Мои грехи, моя расплата - Владимир Колычев

Как Лариса ни старалась, но вдохновить мужа на сексуальные подвиги так и не смогла.

– Это все Ефим, – с нервной насмешкой сказал Болек.

– Что Ефим?

– Мы вчера с ним спирт пили, он меня заразил… Шучу, конечно.

– Что шутишь? Что пил с ним?

– Нет, насчет импотенции шучу. А с ним я пил реально… Он тоже в изоляторе, в одной со мной камере…

– Это интересно, – заинтригованно повела бровью Лариса. – Кому-то нужно или стечение обстоятельств?

– Стечение обстоятельств. И кому-то нужно… Сегодня ночью меня пытались убить.

– Кто, Ефим?

– Если бы… Ефим меня спас…

– Да ну!

– У него с головой не все в порядке. Видно, после контузии… Он же приехал в Москву меня убивать. А попал в ментовку, потому что ствол у него нашли. Для меня ствол готовил… А я его вчера загрузил, дескать, я не я и корова не моя. Кто угодно в него стрелял, только не я. И поверил. Представляешь, поверил!.. А когда увидел этого с заточкой, набросился на него, вырубил. А так бы кончили меня…

– Этого с заточкой, – передразнила его Лариса. – Это ты о ком?

– Да бывший смотрящий, обиженный. Менты его подрядили… И еще кого-нибудь подрядят. Ты должна вытащить меня отсюда…

– А Ефим?

– Что Ефим? Ты его вытащить хочешь?

– Ну, нет…

– Зачем тогда спрашиваешь? Я тебе говорю, что меня вытащить отсюда надо, а ты про него спрашиваешь. Я тебе говорю, вытащи меня отсюда!

– Только давай без эмоций! – одернула его Лариса. – Послезавтра тебя на суд повезут, там все уже обговорено, под расписку тебя выпустят, ну максимум под залог. А там и дело развалим…

– Почему не завтра? Почему не сегодня?

– А почему не вчера?.. Успокойся, возьми себя в руки!

– Извини, – спохватился Болек. – Устал я что-то, нервы сдают…

– Что с Ефимом делать?

– Не знаю… Пока не знаю… Мне сейчас без союзника никак. Он пока мне нужен…

– Ты же сам говоришь, что он приехал, чтобы тебя убить.

– Я его с толку сбил. Еще пару дней в дураках подержу, а потом свалю… Тогда и человека к нему зашлю. Кончать с ним надо, так спокойней…

– Надо, – кивнула Лариса. – Нет человека, нет проблемы…

– Есть человек. Где-то есть. И проблема есть. Но я уже вооружен…

Предупрежден – значит, вооружен. Что бы ни замышляли его враги, Болек будет начеку и не позволит больше застать себя врасплох. И Ефима будет использовать себе во благо, пока есть возможность…

* * *

Небо в клеточку, друзья в полосочку… Друзьями Ефим в неволе не обзавелся, да и робы в полоску ни у кого из арестантов не было. Но вот небо действительно закрывала сетка над прогулочным двориком следственного изолятора.

Дворик был небольшой, людей немало, но дышалось все-таки не в пример легче, чем в камере.

Ефим согрел себя несколькими резкими упражнениями, пятьдесят раз отжался от пола. И это было только начало.

– Боксерской груши нет, да? – задорно подмигнул ему Болек.

Ефим уже избавился от навязанных им иллюзий и ясно представлял, какую роль играет в его жизни этот злой гений. И очень жалел о том, что помешал Прикупу исполнить приговор.

У Ефима не было пистолета, но он мог сделать заточку из алюминиевой ложки. Но сможет ли он хладнокровно вонзить ее Болеку в горло? Ефим и сейчас находился под гнетом этого вопроса. От Болека нужно было избавляться, но не такое уж это простое дело – убить его. Во-первых, моральные соображения. А во-вторых, после случившегося Болек начеку, и одной только заточкой его не взять. К тому же не очень хотелось накручивать себе срок из-за этого ублюдка. Что же делать? Как быть?..

– Это ты о чем? – хмуро посмотрел на него Ефим.

– Да вспомнил, как ты грушу на рынке молотил. Помнишь, когда в бригаду тебя взяли. Телегин сказал, что ты должен меня побить…

– Еще он клятву с меня взял, – напомнил Ефим.

– Да, было дело…

– Глупая клятва. А всю жизнь поперек горла стоит.

– Забудь.

– Забыть? – вздыбился Ефим. – Разве ты позволишь это забыть?.. Про то, что я должен был тебя побить, ты уже забыл. А про клятву – нет!.. Может, помянем Телегина, а? На кулачках, давай, а? Матч-реванш, ну!

– Ты шутишь? – удивленно посмотрел на него Болек.

Ефим ничего не сказал. Он снимал куртку и этим подтверждал, насколько серьезны его намерения.

– Ну смотри! Сам напросился!

Фальшивая доброжелательность вмиг слетела с Болека. Он снял куртку и свитер. И без предупреждения ринулся на Ефима, с чудовищной силой ударив его кулаком в переносицу.

Но сама ярость удержала Ефима на ногах, и он бросился к противнику. На встречный «пристрелочный» удар он даже не обратил внимания, но другой – убойный с правой – сбил его с ног. Болек не остановился на достигнутом, попытался добить Ефима ногой, но тот увернулся и сумел затем подняться.

Хватит с него, надоело быть мальчиком для битья. Давно уже пора избавиться от Болека раз и навсегда. Ефим хочет жить спокойно со своей семьей, чтобы не бояться внезапного выстрела. Он хочет без страха за свою жизнь съездить в Черногольск, повидаться с родными и близкими. Надоело ему быть изгоем! Хватит с него, настрадался!..

Ефим не обращал внимания на боль, но после пропущенных ударов его сильно штормило, в то время как Болек прочно держался на ногах. С каждой полученной плюхой становилось понятно, что только на технике с ним не справиться. Спасти Ефима от поражения могла только злость и физическая сила. Поднырнув под правую руку, он ринулся на Болека, сгреб его в охапку и вместе с ним рухнул на заплеванный пол.