Блог нечистой силы - Марина Серова

— Нет, что вы, откуда же им взяться? Никита и Максим обычные парни, без особых связей, Макс вообще сирота, его старенькая бабушка воспитывала. Даже в детдоме побывал, когда она умерла, он тогда был подростком. Просто когда ребятам требовалась на что-то определенная сумма денег, они просили их у подписчиков.

— Как это?

— Парни открыли отдельный онлайн-счет для донатов.

— Что это такое? — приподняла бровь Ирина.

— В вольном переводе с английского — жертвовать, дарить. В онлайн-играх обычно означает оплату игроком дополнительных бонусов или уникальных предметов. Но иногда подписчики жертвуют произвольные суммы блогерам на различные нужды, — пояснила я для Ирины.

— И что, много присылали?

— Кто сколько считал нужным, как правило, достаточно скромные суммы. Но знаете, как говорят, с миру по нитке — голому сорочка. Так что да, обычно парням удавалось собрать деньги на технику или на поездку в то или иное место. Этих денег обычно хватало и на бензин, на продукты в дорогу и на прочие расходы.

— Кстати о поездках. Они сообщали своим подписчикам или объявляли в своих видео, куда и когда отправляются?

— Нет, никогда. Считали это небезопасным. Мало ли странных людей в сети бывает? Вот узнает такой о планах, и неизвестно, как потом отреагирует, неизвестно, что сделает. Ребята всегда были очень осторожны, старались избегать случайных встреч. И общались с подписчиками исключительно в сети.

— Понимаю. А что у парней были основания опасаться фанатов, каких-нибудь странных поклонников? Может быть, им кто-нибудь угрожал? Или преследовал?

— Нет, вроде бы никогда такого не было. По крайней мере, ребята ничего подобного не рассказывали. А неадекватных поклонников опасались, скорее, на всякий случай. Но их нельзя считать перестраховщиками: блогеры они ведь на виду, почти как медийные личности. Кстати, именно поэтому Никита и Максим всегда снимают видео, будучи в масках. Они не хотели, чтобы их начали узнавать на улицах. Оберегали свою частную жизнь, как могли.

— Понимаю. А дневник с планом или журнал учета поездок они вели?

— Нет. Только видео снимали. Это ведь тоже своего рода отчет, парни практически каждый свой шаг фиксировали.

— То есть вы, Марина, их самый главный фанат и, одновременно, строгий критик?

— Нет, честно говоря, нет. Я не любитель мистики или жанра ужасов, и от всех этих вещей у меня волосы дыбом поднимаются, а кровь леденеет. Никита знает об этом и раз и навсегда запретил мне смотреть их видеоотчеты о приключениях, чтобы я не переживала и истерики лишний раз не устраивала. Ведь мне всегда так неспокойно, когда они уезжают.

— Это нормально, ведь увлечение парней можно считать экстремальным, — понимающе кивнула я и тут же обратилась к подопечной: — Ирина, ты ведь сама успела что-то из того видео посмотреть? Как думаешь, там есть моменты, когда жизнь парней была в реальной опасности?

— Я еще толком не успела со всем ознакомиться, но, думаю, да. У Никиты были веские основания просить жену не смотреть видео, если он не хотел ее лишний раз нервировать. Но тебе, Женя, чтобы ничего не упустить, нужно самой все смотреть и делать выводы.

— Да, конечно. Именно этим мы с тобой и займемся. А Марину, думаю, отпустим пока. Зачем ей лишний раз нервничать?

— Хорошо, это логично. Отдыхай, Марина, постарайся успокоиться, а мы будем на связи.

— Ладно. Я буду дома, может, еще раз в полицию схожу. Телефон всегда включен, пожалуйста, звоните в любое время. Если будут новости или если что-то уточнить понадобится, — кивнула молодая женщина и собралась встать из-за стола.

— Погоди, не торопись. Жень, мы же у меня работать пока будем, чтобы тетю Милу тоже лишний раз не нервировать?

— Пожалуй, да.

— Тогда и Марину домой закинем, нам все равно по пути будет.

— Хорошо, так и сделаем.

* * *

На то, чтобы завезти Марину, приехать к Саниным домой и устроиться у компьютера, не ушло много времени.

Ирина отправилась на кухню, чтобы организовать чай с бутербродами, а я начала выбирать видео для просмотра.

— Смотрю, ты уже подписалась на их канал? То есть все, что парни успели выложить, как на ладони. А что вначале смотреть-то?

— Включай видео на болотах. Я уже просматривала одно, их там несколько.

— Ладно, как скажешь.

Видео датировалось прошлым годом. Поздняя осень. Честно говоря, я бы начала анализ с тех, что выложены не так давно. С самых последних. Но это позже, пожалуй. Сейчас, когда я уже начала смотреть про болота, мне стало интересно и хотелось досмотреть, знать, что будет дальше. То, что происходило на экране, впечатляло. Парни называли друг друга Ник и Макс, наверное, для экономии времени, потому что эти «позывные» настоящих имен практически не скрывали. Ребята были одеты в темные тактические штаны, толстовки и горнолыжные куртки, на руках перчатки, на лицах черные маски. И на видео отличались только фигурами, Никита был немного выше и плотнее, чем Максим. Чаще снимал Никита, очевидно, он выполнял в тандеме роль оператора. А Максим больше говорил в кадре и работал с каким-то странным ящиком, наверное, так их ЭГФ выглядит.

— Эту историю нам рассказал местный охотник, — вещал в кадре Макс, — ее же подтверждают все местные жители. На болотах поздними вечерами или в сумерках часто видят призрак девушки-шатенки в белом развевающемся платье и легкой накидке. Этого места тщательно избегают все деревенские, и девушку видели разве что издалека. Но тот самый охотник забрался далеко на болото, устроил там лежку из веток, сухих камышей и старой травы. Проводил много времени в неподвижности, охотился на уток. И однажды увидел приведение буквально в метре от себя. Разумеется, сильно испугался и бежал с того места, словно ошпаренный.

Больше охотник к своей лежке не возвращался и вообще того места старался избегать. Но зато теперь на болото шли наши бесстрашные искатели приключений. В кадре у Ника был то Макс, то высокие засохшие камыши, трава и земля, покрытая тонким слоем снега. Еще раз скажу, что снимали поздним вечером или ночью. По пути парни переговаривались, обсуждая эту историю, и пытались сориентироваться на местности, чтобы выйти максимально близко к лежке охотника, и вышли в итоге прямо на нее. Установили аппаратуру, свет, Макс начал запрашивать по ЭГФ, есть ли поблизости кто-то из духов. И через некоторое время из коробки раздался нежного тембра голос, который не слишком разборчиво сказал: «Тут я». Потом послышался какой-то треск, наверное, это обычные