Дворец, где разбиваются сердца - Антон Леонтьев

Де ля Крус обвел взглядом гостиную и продолжил:

– Ты трепещешь за свою судьбу, я это вижу! Я понимаю, трудно быть преступницей, которая скрывается от правосудия. Одно мое слово, дорогая, и тебя отправят на эшафот. И тогда твоей прелестной головке уж точно не миновать плахи и палача...

Каролина против желания содрогнулась. Иногда по ночам в кошмарных, но таких реалистичных снах к ней приходила страшная картина, которая осталась у нее в памяти – казнь убийцы, за которой она наблюдала из окна тюремной камеры.

– Я смотрю, ты хорошо здесь устроилась, – сказал Жан-Батист. – Но этому пришел конец, Каролина! Я – военный губернатор штата. Тебе известно, что мятежники снова подняли бунт, но я уверен, что мне не составит труда усмирить их, как я уже когда-то сделал это. Мне предоставлены экстраординарные полномочия, я могу осудить любого на казнь по своему усмотрению...

Он поднялся из кресла и подошел к Каролине. Его рука коснулась ее шеи, тонкими пальцами он провел по бархатистой коже. Каролина испытала судорогу наслаждения. Нет, она не может чувствовать к этому человеку, если Жан-Батист вообще был человеком, а не исчадием ада, ничего положительного и тем более трепетать от его прикосновений.

– Но я могу и помиловать любого, даже если он трижды преступник, – завершил Жан-Батист тихо. – И от тебя зависит, ma petite, что с тобой произойдет.

– Чего ты хочешь? – спросила Каролина. Это был ее первый вопрос с того момента, как она увидела Жан-Батиста, обращенный к нему.

Де ля Крус ответил:

– То, что я хотел еще несколько лет назад. Тебя! Но теперь, увы, все осложнилось: я женат. Моя супруга, Ариана, наследница огромного состояния. Бедняжка такая болезненная и пугливая...

Кровь бросилась Каролине в лицо, она произнесла:

– И наверняка ты и твои отравительницы-сестры прикладываете все усилия, чтобы свести несчастную в могилу!

Жан-Батист только рассмеялся, ничего не ответив. Затем он прибавил:

– Итак, я ставлю тебя в известность, Каролина, что ты переезжаешь со мной в столицу штата. Завтра же! Никаких отговорок я не потерплю! Ты должна находиться около меня, это тебе понятно? Бежать бесполезно, я разыщу тебя в течение дня, кроме того, в моих руках окажется твоя безумная сестра и ее муж. Если что, дорогая, они понесут самое суровое наказание за твою строптивость!

Каролина воскликнула:

– Ты подлинное чудовище, Жан-Батист! Как я ненавижу тебя!

– А еще больше тебя тянет ко мне, – произнес тот. – Я все еще грежу о той ночи перед тем, как я застрелил этого глупца Маркуса... Ты была моей, и ты снова станешь моей!

В этот момент в залу вошел Артуро. Увидев Жан-Батиста, он уважительно произнес:

– Синьор губернатор? Какая, однако, честь для нас. Я не имел представления о том, что вы нанесете нам визит...

– Вашей свояченице, – сказал Жан-Батист. – Разве Каролина не говорила вам, что мы с ней знакомы? Я был соседом по имению ее покойного батюшки, синьора Рокасолано. А моя сестра Валентина была его последней женой...

Артуро посмотрел на Каролину. Та произнесла:

– Губернатор все равно уже уходит, Артуро. Мы не смеем задерживать его, он спешит к своей молодой жене!

Де ля Крус, проигнорировав ее сарказм, добавил:

– И вот еще что, синьор Асунсьон. Я как военный губернатор приказываю вам в течение двух дней принять командование над военным гарнизоном в столице штата. Вы обязаны следовать моему приказу!

Артуро изумленно пробормотал:

– Это безусловная для меня честь, господин губернатор, но тот ли я человек, который может принять столь ответственный пост...

– Именно тот, что мне требуется, – жестко завершил Жан-Батист. – Вы немедленно переезжаете в столицу штата, о жилье можете не беспокоиться, вам будет выделен лучший особняк. И ваша семья – ваши супруга и свояченица – тоже, как я думаю, должна переехать в столицу. Негоже прятать в глухой провинции такое чудо, как Каролина!

Он снова приложился к руке Каролины. Она услышала его тихие, но полные угрозы слова:

– И в этот раз все будет, как я того хочу, ma chere!

Артуро был в восторге от неожиданного карьерного роста. Из заштатного командира гарнизона он превращался в одного из самых влиятельных военных. Он заявил Каролине, что они, как того и требует губернатор, немедленно поедут в столицу.

Каролина знала: Жан-Батист назначил Артуро на эту должность исключительно для того, чтобы заполучить ее в свою непосредственную близость. И Артуро не может оспаривать приказ. И она не может бежать, потому что в таком случае в заложниках у де ля Круса останутся Мария-Элена и ее муж.

Поэтому Каро начала укладывать вещи, и через три дня, после долгой и утомительной дороги, они прибыли в столицу штата. Город был большим, полным жизни, но Каролина решила, что не будет принимать участия в светских раутах.

Однако ей с гонцом было прислано приглашение от господина губернатора на бал, который Жан-Батист устраивал на будущей неделе. Им действительно предоставили большой особняк, но Каролина не была счастлива. Что ждет ее впереди?

На бал она прибыла в сопровождении Артуро. Тот или в самом деле ничего не замечал, или не хотел ничего замечать. Когда Каролина в который раз попыталась объяснить ему, что де ля Крус виновен в смерти ее отца, Артуро взвился:

– Каролина, это все досужие россказни! Твой отец умер оттого, что много пил и предавался кутежам. В конце концов, ему было уже за шестьдесят! Я не желаю ничего слышать о причастности сестры господина губернатора к смерти дона Витторио!

Жан-Батист купил его повышением, а также чином генерал-майора, который он пожаловал Артуро. Теперь Артуро был самым преданным защитником интересов губернатора и его пламенным поклонником.

Каролина вошла в гостиную и заметила, что все взгляды устремились на нее и на Артуро. Еще бы, все оценивают человека, который занял столь ответственный пост, и гадают, чем это объясняется.

Она увидела и Валентину с Изольдой. Валентина, ее бывшая мачеха, подплыла к Каролине и произнесла:

– Моя милая, как я рада тебя видеть. После стольких лет разлуки! Но ты чудесно выглядишь!

Каролине стало ясно: она попала в гадючье гнездо. Как быть? Если прямо здесь, посреди гостиной, закричать, что Валентина – убийца, как и ее брат, то никто этому не поверит, ее сочтут сумасшедшей.

– И кстати, – пальцы Валентины коснулись дорогого сапфирового колье, которое обвивало ее шею. – Это подарок твоего покойного отца, синьора Витторио, моего возлюбленного мужа, о смерти которого я скорблю до сих пор. Он купил мне его за две недели до того, как Господь призвал его к себе!

Валентина нагло улыбнулась. Каролина поняла, что та намеренно провоцирует ее. Поэтому, что-то пробормотав, она отвернулась и наткнулась на Жан-Батиста.