Алмазная колесница - Борис Акунин

– Нет, – ответил Эраст Петрович, уже смирившийся сужасным «Расти», возникшим, с одной стороны, из-за неспособности Локстонавыговорить имя «Эраст», а с другой, из-за седины на висках титулярногосоветника [14]. Раздражало лишь упорство, с которым хозяинкабинета уклонялся от разговора по существу. – Сержантов у нас в полициинет. Я спрашивал, Уолтер, что вам известно о з-заведении «Ракуэн»?

Локстон вынул изо рта сигару, сплюнул в корзинку коричневуюслюну. Посмотрел на русского своими водянистыми, слегка навыкате глазами и,кажется, понял, что этот так просто не отстанет. Скривив медно-красную рожу,нехотя сказал:

– Понимаете, Расти, «Ракуэн» находится за рекой, а этоуже не Сеттльмент. То есть, юридически-то территория наша, но белые там неживут, одни желтопузые. Поэтому мы туда обычно не суёмся. Бывает, что джапыприрежут друг дружку, это сколько угодно. Но до тех пор, пока они не трогаютбелых, я ничего. Вроде как молчаливый уговор такой.

– Но в данном случае есть подозрение, что умерщвлёнрусский подданный, – напомнил Фандорин.

– Вы говорили, – кивнул Локстон. – И знаете,что я вам на это скажу? Чушь и собачий бред. Если ваш мистер Б. откинулсяоттого, что его кто-то спьяну задел пальчиком по шее, стало быть, старикашкабыл совсем доходяга. Какое это к бесу убийство? Вот я вам расскажу, что такоенастоящее убийство. Однажды у нас в Баффало-Крике…

– А если Благолепова все же убили? – перебилчиновник, уже выслушавший несколько душераздирающих рассказов из уголовнойистории ковбойского городка.

– Ну тогда… – Сержант свирепо сощурился. – Тогда косоглазыемне заплатят. Если это и вправду какие-то их гнусные азиатские штучки, они необрадуются, что напакостили на моей территории. В позапрошлом году на мостуОгонбаси (а это, заметьте себе, уже за пределами Сеттльмента) зарубилифранцузского офицерика. Сзади, по-подлому. Один психопат из бывших самураев,разозлился, что ихнему брату запретили сабли носить. Тут ведь у них чуть что,во всем белые виноваты. Так я поднял всех своих ребят и взял сукина сына – онне успел даже кровь с сабли отмыть. Как он упрашивал, чтоб я позволил ему брюховспороть! Даже плакал. Только хрен ему. Проволок его на верёвке по туземномукварталу, чтоб желтомордые полюбовались, а после вздёрнул на той же верёвке,безо всяких церемоний. Был, конечно, скандал с япошками. Они должны были судитьпсихопата сами и, как у них тут положено, оттяпать ему башку. Как бы не так! Яза своих предпочитаю расплачиваться сам. И если я пойму, что вашсоотечественник сыграл в ящик не сам, а ему помог кто-то из джапов… – Локстонне договорил, лишь красноречиво двинул кулачищем по столу.

– Вы знаете инспектора, который приставлен к нам отяпонской полиции? Этого г-господина зовут Гоэмон Асагава.

Эраст Петрович нарочно отозвался о японце с подчёркнутойкорректностью, давая понять, что лексикон сержанта ему не нравится. Кажется,американец понял намёк.

– Знаю. Начальник участка на Тележной улице, это вТуземном городе. Из всех жёлто… Из всех японцев Гоу – самый толковый. Мы с нимуже пару раз работали, по смешанным делам, где накуролесили и белые, и косоры…Ну, в смысле туземцы. Он совсем молодой парень, ещё тридцати нет, а опытный.Лет пятнадцать в полиции служит.

– Как это возможно? – удивился Фандорин.

– Так он потомственный ёрики.

– Кто?

– Ёрики, вроде участкового копа. При сёгунах, прежнихправителях, было заведено, что всякое ремесло и даже всякая должностьпередавалась от отца к сыну. К примеру, если твой папаша был водоносом, то и тыбудешь всю жизнь бочки с водой возить. Если родитель был помощник начальникапожарной команды, то ты тоже станешь помощником начальника. От этого у них тутвсё и развалилось – не было резона надрываться, всё равно выше папаши непрыгнешь. А Гоу из рода ёрики. Когда его отца грабитель зарезал, парнишке леттринадцать было. Но порядок есть порядок: нацепил две сабли, взял в рукидубинку и начал служить. Он рассказывал, что первый год длинную саблю подмышкой носил – чтоб по земле не волочилась.

– Но разве может м-мальчишка поддерживать порядок вцелом околотке?

– У них тут может, потому как япошки… японцы не столькона человека, сколько на должность смотрят. Опять же полицейских тут уважают –они ведь сплошь самураи. А ещё, Расти, учтите, что парней, которые родились всемье ёрики, сызмальства обучали всей полицейской науке: как вора догнать, какграбителя обезоружить и связать, а уж дубинкой они дерутся так, что нашим копами не снилось. Я думаю, Гоу и в тринадцать лет много чего умел.

Эраст Петрович слушал с огромным интересом.

– А как у них устроена полиция теперь?

– По английскому образцу. Безработных самураев теперьполным-полно, так что в добровольцах недостатка нет. Если вас интересуютподробности, спросите у самого Гоу – вон он идёт.

Фандорин посмотрел в окно и увидел на освещённой площадивысокого японца в чёрном мундире, белых панталонах, с саблей на боку. По-военномуотмахивая правой рукой, он шагал по направлению к участку.

– Видите, у него на поясе револьвер, – показалЛокстон. – Это у туземцев редкость. Они предпочитают дубинкой или, вкрайнем случае, мечом.

Инспектор Асагава – немногословный, спокойный, с неподвижнымлицом и быстрыми, должно быть, чрезвычайно приметливыми глазами – титулярномусоветнику понравился. Японец начал с того, что церемонно, но вполне решительнопоставил шумного сержанта на место:

– Я тоже рад снова вас видеть, мистер Локстон. Только,если вам нетрудно, называйте меня, пожалуйста, «Гоэмон», а не «Гоу», хотя мы,японцы, чувствуем себя комфортнее, когда нас именуют по фамилии. Спасибо, кофепить не буду. О здоровье и прочем, с вашего позволения, давайте поговоримпозже. Начальство известило меня, что я поступаю в распоряжение господинавице-консула. Какие будут указания, мистер Фандорин?

Таким образом, беседа сразу же была направлена в деловоерусло.

Эраст Петрович кратко изложил задачу:

– Джентльмены, мы должны найти трех сацумских самураев,которых минувшей ночью возил на катере российский подданный к-капитанБлаголепов. Нужно проверить, причастны ли эти люди к его скоропостижной смерти.

О политической подоплёке расследования Фандорин ничегоговорить не стал. Асагава понял и, кажется, одобрил – во всяком случае, кивнул.

– Ну, и как мы их найдём, как проверим? – спросилЛокстон.