Фрейд и его госпожа - Лариса Соболева

– Антона, – сказала Полина, опускаясь на край ступеньки, ноги ее уже не держали, да и напряжение отобрало у женщины последние силы.

– Почему сразу Антона? – возразил Викентий. – Если его покалечили…

– Или убили, – дополнила она; губы ее тряслись.

– Не убили, – снова возразил он. – Ты же видела, след тянется к выходу, значит, покалечили.

– Тогда где же он?

– Крови, конечно, вытекло много, следовательно, далеко уйти раненый не мог…

– Ты не понимаешь, – всхлипнула Полина. – Антон въехал во двор, оставил незапертой машину! А кто еще вошел бы в дом, не имея ключей? Замок не ломали, это видно. Антон вошел, а здесь его ждали.

– Ты сама себе противоречишь. Как же его могли ждать в доме, если ключи были только у самого Антона?

– Не знаю! Но они как-то вошли.

– Все, ребята, я вызываю группу, может, эксперты раскусят эту загадку.

А что – группа? Ни живого, ни мертвого тела не было, чтобы можно было делать заключения. Ну, взяли образцы крови, ну, нашли орудие – железный прут с пятнами крови, он лежал у крыльца, ну, сняли отпечатки пальцев… Кстати, раненый действительно полз к выходу до самой ограды, а дальше след обрывается. Значит, тело кто-то забрал? Кто и зачем? Тот, кто напал? Зачем ему тело? Опять же, на кого было совершено нападение?

– Если Антон обращался к врачам и делал анализ крови, – рассуждал Таничев, – мы установим, его это кровь или другого человека…

– Он не обращался к врачам, – вяло перебила его Полина. – У него ни в одной поликлинике нет карточки, как и у Кирилла.

– Все равно, мы проверим. Если жив, то он наверняка в больнице.

– В больнице? Почему вы так думаете?

– Раненый прополз до ограды, миновав автомобиль, которым он не смог воспользоваться, значит, он полз за помощью. Не исключено, что его подобрали и отвезли в больницу или вызвали «Скорую».

– Так надо звонить! – оживилась Полина.

– Обзвоним все больницы, – пообещал Викентий. – Садись с Марианной в машину Шурика, он отвезет вас домой.

– Я поеду к Антону, – не согласилась Полина. – Он ведь знает, что я у него…

– Тебе лучше находиться там, где есть люди, поезжай к брату, – ультимативным тоном сказал Викентий. – Не переживай, найдем мы твоего Антона, а я, как только что-нибудь выяснится, приеду к вам. В машину!

Вечер выдался – просто ах! Ни ветра, ни жары, ни перепадов давления, которые Шурику были еще незнакомы, а вот отец постоянно жаловался на скачки давления и поглядывал на барометр, ища там подтверждения своему скверному самочувствию. Вечер был тих и безмятежен, он располагал к пассивному отдыху, но никак не к трудам, включая и умственный, но Шурик не поддался успокоительному дыханию природы. Чтобы не мозолить лишний раз глаза соседям, он ждал Викентия на улице, включив в работу все свои извилины на сто процентов: ведь столько имелось неясностей, элементарных нестыковок, антилогики! Он ходил в наушниках вдоль ограды, включив для стимуляции своего серого вещества плеер, и, как только завидел автомобиль Викентия, кинулся ему наперерез:

– Стой! Стой!

– Ты всегда бросаешься под колеса? – спросил Викентий, когда Шурик плюхнулся на сиденье.

– В исключительных случаях. Не-не! Припаркуйся у нашего дома, сначала поговорим.

– Начало многообещающее. – Он поставил машину, развернулся всем корпусом к Шурику, уложив один локоть на спинку сиденья, а второй – на руль, спокойный, как отвесная скала. – Давай выкладывай, что тебя кинуло под мои колеса?

– Сначала ты скажи, Антон нашелся?

– Нет. «Скорую» в тот район не вызывали, да пока что это «мертвый район», там мало кто живет. В больницы мужчины с ранениями головы не поступали ни в сознании, ни без сознания.

– Ранение было в голову?

– А куда же еще? Прут железный видел? Если у кого-то нет пистолета или ножа, то, имея подобное орудие, надежнее бить им по голове – это весьма уязвимое место, поверь.

– Верю. И что ты думаешь, куда делся Антон?

– Испарился.

– А без шуток?

– Я не исключаю, что преступников было двое. Вероятно, думая, что Антона они завалили, они побежали за машиной, а он выполз. Его подобрали и увезли, труп выкинули далеко за городом.

– Значит, Антон – уже труп? Ты уверен?

– Ну, один процент против этого варианта всегда остается в подобных случаях, как правило, он потом исчезает, но исключения тоже бывают.

– Тогда у нас остаются две подозреваемых: Полина и Марианна. Но ситуация изменилась – у Марианны нет мотива.

– Ты же вчера говорил, что есть? – изумился Викентий, насмешливо глядя на юношу.

– То было вчера, а сегодня… Короче, Кирилл Андреевич принудил ее к сексу, он ей не нравится, она не хочет ни замуж за него, ни сожительствовать с ним, а хочет найти другую работу и уйти.

– А это ты откуда взял?

– Подслушал. До твоего приезда я слышал, как Марианна трепалась с Полиной во дворе. Но, с другой стороны, что получается? Убийца не трогает ни Кирилла Андреевича, ни Полину, только тех людей, кто непосредственно с ними связан, близко связан. Что это означает?

– Ну и что же?

– Не знаю, но хочу узнать. Если у Марианны нет мотива, то какая потребность заставила Полину убить Антона? Это же нелогично? Что она получит в результате, где мотив? Нету!

– Абсолютно с тобой согласен. Значит, Марианна? Без мотива?

– А вдруг он все же есть у нее? Скрытый?

– Ты не допускаешь мысли, что Полина может оказаться кровожадной и дьявольски жестокой?

– А ты – что Марианна может быть такой? – поддел его Шурик. – Потому что учился с ней в школе и ее ранец таскал на спине?

– Понимаешь, Шурик, ни у меня, ни у наших сотрудников нет достаточных улик, чтобы остановиться на одной из них.

– Что же делать?

– Искать улики. Идем, девчонки заждались, правда, обрадовать нам их пока что нечем.

– Хм! – угрюмо ухмыльнулся Шурик, выбираясь из авто. – Думаю, кого-то из них обрадует как раз то, что порадовать их нечем. А мы, как дураки, трепались при них…

– Вот, Шурик, самое главное: больше не трепись, а?

Он зорко следил за малейшими изменениями на лицах Марианны и Полины и отмечал: реакция их была практически одинаковой – обе растерянны, встревоженны и расстроенны. Кирилл присутствовал здесь же, задавал вопросы, он ведь не был в курсе последних событий, но Шурик помалкивал, предоставив отдуваться Викентию. Мало ли, каким боком повернутся обстоятельства! Между прочим, Антон исчез в тот же день, когда выпустили его друга. Кирилл Андреевич спал? А если нет? Кто это проверял? И уж кому-кому, а ему смерть Нонны была не просто выгодна, но и жизненно необходима: в ее лице он держал в своем доме атомную бомбу, и когда эта бомба рванула бы – не предсказал бы ни один ясновидящий.