Жизнь за бессмертие - Борис Бабкин

— Надо узнать про американцев все, — прервал его мужской голос. — Понятно?

— А как я узнаю? — непонимающе спросил Пончиков. — Я знаю только, что вроде из Америки. Это деваха так говорила. Но может и врать. А больше ничего не знаю, — буркнул он.

— Узнай! — требовательно бросил голос. — Съезди в Выселки эти. Поговори с Женькой. Хоть фотороботы составляй, — недовольно добавил голос. — Ты полковник милиции, а спрашиваешь, что делать. Или ты думаешь, деньги тебе просто так дают? — зло спросил абонент. — Отрабатывать надо, Пончик, — усмехнулся он. — А то в камере ты быстро похудеешь. Тебе примерно сколько дадут, не задумывался? — ехидно поинтересовался абонент. — А ты посчитай и, может, тогда будешь знать, что делать. У тебя из-под носа, может быть, алмаз забрали, а ты «не знаю, что делать». Вот что, — проговорил абонент, — приглядывай за Женькой этой. Ну, через своих стукачей деревенских. Если она что-то дорогое купит, значит, алмаз продала. И не дай бог, ты до этого дойдешь, Пончик, — зло добавил абонент. — Тогда суши сухари. Видимо, сразу в прокуратуру пойдет. Надеюсь, ты понимаешь, что мы не шутим.

— Понимаю, — нервно ответил полковник. — Я сейчас же выезжаю в Выселки и постараюсь выяснить все, что было. Я поговорю с Сиротиной…

— Она Богатырева, идиот, — усмехнулся голос.

— Но она же замужем за Венькой, — заговорил полковник, — а он…

— Он поменял фамилию, — фыркнул абонент. — Ты даже этого не знаешь, ментяра ты позорный!.. За что тебе, суке, полковника дали? В общем, кати в Выселки и без результата не возвращайся.

— Все сделаю, — поспешно заверил Пончиков.

— Поверь, это в твоих интересах, — хмыкнул голос. И телефон отключился.

— Сука! — отключив свой, заорал Пончиков. — Кто ты, паскудина?! — вытаращив глаза, орал он. — Позвонил и поставил перед выбором. Или я помогу этой сучаре получить алмаз Сиротиной, или он меня сдаст собственной службе безопасности. И назвал, сука, того, кого я три года назад на охоте пристрелил. Случайно. Но перепугался и подвел под это дело другого. Там пьянчуга один дрых. А я узнал, — быстро, как будто оправдывался перед кем-то, говорил полковник. — Он по делу за убийство проходил, и Степанов его на двенадцать лет прятал. Я ему ружьишко сунул, из которого Степанова застрелил, оглушил, связал и наряд вызвал. Мне еще и медаль дали!.. — Побледневший Пончиков проматерился и посмотрел на часы. — Надо в Выселки ехать. Ну почему номер этих чертовых иностранцев никто не заметил? — снова матом закончил он.

— Валерий! — послышался голос жены. — Ты чего материшься? Что-то случилось?

— Ничего! — отрезал он. — Я уезжаю.

— К своей любовнице? — усмехнулась жена.

— А если и так?! — заорал он. — Что ты сделаешь?! Побежишь к папочке жаловаться?! Так он на кладбище уже год. И в последнее время был просто заслуженным пенсионером, и не более. И знакомые давно послали его подалее. Кончилось время таких, как твой папашка!..

— Думаешь, твое началось? — фыркнула жена. — Ошибаешься, милый, — вздохнула она. — Ты как был пустозвоном, так им и будешь. Ты забыл, благодаря кому ты до полковника вырос? — насмешливо спросила она. — Но ты плохо кончишь, Валера!.. — Кивнув, жена ушла.

— Я еще генералом стану! — заорал он ей вслед. — Поняла, дура?! — Натянув брюки, он открыл сейф и вытащил ПМ. Проверив наличие патронов в обойме, сунул оружие в боковой карман кителя.

— Он уехал, — сказала Пончикова. — Злой до невозможности! — хихикнула она. — Ты приедешь? Или мне…

— Сегодня — увы, — мягко перебил ее мужской голос. — Не получится. Я, честное слово, скучаю, — вздохнул абонент.

— А как я соскучилась, — выдохнула она. — Может, я тебе надоела?

— Перестань, — ответил абонент. — Ты же прекрасно знаешь, что я люблю тебя. И надеюсь, ты будешь моей женой. Просто сейчас меня вызвали, — недовольно добавил он. — А не ехать, ты знаешь, я не имею права. Но мы обязательно наверстаем упущенное, — заверил он. — Я так хочу видеть тебя, Олеся! — вздохнул он.

— Только видеть? — капризно надув губы, спросила она.

— Хотя бы!.. — засмеялся голос.

— Ты мне обещал, — заговорила Леся, — что…

— Я люблю и целую тебя, — перебил ее мужчина, поскольку этот разговор она заводила постоянно. — Машина пришла. Как только твой куда-нибудь денется, позвони. Я ухожу, в дверь звонят.

— Вот так всегда, — отключив телефон, буркнула Леся. — Пончиков, Пончиков, — качнула она головой. — Я же тебя никогда не любила и, если бы не папа, никогда не пошла за тебя. А папа сказал, что скоро социализму конец, демократия, а у Пончикова сестра за границей, в Германии, и вы туда переедете. А сестра эта Лидка взяла и погибла в автокатастрофе. И все… — Она качнула головой. — Как он надоел мне! Но надеюсь, очень скоро с тобой будет кончено, Пончик, — презрительно обозвала она мужа.

— Значит, ты сам иногда ездишь, — рассматривая в бинокль садившегося в «ниву-шевроле» Пончикова, усмехнулся Битый. — Это хорошо, полковник, — кивнул он. — Но сейчас ты не на работе, — пробормотал он, включил переговорное устройство.

— Да, — тут же послышался голос Рауля.

— Видишь, садится полковник? — проговорил Марк. — Я хочу знать, куда он поедет.

— Но я не умею следить, — испуганно заговорил Рауль. — Он меня засечет…

— Просто посмотри, — спокойно проговорил Марк, — куда он поедет. Если за город, позвони. Хотя он уже уехал, — посмотрел он в окно. — Так что отдыхай.

— Я вижу полковника, — нервно проговорил Рауль. — И еду за ним.

— Поосторожнее, — предупредил Битый. — Он мент и к тому же, судя по всему, как в России их называют, оборотень. А значит, боится хвоста. Малейшее, и сразу в сторону. Понял?

— Да! — крикнул Рауль.

— Надо его убирать, — пробормотал Марк. — От него пользы, как от козла молока, — по-русски сказал он и весело рассмеялся.

— Эу! — послышался мужской голос. — Мы затарились и пришли. Как ты тут? — В комнату вошли женщина и мужчина средних лет. По одежде было понятно, что они из тех, кто промышляет сбором бутылок и пропивает все, что может. — Засек свою биксу? — спросил плешивый хозяин квартиры.

— Не появилась, — улыбнулся Битый. — Вот обещанная доплата, — положил он на старый покосившийся столик пятьсот рублей. Женщина с припухшими веками и короткими всклокоченными волосами, шагнув вперед, схватила деньги.

— А ну положь!.. — замахнулся на нее мужчина.

— Все нормально, — быстро проговорил, опасаясь ненужного ему скандала, Битый. — Вот еще, это тебе. До свидания.

— Дай бабки, сучка! — закрывая дверь, услышал он возглас.

— Извините, — обратился он к удивленно смотревшей на него пожилой, вышедшей из квартиры напротив женщине. — Бывает, что они не пьют?

— А вы кто будете? — подозрительно глядя на него, спросила она.