Повод для убийства - Рекс Стаут

Я завершил свой отчет, одновременно прикончив кувшин молока. Вульф спросил, не видел ли я следов крови в доме или у подъезда, которые они случайно не смыли, но ничего подобного я не видел. Мой шеф сидел, откинувшись в кресле и зажмурив глаза, а Марко бегал по кабинету и кричал:

– Это же шедевр догадливости! Если вы не сообщите в полицию немедленно, я сам сделаю это! – Он одарил кулаком по спинке кресла. – Они должны немедленно выпустить его! Скажи им, Ниро!

– Помолчи! – оборвал его Вульф.

– Он мыслит, – пояснил я Марко. – А вы нарушаете этот процесс. Кричите на меня, если хотите, но не на него. Все не так просто, как кажется. Сообщить полиции, значит выпустить дело из рук, а если полиция заартачится и будет настаивать на своей версии в отношении Пампы, тогда все мы окажемся безоружными, и никогда не доберемся до этой семейки, разве что с помощью танка. Если же не сообщить полиции и оставить эти сведения для собственного потребления, начать самим вынюхивать, кто пырнул миссис Уиттен ножом, можно донюхаться до того, что прирежут еще кого-нибудь, только на этот раз уже насмерть, и тогда нам останется ждать, какую сумму назначат за наше освобождение на поруки до суда.

– Включая и меня?

– Конечно! Кто затеял все это ради освобождения Пампы?

Марко вперил в меня взор.

– По-вашему получается, что положение безвыходное. Мы не можем сообщить полиции и не можем не сообщить полиции, то есть – положение безвыходное. И это я назвал «шедевром»?

– Именно это, и вы совершенно правы. Догадка была блестящая, и я даже подумываю о том, чтобы просить прибавки к жалованию. У нас есть дубина, которой мы можем пригрозить миссис Уиттен, а, следовательно, и всем ее отпрыскам. Если ее еще не разрезали на кусочки, мы можем позвонить и сказать, что в течение часа желаем видеть ее у нас вместе со всем семейством. Но, как мне думается, это не выйдет. Значит остается одно: убедить мистера Вульфа сесть со мной в машину и немедленно поехать туда.

Я не обращал внимания на недовольное хрюканье, раздававшееся из кресла Вульфа.

– Вот уже много лет, – продолжал я как ни в чем ни бывало, – я убеждаю его отказаться от правила не выходить из дома по делам. Но больше тратить на это силы не намерен. Тем более, что в данном случае ни вы, ни Пампа не являетесь нашими клиентами, и Вульф заявил, что не возьмет с вас денег. Он оказывает вам дружеское одолжение, поэтому тут нет никакого нарушения установившихся правил.

– Вы имеете в виду визит к миссис Уиттен? – спросил Марко.

– Вот именно. А почему бы нет?

– И вас впустят в дом?

– Вы чертовски правы: впустят! Особенно, если ей звонил доктор, а я ставлю десять против одного, что он это сделал.

– И что даст визит?

– Хотя бы то, что в нашем присутствии второго убийства не будет. Обстановка сама подскажет, как нам действовать дальше. Могу прибавить, что первое мое посещение дало кое-какие результаты.

Марко, потрясая руками, подбежал к Вульфу:

– Ниро! Ты должен поехать! Немедленно! Должен! Прошу тебя…

Вульф приоткрыл глаза и скорбно вздохнул.

– Но ведь это единственный выход! Ведь Арчи…

– Я все слышал, – полуприкрытые глаза заметили недопитый бокал пива. Вульф взял его и выпил, затем посмотрел на меня. – Тут есть одно слабое место. Ты утверждаешь, что, если мы скроем эту информацию от полиции, и миссис Уиттен окажется убитой, нас будут неприятности. Почему? С точки зрения закона мы совершенно чисты. Морально мы чисты тоже. Предположим, что мы принимаем за правду объяснение миссис Уиттен. Стало быть, со стороны детей ей не грозит никакая опасность.

– Неужели вы верите ее объяснениям? – спросил н. – Даже тому, что она не знает, кто на нее напал – мужчина или женщина?

– Почему бы нет?

Я встал, простер руки к небу и снова сел.

– Но это нелогично, – загорячился Марко. – Твои вопросы показывают, что ты уверен: она соврала доктору. Я не вижу почему…

– Пусть! – сказал я в отчаянии. – Он отлично знает, что она соврала. Если бы он любил спорить, то заключил бы пари, что миссис Уиттен порезал один из ее отпрысков – в доме или вне дома, это не имеет значения – и ей известно, кто это сделал. Я лучше знаю Ниро, чем вы, Марко. Оставить кабинет и поехать ночью по улицам полным опасности?! С ума сойти! Куда приятнее лечь в постель и хорошо выспаться, а за это время, кто знает, может такое произойти, что облегчит все дело. Вот в чем загвоздка. Ему лень, Марко!