже догадалась.

— И чем?

— Вы профессиональный игрок? Правильно? Я видела, как выразговариваете со своими партнерами, как они нервничают. Видела, как вы умеетеиграть. Очевидно, вы приехали в Ниццу, чтобы заработать деньги, а я помешалавам во время вашей работы. Только у игроков бывает такой внимательный взгляд,такие длинные пальцы музыканта и, наконец, такое полное отрешение от женщин.

Дронго рассмеялся.

— Вам никто не рекомендовал заняться психоанализом? —спросил он шутливо.

— Вы достаточно наблюдательны.

— А я и занимаюсь психоанализом, — сказала она, — я училасьв Сорбонне и Кембридже. И тема моей работы «Поведение личности в экстремальныхусловиях». Вы считаете, что я слишком молода?

— Вы слишком красивы, — признался Дронго. — Настолькокрасивы, что я вчера повел себя не лучшим образом.

— Если это извинение, то достаточно экстравагантное, —молвила она. — Вчера вы этого, кажется, не заметили. Или ночью вы, вспоминая освоей игре, становитесь немного другим?

— Возможно, — согласился Дронго.

— Я хотела вернуть вам ваши деньги, — спокойно произнеслаженщина, — ведь у профессиональных игроков не принято делиться выигрышем сослучайным напарником.

— Вы знаете, как ведут себя профессиональные игроки? —улыбнулся Дронго.

— Я видела, как вели себя вы. И в казино, оставив мне частьвыигрыша, вы не могли покинуть игорный зал. И потом, ночью, когда старались отменя отделаться, чтобы снова вернуться к своей игре.