Три красавицы на одну ночь - Дарья Калинина

– Звони, – наконец предложила Леся.

Кира протянула руку и нажала на звонок. Потом еще раз и еще. Бесполезно. В глубине квартиры не было слышно ни шороха, ни шарканья тапочек, ни шлепанья босых ног, ни даже шепота.

– Похоже, там никого нет, – заключила Кира.

– Попытаемся к соседям, – сказала Леся и позвонила в соседнюю квартиру.

Соседей Германа она боялась значительно меньше, чем его самого. Но, как оказалось, зря. На первый же звонок соседская дверь моментально распахнулась, и на пороге появилась хмурая худая и высокая старуха с таким же, как у Германа, длинным носом.

– Чего? – спросила она, глядя на подруг в упор и не обращая внимания на их приветствие.

– Простите, мы вот к вашему соседу, – замялась Кира.

– А его нет! – добавила Леся, жалобно улыбнувшись.

– И чего? – совсем не любезно повторила старуха.

– Не скажете, где он может быть? – оробела Кира.

– Не скажу! – отрезала бабка.

Но дверь не закрывала. И продолжала сверлить подруг злобным взглядом.

– И идите отсюда! – прибавила она неожиданно. – А то ходят тут всякие! Вынюхивают! А потом у честных людей неприятности случаются!

– Какие еще неприятности? – растерялась Кира.

– Вещи пропадают! Вот какие! – припечатала ее бабка обидными словами.

Подруги даже задохнулись от возмущения. Обвинять их бог весть в чем! И при этом иметь в соседях явного маньяка. Вот старая зараза! Еще защищает его! Конечно, если бы Леся была одна, то она бы уже давно поджала хвост и быстренько убралась подальше. Но Кира прощать оскорбления была не намерена!

– Ты, старая карга! – покраснев от злости, завопила Кира. – Ты хоть знаешь, что этот твой Герман, квартиру которого ты так охраняешь, на самом деле маньяк? Он уже несколько дней преследует нашу подругу. А вчера напал на нас!

– Это когда вы его, что ли, консервами закидали? – неожиданно ухмыльнулась бабка. – И колбасой поколотили? Наслышана!

Подруги оторопели. Такой откровенности от маньяка Германа они не ожидали. Вот наглец! Мало того, что он творит свои черные дела, так еще и с соседями сплетничает.

– Да вы глаза не таращьте! – вполне добродушно посоветовала им бабка. – У Геры от меня секретов никаких нету. И не маньяк он вовсе. Можете не опасаться.

И, сделав это заявление, она быстро захлопнула перед подругами дверь. И сколько девушки ни звонили потом, хитрая бабка так им и не ответила.

– Ну и поговорили, – вздохнула Леся, когда они уже спустились вниз. – Как думаешь, можно ей верить?

– Бабка явно безумная, – решила Кира. – Пойдем к другим соседям.

Других соседей дома не оказалось. Оставалась надежда на бабок, сидящих на лавочке во дворе. И на женщин с детьми, которые оккупировали песочницу и детскую площадку с качелями. К ним-то и побрели подруги. Но, увы, ничего внятного о своем соседе с двенадцатого этажа эти женщины сказать не могли.

По их словам, образ жизни у него был весьма рассеянный. Он мог появиться во дворе в четыре утра и начать заводить свою тарахтелку. Мог отправиться по своим делам и в полдень, а мог выйти из квартиры в первый раз только уже под вечер. Так что ни о какой работе с четким рабочим графиком речи не шло. Жил он в доме всего около двух лет. Переехал сюда из центра после того, как расселили их огромную коммуналку. Герман вместе с матерью получил однокомнатную квартиру. Но мать перебралась жить к сестре, оставив отдельную квартиру сыну.

Единственным фактом, который насторожил подруг, оказалось то, что к Герману частенько ходили весьма подозрительные личности.

– Уж если это и не бомжи, то я балерина! – заявила подругам толстая тетка, бдительно следящая за двумя непоседливыми внуками, которых ей подбросила нахальная невестка.

Про невестку подруги уже знали все. Грязнуля, неумёха, лентяйка и гулена. И вот, наконец, тетка, отведя душу, перешла на интересующую подруг тему.

– Бродяги к нему в рванье точно ходят, – согласилась с толстухой и другая женщина. – Но не только. Бывает, что и приличные люди заглядывают.

– И женщины, – многозначительно заявила все та же толстуха. – И сколько их! И все в слезах от него выбегают!

– Ну уж и все! – не согласилась с ней соседка. – Иной раз и улыбаются!

– Двоих я точно в слезах видела! – стояла на своем толстуха. – Или темными очками лицо закрывают. И вперед! А зачем им осенью очками пол-лица закрывать? Ясно, что маскируются. То ли замужние, то ли до слез их наш соседушка доводит!

– И с уголовниками он дружбу водит! – неожиданно добавила худенькая девушка, которая приходилась дочерью одной из пожилых женщин и, остановившись возле матери, случайно услышала разговор.

Все бабки охнули.

– А что? – пожала плечами девушка. – Я сама видела, как он с какими-то бандитами за ручку прощался. А у бандитов тех цепь в половину шеи. Прямо не цепь, а ошейник. И рожи такие неприятные. Вроде бы и не бритые, а все равно видно, что бандиты.

После этого разговор перешел на то, в какие страшные времена мы все живем. И что раньше было лучше. И детишек одних выпускать погулять во двор можно было. И порядок был. И трава была зеленей, и солнце светило ярче.

– Скажите, – перебила увлекшихся ностальгическими воспоминаниями женщин Кира, – а совершенно случайно молодые девушки у вас во дворе не пропадали?

– Как это? – удивились бабки.

Но, выяснив, что именно имеет в виду Кира, твердо заявили, чтобы вот так совсем и с концами никто из их дома не пропадал. Бывает, конечно, загуляют. К любовнику переберутся жить или замуж выйдут, но чтобы совсем вдруг взять и пропасть, такого никто из бабок не упомнил.

Этой информацией подругам пришлось и довольствоваться.

– Одно ясно, этот Герман – птица далеко не простая, – заявила Кира. – И непонятно, маньяк он, псих или просто уголовная личность, специализирующаяся на преследовании молодых одиноких и симпатичных девушек.

– Но кто бы он ни был, у себя возле дома предпочитает не гадить, – добавила Леся.

Толпа людей, пришедших проститься с господином Замалем, постепенно редела. Деловые партнеры, они и есть деловые, чтобы не терять свое время зря, пришли, отдали дань уважения покойнику и отправились по своим делам, в которых господину Замалю уже, увы, не было места. Женя с тревогой наблюдала за рассасывающимися гостями. Оставаться в обществе близких родственников господина Замаля ей не хотелось. С некоторых пор она перестала им особенно доверять.

– В семейке уже имеется два трупа и общая для дяди и племянника пропавшая любовница, судьба которой до сих пор остается неизвестной, – шептала себе под нос девушка. – Магриб, правда, нашелся. Нашелся-то он нашелся, но в каком состоянии?! Да и вообще коняге исключительно повезло. Если бы обходчик не забрел на тот участок, откинул бы призовой скакун все свои четыре знаменитых копыта по четверть миллиона каждое.