Рискованная игра - Николай Чергинец

Мироедова кожей почувствовала молчаливое глухое противостояние в танцевальном зале и решила поставить на место молодую танцовщицу.

— Это кто «мы»?

Калинова сделала удивленное личико.

— Да все, кто уважает и любит вас, Любовь Андреевна, — спокойно ответила оппонентка. — Вы же обо всем прекрасно осведомлены.

Перебранка носила невинный характер, но все присутствующие прекрасно понимали подтекст и напряжение этого разговора. Коллектив давно уже бурлил и разделился на «ваших и наших» и посему готов был взорваться. Однако ситуацию спас маленький Барабайкин — ветеран коллектива, к мнению которого прислушивалась как одна, так и другая стороны.

— Любовь Андреевна, — весело воскликнул он, — у нас что: урок словесности или хореография? Я уже порядком замерз.

Мироедова была уже и не рада, что зацепила задиристую Татьяну, и потому была благодарна мудрому Барабайкину за его вмешательство. Однако для приличия женщина решительно махнула рукой, словно дирижер палочкой, и громко произнесла:

— Не беспокойтесь, Барабайкин, сейчас у многих из вас пар заклубится из всех отверстий!

По стройным рядам танцовщиков пронесся дружный смешок, что немного разрядило напряженную обстановку.

— Нам не привыкать, — раздался голос из народа.

Мироедова, подняв руку вверх, призвала всех к тишине и, выдержав небольшую паузу, объявила:

— Ладно, ребята, повеселились и хватит, пора за дело приниматься! Но прежде, чем мы приступим к разминке, я хочу представить вам нового члена нашего славного коллектива.

Танцовщики энергично завертели головами, с интересом стреляя по сторонам любопытными глазами. Художественный руководитель сделала решительный жест рукой в сторону нового члена коллектива, которым оказалась рыжеволосая девушка. Новенькая сидела возле аккомпаниатора за фортепиано, и поэтому на нее никто не обратил должного внимания. К тому же внимание многих артистов было приковано к перебранке. Девушка встала со стула и вышла из‑за черного музыкального инструмента на обозрение своих коллег.

— Машенька Пожобайко, — торжественно и громко представила свою протеже Мироедова, — очень способная девочка. Прошу любить и жаловать!

Все присутствующие артисты внимательно посмотрели на новенькую красивую танцовщицу. Если женская половина недовольно скривилась, то мужская, наоборот, лучезарно просияла, затаив в глубине души похотливые мечты и желания.

— Сегодня Машенька у нас гостья, — мило улыбаясь, сообщила балетмейстер, — а с завтрашнего дня она полноправный член нашего славного коллектива. Так, теперь прелюдии в сторону, пора заняться делом. Начинаем репетицию!

Художественный руководитель ансамбля энергично захлопала в ладоши, призывая всех артистов балета к вниманию.

— Итак, милые мои, — зычным голосом произнесла Мироедова, — лицом к станку и поехали! Расправить лопатки, подобрать животики. Спина ровная, следите за спиной. — Любовь Андреевна подскочила к одной танцовщице и слегка ударила ее по спине. — Помните — танцовщик стареет со спины!

Артисты балета подтянулись и гордо задрали подбородки.

— Два деми плие одно гранд по всем позициям, — произнесла хореограф и повернулась к аккомпаниатору, молодому пианисту: — Толя, три четверти, пожалуйста!

Молодой человек исполнил пожелание руководителя.

— Колени как можно выворотнее, при возвращении пятки ставятся первыми. Берегите свои «ахилы»! Переходим «Пордэ тра». Тело сонное, будите свое тело…

Наконец артисты увлеклись репетицией и хореограф отошла к большому окну, коротко посмотрела на улицу и повернулась к труппе, которая работала в поте лица. Любовь Андреевна стояла в сторонке и молча смотрела на артистов. Со стороны могло показаться, что она внимательно наблюдает за работой своих подопечных, однако если бы можно было заглянуть в потаенные мысли человека, то мы бы немало удивились, узнав, что Любовь Андреевна думала совсем о другом, а именно о том, как поскорее получить огромную сумму денег и уехать за границу. Фактурная женщина посмотрела на часы и поняла, что, если она хочет успеть вовремя на дачу, пора заканчивать репетицию…