Черное зеркало - Наталья Александрова

Внезапно Надежда Николаевна осознала, что находится в зале совершенно одна: пока она любовалась плафоном, экскурсовод куда-то увел свое послушное стадо. Надежда бросилась вперед, ей совсем не улыбалось заблудиться в этом особняке!

Из зала выходили две двери, и она наугад выбрала левую, из-за которой доносились приглушенные голоса.

За этой дверью оказался короткий коридор, заканчивающийся еще одной дверью. Надежда прошла по нему, приоткрыла дверь и увидела большую комнату, в которой разговаривали двое парней и коротко стриженная девушка.

– Это крыло нам не подходит, – говорил тот, что с хвостом, – здесь уже все обыскали…

– Но теперь у нас есть план! – возражала ему девица. – С планом – это совсем другое дело!

– Ладно, посмотрим еще в этом крыле, – проговорил второй парень. – Вернемся сюда позднее… – Тут он, видимо, услышал шаги Надежды и завертел головой: – Кто здесь?

Надежде стало неловко – еще подумают, будто она подслушивает, и она крадучись вернулась в зал с плафоном и прошла в другую дверь.

Здесь Надежда Николаевна действительно нашла всю группу, которая сгрудилась вокруг экскурсовода.

– После революции последний из семьи Клюквиных стал так называемым красным директором… но с ним тоже произошла таинственная история: он исчез, пропал прямо у себя в кабинете…

Надежда постаралась подойти ближе к интересующей ее женщине.

А экскурсовод тем временем продолжал:

– Из-за всех этих исчезновений у особняка купцов Клюквиных и особенно у директорского кабинета возникла дурная слава. Впрочем, большинство мнений сходилось на том, что причиной исчезновений был не сам особняк, а старинное венецианское зеркало, которое незадолго до революции привез из Италии последний из семьи, Глеб Клюквин.

– Тот самый, который исчез? – подала реплику старуха в джинсовой панаме.

– Да, тот самый.

– А где сейчас это зеркало?

– Хороший вопрос! – оживился экскурсовод. – Дело в том, что зеркало исчезло вместе с последним членом семьи. Никто не знает, куда оно подевалось.

– Мистика какая-то! – проговорил кто-то из экскурсантов.

– Безусловно! – согласился экскурсовод. – Хотя, скорее всего, зеркало просто куда-то убрали, чтобы избежать лишних разговоров.

– Куда же?

– В этом особняке было много потайных помещений, и возможно, что еще не все они обнаружены. Во всяком случае, в последние годы многие люди пытались проникнуть сюда и найти зеркало, но это никому не удалось.

Тут Надежда совсем рядом увидела свою тезку и вспомнила, зачем, собственно, пришла на эту экскурсию.

– Извините! – зашептала она на ухо женщине. – Муся вам, наверное, передала для меня…

– Какая еще Муся? – недовольно проговорила та. – Я же вам сказала, что не знаю никакой Муси! Первый раз слышу! О чем вы вообще говорите?

– Вообще-то ее Мальвина зовут. – Надежда из последних сил пыталась внести ясность. – Это она так себя в детстве называла – Муся, вот имя и прилипло…

– Да что вы ко мне пристали со своей Мусей? Ни Мальвины, ни Марины, ни Маруси я не знаю!

– Надежда! – раздался рядом грозный окрик. – С кем это ты базаришь? Нашла время! Мы вообще-то на экскурсию пришли! За культурой!

Надежда вздрогнула и увидела, что это муж ее собеседницы грозно сверкает очами и уже движется в их сторону.

– Извините… – пробормотала она смущенно, – извините, кажется, получилось недоразумение…

Мужчина схватил жену за руку и буквально оттащил от Надежды, при этом сильно толкнув ее плечом, так что она едва удержалась на ногах.

– Поосторожнее! – сказала Надежда Николаевна вслед, но грубиян только дернул головой и проворчал какое-то ругательство.

Никто из группы никак не отреагировал на его хамское поведение, хотя все стояли рядом.

«Они думают, что я с приветом, от скуки и одиночества мотаюсь по всяким сомнительным экскурсиям и пристаю к людям с разговорами», – поняла Надежда.

Делать было решительно нечего. Самым сильным ее желанием сейчас было убить Муську Василькову. Вот просто взять и придушить голыми руками. И эти руки не дрогнули бы. Хорошо, что Муська находилась вне пределов досягаемости.

Вторым желанием Надежды было оказаться как можно дальше от всей этой группы и вообще от дома купцов Клюквиных. Но как отсюда выбраться? Место уединенное, никакой общественный транспорт не ходит. Вызвать такси?

Надежда схватилась за телефон, но передумала. Они спросят точный адрес, а она и понятия не имела, где этот дом Клюквиных находится. От метро ехали минут двадцать, но в какую сторону? Спросить у экскурсовода? Да его сначала поймать нужно, вон, опять куда-то группу потащил.

– Дама, что вы все время отстаете? Сколько можно! Только группу задерживаете! – Противная старушенция в джинсовой панаме снова набросилась на Надежду.

«Отвали!» – хотела сказать Надежда, но в последний момент удержалась.

– Вы бы лучше по сторонам смотрели, чем за мной следить, – посоветовала она, – там интереснее.

Старуха открыла рот для подходящего ответа, но замешкалась, и спутница потянула ее за рукав.

Надежда замедлила шаги и огляделась. Группа ушла далеко вперед, а она решила, что с нее хватит этих застарелых красот.

Шикарно, конечно, было лет сто пятьдесят назад, а теперь того и гляди потолок обвалится. Следовало срочно искать выход. А уж потом она доберется до Муськи. Поедет к ней домой, расспросит соседей… хотя нет, Муська же сама говорила, что соседи от нее шарахаются и даже в лифте вместе не ездят. Надежда их очень понимала – от Муськиной болтовни, пока до своего этажа доедешь, можно запросто умом тронуться.

Дозвониться до Муськиной дочки Лены? Уже она-то наверняка знает, где мать обретается. Хотя не факт, Ленин муж от тещи прямо трясется после того случая с машинами. «Ну ладно, – заключила Надежда, – будем решать задачи по мере их поступления. А пока следует срочно найти выход из этого гадюшника».

Тут Надежда Николаевна, конечно, была не права, потому что интерьеры особняка и правда впечатляли. Чего стоит, например, эта комната в мавританском, как сказал экскурсовод, стиле. Пол был выложен разноцветными узорчатыми плитками, стены тут и там украшали подковообразные арки, опирающиеся на узкие колонны, похожие на сталактиты, все свободное пространство было покрыто замысловатым восточным орнаментом, а в одной из ниш разместился даже фонтан, правда, не действующий.

При виде этой экзотической роскоши приходили на память то ли дворцы Гранады, то ли балет «Бахчисарайский фонтан».

«Эх, жили люди!» – усмехнулась Надежда словами героя замечательного романа, написанного почти сто лет назад. Будь она в другом настроении, то непременно полюбовалась бы внутренним убранством дома Клюквиных. Но не теперь.