Черное эхо - Майкл Коннелли

– Или кто-то с деньгами. Ты же знаешь, он бы пошел с любым, если бы речь шла о деньгах.

Она не заводила мотор, и они просто сидели в напряженной задумчивости. Наконец Босх сказал:

– Смерть Шарки – это послание.

– Как ты сказал?

– Сообщение нам, понимаешь? На теле оставили мою карточку. Позвонили по тому номеру, где звонки не отслеживаются. И прикончили они его в туннеле. Он хотят, чтобы мы знали: это их рук дело. Они хотят, чтобы мы знали: у них есть осведомитель. Они смеются над нами.

Она завела мотор.

– Куда едем?

– В Бюро.

– Гарри, будь осторожен с этой идеей о внутреннем осведомителе. Если ты станешь ее проталкивать, а она окажется ложной, то дашь в руки своим врагам все средства тебя закопать.

«Врагам, – подумал Босх. – Кто же мои враги на этот раз?»

– Парня убили из-за меня, – сказал он. – Самое меньшее, что я собираюсь сделать, – это найти его убийцу.

* * *

Пока Элинор Уиш отпирала дверь в отдел, Босх сквозь хлопчатобумажные занавески в приемной смотрел на ветеранское кладбище. Стелющийся по земле туман еще не полностью заслонил усеянное надгробиями поле, и сверху казалось, будто тысяча призраков разом поднимается из могил. Босх видел, как темная канава перерезала склон с северной стороны кладбища, но все еще не мог взять в толк, что это такое. Она напоминала гигантскую могилу – длинная траншея в теле холма, громадная рана. Вынутая земля была покрыта черными пластиковыми полотнищами.

– Хочешь кофе? – раздался у него за спиной голос Уиш.

– Конечно, – сказал он. Он заставил себя оторваться от окна и последовал за ней в офис. В помещении было пусто. Они прошли в служебную кухню, и он наблюдал за тем, как она высыпала пакетик молотого кофе в фильтр кофеварки и включила машину. Они стояли в молчании, наблюдая, как черная жидкость медленно капает в стеклянную чашку на подогреваемой подставке. Босх закурил и постарался думать только о наполняющем сосуд кофе. Уиш сделала рукой движение, как бы разгоняя дым, но не попросила его погасить сигарету.

Когда кофе был готов, Босх отпил глоток, и тот подействовал на нервную систему, как укол наркотика. Он налил себе вторую чашку и отнес обе в помещение опергруппы. Сев за свой временный стол, зажег следующую сигарету от бычка первой.

– Последняя, – пообещал он, заметив ее взгляд.

Элинор налила себе чашку воды из бутылки, которую вытащила из своего шкафчика.

– У тебя когда-нибудь кончается эта штука? – спросил он.

Она проигнорировала вопрос.

– Гарри, мы не можем винить себя за смерть Шарки. Если за это себя винить, то тогда пришлось бы хватать в охапку каждого, с кем мы разок поговорили, и включать его в программу защиты свидетелей. Не забрать ли нам тогда его мать? Не обеспечить ли и ей защиту, как важной свидетельнице? А как насчет той девушки из мотеля, которая была с ним знакома? Ты же понимаешь, это абсурд. Шарки есть Шарки. Если живешь на улице – на улице и погибнешь.

Сначала Босх ничего не ответил. Потом сказал:

– Дай мне посмотреть имена.

Уиш вынула папки по делу об ограблении Уэстлендского банка. Покопавшись, вытащила сложенную гармошкой компьютерную распечатку длиной в несколько страниц. Перекинула ему на стол.

– Это сводный список, – сказала она. – Тут все, кто арендовал сейфовые ячейки. После нескольких имен сделаны пометки, но они скорее всего несущественны в данном случае. Большая часть была сделана, когда мы думали, не жульничают ли они со страховкой.

Босх начал разворачивать распечатку и понял, что она представляет собой один длинный список и пять списков поменьше, маркированных буквами от «А» до «Е». Он спросил, что они собой представляют, и Элинор, обойдя стол, подошла к нему сзади и заглянула через плечо. Он снова почувствовал яблочный запах ее волос.

– Значит, так: длинный список – это владельцы ячеек. Этот список включает всех. Затем мы сделали из него пять выборок: от «А» до «Е». Первая выборка, «А», содержит имена тех, кто арендовал сейф в пределах трех месяцев перед ограблением. Далее, в списке «В», представлены владельцы ячеек, которые заявили, что не понесли урона. Затем «С» – это тупиковый список: владельцы либо умерли, либо мы не смогли их отыскать: сменился адрес либо они, арендуя сейф, представили липовую информацию.

Далее, четвертая и пятая выборки – это параллельные выписки из первых трех. В список «D» внесен всякий, кто арендовал ячейку в предшествующие три месяца и одновременно заявил, что у него ничего не похищено. В списке «Е» – люди из тупикового списка, которые при этом арендовали ячейку в предшествующие три месяца. Все понятно?

Ему было понятно. Мысль сыщиков из ФБР состояла в том, что грабители неизбежно должны были предварительно осмотреться на местности, прежде чем взламывать хранилище, и что эта рекогносцировка, вероятнее всего, состояла в том, что кто-то из них просто-напросто сам арендовал в банке ячейку. Таким образом, они узаконили свой доступ в банк, и человек, арендовавший сейф, получал возможность приходить в хранилище в любое время и присматриваться. Поэтому список тех, кто арендовал ячейку в течение трех месяцев, предшествующих ограблению, весьма вероятно, включал и этого разведчика.

Во-вторых, скорее всего этот самый разведчик после ограбления не захотел привлекать к себе внимание, поэтому мог заявить, что из его сейфа ничего не украдено. Таким образом, он попадал в список «D». Но если он совсем не объявлялся либо, арендуя ячейку, представил о себе ложную информацию, тогда его имя попадало в список «Е».

В списке «D» было только семь имен, а в списке «Е» – только пять. Одно из имен списка «Е» было обведено в кружочек. Фредерик Б. Рисли из Парк-Ла-Бреа – человек, купивший в Тастине три вездехода марки «Хонда». Возле других имен просто стояли пометки.

– Помнишь, – сказала Элинор, – я говорила тебе, что это имя еще всплывет?

Гарри кивнул.

– Рисли, – сказала она. – Мы полагаем, что это и был разведчик. Арендовал ячейку за девять недель до ограбления. Банковская документация показывает, что в течение последующих семи недель он приходил в хранилище четыре раза. Но после взлома этот человек уже ни разу не появлялся. И не подавал заявления о пропаже. А когда мы попытались с ним связаться, то обнаружили, что адрес фальшивый.

– Есть его словесный портрет?

– Такой, от которого мало толку. Маленького роста, темноволосый, кажется, привлекательный – вот в общем-то и все, что могли вспомнить служащие. Мы предположили, что этот человек был разведчиком, еще раньше, чем выяснили насчет вездеходов. Когда арендатор сейфа хочет взглянуть на свою ячейку, служащий отводит его в хранилище, отпирает сейф и затем препровождает его вместе с ящичком в одну из специальных комнат для просмотра. Когда клиент заканчивает, то они одновременно относят ячейку обратно и клиент помечает инициалами свою карточку арендатора. Примерно как в библиотеке. Поэтому когда мы подняли карточку этого типа, то увидели инициалы: ФБР. Ты сам из тех, кто не верит в совпадения. Вот и мы не поверили. Мы сочли, что кто-то насмехается над нами. Позднее эта догадка подтвердилась, когда мы выследили покупку вездеходов в Тастине.