Особые приметы ангела - Лариса Соболева

– А деньги? У него украли крупную сумму из банка. Украла блондинка, похожая на Светлану.

– Тебе в банке предоставили фото воровки? – фыркнул Дергунов-два. – Разве нельзя запустить туда другую женщину, ту же Женю? Ты правильно заметил, она похожа на его жену. Может, в этом тоже нечто кроется?

– Кто же тогда пишет Алине?

– Не знаю, я не вездесущ. Письма пока для меня загадка, которую я не раскусил, честно сказать, не засорял ими голову.

– А настоящая Вероника где?

– Спроси у Севастьяна. Впрочем, он не скажет. А как только почует, что ты заподозрил его, сделает тебе чик-чик.

– Думаешь, у Вероники с Севастьяном альянс, а Светке они предназначили роль отвлекающего маневра? Зачем? Они же не знали, что приедет сестра.

– Опять ты чужой логикой пользуешься, – вздохнул Дергунов-два. – Я не раз тебе напоминал про кулинарные рецепты. Светлана содержала дом в идеальнейшем порядке, а рецепты... Они что-то значат, ибо атрибуты любимого занятия женщины в храме исключительной чистоты и порядка не будут храниться в безобразном состоянии.

– Не понимаю. – Макар в сердцах ударил ладонями по рулю. – Причина! То есть мотив, в чем он?

– Осторожно, это не твой руль, а Дениса, – охладил его пыл двойник. – Не забивай голову мотивами, это тот случай, когда важен сам преступник, а он допустил много огрехов. Кстати, поезжай к Роксане Сергеевне, вдруг она дополнит недостающие части в этой головоломке.

– А ее нет, – сказала медсестра в отделении.

– Как нет?! – взвыл Макар.

– Ушла домой.

– Но у нее же было плохо с сердцем, как вы ее отпустили?

– Попробовали бы вы ее удержать, – невозмутимо заявила медсестра. – Она очень упрямая, заладила одно: «Домой хочу, дома все пройдет». Что мы могли сделать? Написала расписку, что отказывается от госпитализации, и ушла.

Макар рванул из больницы, моля всех святых, чтобы Роксану Сергеевну не пришили по дороге, во дворе или прямо в квартире. Остановив машину у обочины, он понесся, как гончая, взбежал на террасу, едва не свалив старушку-осведомительницу, призывавшую кошек на обед. Отметил, что ругается она не хуже сапожника, с замирающим сердцем позвонил в дверь Роксаны Сергеевны.

– Кто там?

– Фух! – выдохнул он. – Это я, Роксана Сергеевна, Макар Дергунов.

– Ах, вы... – протянула она разочарованно, но открыла.

Он вошел, упал на стул в прихожей, отер пот со лба и попросил:

– Дайте мне воды.

Роксана Сергеевна принесла стакан воды, он выпил залпом, вытер рот ладонью и посмотрел на нее почти с любовью.

– Откуда вы сорвались? – спросила она. – На вас лица нет.

– Из больницы. Почему вы ушли? – И тут он заметил две полных дорожных сумки, да и сама Роксана Сергеевна была одета по-домашнему. Макар все понял, улыбнулся, потому что вовремя успел: – А... Уехать хотите? Сбежать?

– Ну, почему так сразу: сбежать, – надулась Роксана Сергеевна. – Я хочу навестить родственников...

– Думаете, он вас там не найдет?

– Кто – он?

– Не притворяйтесь, будто не понимаете. Убийца Светланы. И долго вы собрались прятаться? Неделю-две? Маловат срок, чтобы успокоить убийцу.

– Ну, да, да! – плаксиво сказала она, всплеснув руками. – Я хотела... Макар, я очень боюсь его. Ко мне в ту ночь, когда Светочку... ко мне кто-то стучал. Я подошла, спросила: «Деточка, это ты?» Ответа не получила, потом снова раздался стук. Я испугалась и сказала, что вызываю милицию. Услышала шаги, он убежал. А утром, когда я шла на работу, меня спас мальчик, машина с темными фарами проехала по тому месту, где я стояла минутой раньше. А потом вы сказали... что он и меня... Мне стало так страшно...

– Не бойтесь, пока я здесь, с вами он ничего не сделает. А для того, чтоб не бояться и дальше, продолжать жить, как жили, вы должны все рассказать. Идемте в комнату, чтоб нас никто не подслушал.

Роксана Сергеевна следовала за ним с обреченностью, с какой идут к начальнику за взбучкой. Он основательно уселся на стул у круглого стола, уложил на него локоть и взглянул на нее, да чуть не расхохотался в голос. Она остановилась перед ним, переплетя пальцы рук с гордым и неприступным видом весталки, которую он, аспид, сейчас замурует в стену за прелюбодеяние. Ну, что с нее взять? Она Роксана – этим все сказано. Ему осталось лишь обратиться к ее инстинкту самосохранения:

– Вы хотите жить?

– Разумеется.

Другого ответа Макар и не ждал, отодвинул стул:

– Тогда садитесь и рассказывайте.

– Боюсь. Вы уйдете, а я...

– Не уйду. Если понадобится, останусь и буду вас охранять.

Она робко присела на предоставленный стул, сложила руки на коленях и просительно уставилась на Макара. Он был непреклонен:

– Не смотрите на меня, как на садиста, я не такой. От вас сейчас зависит ваша жизнь, жизнь еще одной женщины, моя, кстати, тоже. Странно, что вы этого не понимаете.

– Да нет, я все понимаю... А с чего начать?

– С самого начала. Рассказывайте все вплоть до мелочей, даже то, что вам показалось, в чем вы до конца не уверены.

Логичней было задать пару вопросов и получить четкие ответы, чтобы не тратить время впустую. Но Макар недаром потребовал подробности с мелочами, по ним он сделает собственные выводы, найдет проколы, выстроит логику претендента на скамью подсудимых и нащупает его слабые места.

– Хорошо, – вздохнула Роксана Сергеевна, придвинулась ближе, и начала очень тихо, будто боялась, что их действительно подслушивают: – Светочка приехала к Любочке чуть больше года назад...

Оп-ля! Это его упущение. Не поинтересоваться при первой встрече, когда приехала Светлана, – да он кретин! Доверился Севастьяну, который утверждал, будто женат на ней четыре года.

– А точнее, когда она приехала? – спросил Макар.

– Точнее? Сейчас посчитаю... Она приехала в конце января, сейчас апрель заканчивается... Год и три месяца назад. Первый месяц она не работала, ну, всякие там регистрации, обустройство, к тому же Любочка сильно болела. А потом Света устроилась в парикмахерскую, я говорила, помните?

– Помню.

– Она до того была женским мастером, а здесь ее взяли мужским, пообещав, что как только освободится место, сразу переведут. Я забыла сказать, что у Светочки было два диплома, она победила на конкурсах в городе, где жила, поэтому ее взяли в престижный салон. Светочка не стала искать другую работу, хотя ей было трудно переквалифицироваться, она же очень ответственная. Мы с ней подружились, я первая узнавала все ее секреты, после работы она прибегала ко мне и рассказывала, как прошел день. Светочка поначалу не рвалась стричь и брить, присматривалась, как работают другие мастера, брала ножницы, когда приходили пожилые мужчины, они не столь привередливы. Однажды, это было в первую же неделю ее работы, в салон зашел молодой мужчина. Красивый, высокий, очень прилично одетый, такой... респектабельный. А мужские мастера оказались все заняты. Так вот этот мужчина и достался ей, она испугалась, вдруг он останется недоволен стрижкой...