Версальский утопленник - Жан-Франсуа Паро

Ступая на цыпочках, Николя внимательно разглядывал пол и что-то бормотал себе под нос, словно разговаривал сам с собой.

— Посмотрим. След подкованного башмака. Это стражник. Ага, вот и другой, непохожий… гораздо меньше. А вот и третий. Может, все и сойдется. В конце концов, после того как ее ударили кинжалом, жертва вполне могла сделать несколько шагов, прежде чем рухнуть на пол. Гм, конечно, у камина. Все же, видимо, тело тащили. А вот и еще следы. Каблук! Он мне что-то напоминает. Самаритен! Пьер, мне нужна помощь!

Они оттащили труп в сторону. Неподвижные и уже помутневшие глаза Ренара производили зловещее впечатление. На бескровном лице застыло выражение удивления, смешанного со страхом.

— Давайте избавим его от этой упряжи.

— Николя, смотри! Она затянута у него на спине!

Они освободили тело от загадочных пут. Похоже, кто-то хотел выдать Ренара за неизвестного вора, грабившего Дом для прислуги. Нанеся удар в спину, убийца вынужден был закрепить свое приспособление для бутылок на спине у жертвы, иначе ему пришлось бы вынимать кинжал из раны.

Наклонившись над телом, Бурдо тотчас отпрянул; лицо его побледнело.

— Я даже без очков вижу, что тот самый!

— Тот самый?

— Кинжал, точно такой же, как в Самаритен! Ты еще велел мне выяснить его происхождение.

Николя присел на корточки и осторожно извлек кинжал из раны.

— Господи! Клинок сам выскальзывает из тела! По-моему, его уже один раз вынимали.

Выйдя в коридор, он увидел Тьерри. Тот стоял, приложив к носу платок; видимо, ему стало худо. Николя достал табакерку и предложил ему понюшку.

— Скажите, кто-нибудь касался орудия убийства?

— Разумеется, нет, — ответил между двумя чиханьями первый служитель королевской опочивальни, — караульный лишь наклонился над телом, но, увидев рукоять кинжала, не стал ничего трогать.

Николя вернулся к Бурдо, который, водрузив на нос очки, аккуратно отлеплял от раны окровавленный клочок бумаги, пронзенный лезвием кинжала.

— Николя, он оставил здесь вот это.

— Я только что поговорил с Тьерри. Теперь понятно: кинжал вынимали, чтобы пришпилить им бумагу.

— Как в павильоне Самаритен?

— Совершенно верно, только здесь ее пригвоздили к телу.

Выглянув в коридор, он позвал:

— Господин Тьерри, попросите принести мне таз с водой.

Через минуту гвардеец принес ведро чистой воды, и Николя опустил туда листок. По мере того как кровь размывалась, слова на бумаге становились видны все более отчетливо.

— И что ты там прочел? — спросил Бурдо.

— Вот, слушай: «Саксония. Вот уж неудача так неудача: иметь на руках три козыря и проиграть».

— Заметь, снова отрывок из «Королевских игр», вырезанный из печатного экземпляра. Это преднамеренное убийство.

— По крайней мере, не случайное. Ночные события могли подстегнуть убийцу.

— Обыщем карманы, — произнес Бурдо.

Итог оказался скуден: часы, носовой платок, кошелек из стальных колец, содержавший два экю, шесть монет по пол-экю и несколько су. Обыск шкафов также не дал результатов. В них не оказалось ни женских платьев, ни тех мелких дамских штучек, которые кастелянша королевы, женщина еще молодая, должна была бы хранить, чтобы иметь возможность в любую минуту привести себя в порядок. И только несколько сухариков и початая бутылка вина свидетельствовали, что комната обитаема.

— Пьер, госпожа Ренар здесь явно не живет. Надо расспросить ее об этом поподробнее. Скорее комнатой пользовался ее супруг и еще кто-то. Сбитые простыни на кушетке говорят о том, что не так давно на ней спали.

— Что, если Ренар, пока мы искали его повсюду, отсиживался в комнате супруги? Мы же не выясняли, где живет его жена, а только собирались это сделать. Хитрец мог держать пари, что даже если мы узнаем, где обретается его супруга, нам и в голову не придет, что он скрывается у нее!

— Пожалуй, ты прав. Теперь давай еще раз вспомним события предшествующей ночи. Ренар прятался здесь со вчерашнего или позавчерашнего дня. Неизвестный, его сообщник — явно частый гость Дома для прислуги. Напуганный мною и укушенный Плутоном, он убегает и прячется в этой комнате, от которой у него, без сомнения, имеется ключ. Поэтому мы его и не нашли. Следы крови, принятые в темноте за кровь собаки, остались незамеченными. Он вбегает в комнату, не ожидая — или же ожидая — застать там Ренара; разбуженный шумом, инспектор вскочил с постели. Уверен, он спал одетый. О чем они заспорили, мы вряд ли когда-нибудь узнаем. Но не стоит забывать, что они играют на одной стороне. Так что же случилось? Ссора? Схватка? Или же кто-то решил избавиться от ставшего обременительным сообщника?

— Теперь понимаешь, почему из «Королевских игр» взята цитата о трех козырях? Ламор, д’Асси и Ренар.

— Значит, убийца знал, что Ренар скрывается здесь, а мы об этом даже не подозревали. Итак, он убивает Ренара. В доме переполох, все ходы и выходы тщательно охраняются, и выйти со своим снаряжением убийца не может. Тогда он надевает его на труп, но, заметьте, надевает задом наперед.

— В твоих рассуждениях есть слабое место, Николя. Зачем надо выдавать Ренара за похитителя ночных горшков и привлекать внимание к странной амуниции? Есть же прилипшая к ране бумага.

— Повторяю еще раз, а ты постарайся меня понять. Он специально надевает сбрую задом наперед, ибо считает нас дураками. Он абсолютно уверен, что ему удастся ускользнуть от нас, а потому любыми способами привлекает наше внимание к уликам, боясь, что мы их не заметим. Он уверен в своей безнаказанности, уверен, что мы никогда не разоблачим его. Он провоцирует нас, бросает нам вызов. В третий раз. Но, как известно, гордыня — это грех. Мы поднимаем перчатку и принимаем вызов.

— Согласен! Но как, по-твоему, ему удалось выбраться из дома?

— Вчера вечером, а точнее, сегодня утром, когда после моего выстрела началась паника и полуодетые люди стали выскакивать в коридор, любой ловкий малый, а он, заметь, необычайно ловок, мог, сбросив с себя лишнюю одежду, смешаться с толпой, а потом потихоньку исчезнуть во мраке.

— Но ты же мне говорил, что все выходы тщательно охранялись!

Тут наконец вмешался Тьерри; уже несколько минут он безуспешно пытался вставить слово:

— Друзья мои, друзья, мне кажется, я знаю ответ на ваш вопрос. Мне только что сообщили, что в подвале здания обнаружены кровавые следы, ведущие в чулан для дров.

— И что же?

— Дело в том, что в чулане есть люк, выходящий на улицу Реколле; через этот люк сгружают дрова и связки хвороста. Но самое интересное, что люк никогда не запирается. Кроме того, один из караульных, патрулировавших сегодня ночью, видел, как из люка вылезла женщина с узлом в руках; решив, что это девица для утех, он даже попытался пристать к ней.