Аватар судьбы - Анна и Сергей Литвиновы

Однако противник был явно сильнее каждого из троих, да еще ярость придавала ему сил, поэтому, по-прежнему лежа на спине, левой рукой он схватил Ефрема за шею и принялся душить. На счастье, подбежала Варя и – на войне как на войне – изо всех сил дала громадине капитану ботинком по голове, прямо в висок. Тот еще дернулся, успел сбросить с себя техника, приподнялся, схватил обеими руками девушку за ноги, что-то прорычал – и лишь потом рухнул на землю и затих. Руки его разжались.

Все трое, бок о бок, смотрели, тяжело дыша, на распростертого перед ними гиганта. Данилов пощупал пульс у того на шее. Провозгласил:

– Все нормально. Жить будет.

– Боже, что с ним стряслось? – недоуменно развел руками Ефрем. – Что за пургу он нес?

Варя показала на лоб начальника аэроклуба. В нем виднелась крохотная ранка, не больше комариного укуса.

– Это то, о чем я думаю? – вполголоса проговорила она, обращаясь к Данилову.

– Думаю, да. Значит, Зубцов не врал.

– А ты до сих пор сомневался?

– Э, э! – воскликнул Ефрем. – О чем это вы? Мне рассказать не хотите?

– Расскажем, – кивнула Варя, – только сначала нашего командира хорошо бы обезопасить. Чтобы он не начал опять бузить.

В ее рюкзаке имелось полста метров крепких веревок – девушка была опытной походницей, знала, что подобный запас в безлюдных местах всегда может пригодиться: подстраховать кого при переходе через водную преграду, развесить на деревьях продукты – подальше от волков или одичавших собак. Опять-таки, им предстояло штурмовать провал… Однако подобным образом Кононова вервие, признаться, ни разу в жизни не использовала. И не предполагала, что это умение понадобится именно сейчас – чему только не учили ее на занятиях по самбо!

Варя попросила Данилова перевернуть командира на живот. Тот, хоть с трудом, но выполнил просьбу. Тогда она крепко связала запястья начальника аэроклуба за спиной, а потом внатяг привязала их к стянутым лодыжкам. Получилась ласточка – в подобной позиции не то что бузить, пошевелиться трудно. Ефрем и Данилов с удивлением на нее глядели. Ладно бы первый – он раньше никогда Кононову не видывал, но даже возлюбленный не подозревал за ней подобных талантов. Потом она расстелила на земле свой спальник и попросила переложить Сабурова с сырой земли на него.

Покуда они манипулировали с пилотом, Алексей, не дожидаясь особых просьб со стороны второго пилота, стал рассказывать ему, почему и зачем они здесь. Начал он, что называется, «от яйца» – от неопознанного летающего объекта, посаженного советскими пилотами на аэродроме в пятьдесят первом. Рассказал об игле, или, по-современному говоря, микрочипе, которым объект атаковал подполковника Картыгина, и о неистребимом желании последнего доложить о случившемся лично товарищу Сталину. Поведал и о майоре Лоуэлле, и об аналогичном происшествии, случившемся в то же самое время по другую сторону Атлантики. Варя отдала должное своему другу: во‑первых, тому, что он взялся рассказывать – если бы пришлось ей, это сильно смахивало бы на разглашение совершенно секретных, особой важности сведений. А во‑вторых, повествовал Данилов коротко и ясно, простыми словами. Он не старался быть убедительным, просто передавал, как было дело, и от этого его история выглядела чрезвычайно веско. В конце он произнес:

– Есть основания полагать, что этот объект, – он мотнул головой в сторону провала, – той же самой природы, что тогда.

– И он атаковал Тольку? Круто! Охотно верю. То-то я смотрю, как он переменился с момента, как в провал заглянул! Но почему он свихнулся на желании нас увести отсюда? Такое задание получил? А зачем?

– Мы с Варварой полагаем, что цель – дать существу (или существам), достигшим Земли и находящимся там, в провале, спокойно развиваться.

И он развил свою мысль. Нет, он не стал апеллировать к своему сну или совместному с Вурдалаком «полету». Рассказал как данность: о существах, которые спустя годы станут вылетать отсюда, и о том, как чужие, под предлогом спасения от эпидемии, завоюют планету и покорят нашу цивилизацию.

– Стоп! – прервал его Ефрем, внимательно выслушивавший безыскусные пояснения Алеши. – Ты говоришь, что саранча, которая отсюда полезет, совершенно безмозглая. Что они, только собравшись вместе и связавшись в сеть, мыслить умеют. И никаких рук у них нет – одни жвалы и лапки из хитина. Откуда же они тогда взяли этот корабль? И микрочипы?

– Мы полагаем, что эта, как ты говоришь, саранча – цивилизация паразитическая. Вроде муравьев, которые тлю доят. А те культуры, вроде нашей, что умеют что-то создавать, выступают в роли той самой тли. Эта саранча предыдущую планету выдоила, заставила ее обитателей для своих целей микрочипы делать и корабли космические – а теперь к нам подбирается.

– Ох, ребята, – вздохнул второй пилот. – То, что вы говорите, звучит и выглядит настоящим бредом. Но скажите, почему я вам верю?

– Потому что это правда, – развел руками Данилов.

– А зачем, скажите, вы сюда прибыли? Изучать их? Договариваться с ними? – мужчина перевел испытующий взгляд с Алексея на Варвару.

Данилов отрицательно помотал головой.

– Уничтожать.

– Все ясно, – удовлетворенно кивнул Ефрем. – Значит, мочить. Что ж, тогда я с вами.

– Мочить-то мочить, – со страстью воскликнула дотоле молчавшая девушка. – Но как?!

Тут заворочался, приходя в себя, пилот. Он перевернулся на бок, пару раз дернулся, обнаружил, что связан, и закричал:

– Что вы делаете?! Безумцы! Зачем вы связали меня, идиоты! Развяжите немедленно! Надо уходить отсюда! Скорей! Здесь оставаться опасно! Очень! Господи! Мы все умрем! – он поймал своим взором троицу и стал приказывать: – Развяжите меня! Немедленно! Нам надо уходить!

– Надо его заткнуть, – безлично, ни к кому не обращаясь, промолвил второй пилот. – А то я даже своих собственных мыслей не слышу.

Варя порылась в своем рюкзаке, вынула из одного из карманов моток скотча и протянула Ефрему: мол, сам предложил – исполняй.

А командир продолжал дергаться, извиваться и взывать, при этом сменив тон с приказного на умоляющий:

– Пожалуйста! Друзья мои! Ну развяжите! Я вам все объясню, я растолкую, как здесь опасно! Ну не враги ведь вы самим себе, а? Развяжите, прошу вас!

Техник хлопнул по плечу Данилова – помоги, мол. Алексей подошел к лежащему командиру, проговорил: «Прости, друг, это ради твоего же блага», – и крепко, обеими руками, схватил первого пилота за голову. Тот попытался вырваться, ему это не удалось, и молодой человек зажал ему нос. Сабуров непроизвольно открыл рот. Ефрем ловко залепил его скотчем. Данилов приподнял голову командира, и техник в несколько слоев обернул его рот. Теперь пилоту оставалось только извиваться на земле и мычать. Мужчины, тяжело дыша, распрямились.

– Бедный мужик! – с состраданием произнесла Варя.

– Видит бог, я пытался его остановить, – пробормотал в ответ Алексей, – когда он к провалу лез.