Двойник - Елена Грановская

— Ну, давайте еще раз, уже очно, представимся. Полковник Селиванов, Владимир Дмитриевич, начальник оперативно-разведывательного департамента службы безопасности.

— Подполковник Сезонов, Валерий Игоревич, начотдела в Министерстве обороны.

Офицеры обменялись рукопожатиями.

— Что ж, Валерий Игоревич, начнем с простого и малого. Успели вчера ознакомиться с документами, которые вам направили? — Селиванов удобно расположился в своем кресле и с видом внимательного, вежливого слушателя посмотрел на Сезонова.

— Да, всё прочел и просмотрел папку, которую передал лейтенант Калдыш, — подполковник указал ладонью через стол на севшего напротив него младшего офицера, — отметил многие детали. Разрешите сразу вопрос?

— Конечно!

— Почему пригласили именно меня, чтобы посвятить в эту историю с пришельцем? Как обо мне узнали и поняли, что именно я могу помочь?

— Мы следовали, скажем так, рекомендации знающих людей, кому можем доверять. — Селиванов потер пальцы и пронзил Сезонова прямым, многозначительным взором. Поняв, что тому недостаточно сказанного, полковник придвинулся ближе к столу и, вздохнув, вполголоса добавил: — Я кое-что знаю о «ярославском деле».

Сезонов, напрягшись, быстро взглянул на Калдыша. Реакция лейтенанта на произнесенную Селивановым фразу говорила о том, что он понятия не имеет, о каком деле, связанном с Ярославлем, идет речь. Интересно, что знает сам полковник? Ответит ли, если спросить об этом? Какие детали ему известны? Каким образом, через кого или же сам получает данные о проводимом следствии и суде? И главный вопрос: кто доподлинно и откуда знал, что он, Сезонов, всё же был в городе на Волге, если в официальном заявлении, коего с трудом добился Фамилин, в апреле сего года он в Ярославле не появлялся? Многие, с кем Сезонов встречался и кого видел из военнослужащих в те дни минувшей весны, насколько знал, находятся под жестким следствием, серьезными ограничениями в общении и передвижении. Так кому и как фигуранты «ярославского дела» могли успеть передать о подполковнике, что слух о нем дошел с Поволжья до Сибири? Как информация могла просочиться и как так вышло, что в нее поверили, несмотря на слова Москвы? Так много тайн, удастся ли найти хотя бы один ответ на возникшие вопросы…

— У меня не было сомнений да и вообще не было выбора, кого пригласить из Москвы. Через высшие органы, если понимаете, не хотелось запрашивать о вас. Всё вышло частным путем, думаю, удачным, — добавил Селиванов и дал понять, что желает оставить этот вопрос завершенным и перейти к следующему. — Мы — вернее, я, поскольку мой департамент занимается делом пришельца — взяли смелость пригласить вас, поскольку считаю, что вы можете помочь.

— Чем? И как? Я ведь, знаете ли, с пришельцами на их языке никогда не разговаривал, — посмеявшись, Сезонов развел на столе руками. — Такой же, как вы — желаю ответить на все вопросы рубрики «Одни ли мы во вселенной», но понятия не имею, с какой стороны подступиться, с чего начать и куда сворачивать. Всё это слишком непривычно и невероятно для нас, для землян вообще.

— Знаю. Понимаю. Но верю, что вам удастся прояснить ситуацию хоть немного. По крайней мере помочь нам в прояснении. Любым способом.

— Для этого мне надо познакомиться с инопланетным гостем поближе.

— Мы естественно организуем встречу с ним, — согласно кивнул Селиванов. — Но давайте не сегодня. Может завтра? Когда вам удобно?

— В любое время. Как он сам будет готов.

— Мы сами его подготовим. Он не горит желанием общаться. Мы же хотим ему помочь свыкнуться с нашим миром, нашими реалиями. А для этого нам самим надо понимать, как и чем он жил на своей, так скажем, родине, верно? Иначе мы не помогаем друг другу, а буксуем, не сдвигаемся с мертвой точки.

— Не обещаю разговорить, но постараюсь подкопать ров под его характер.

— О, а вот характер у товарища — непростой. Несмотря на то, что хмурый молчун, демонстрирует тем самым выдержку и стойкость. С таким в разведку пойдешь: точно не выдаст! — Селиванов махнул в воздухе кулаком. — Носимся вокруг него и возимся с ним уже сколько недель, а толку-то… Анатолий Романович, кстати, — полковник посмотрел на Калдыша, который оживился при упоминании о себе, — занимается сбором и систематизацией информации, ему поступают все материалы по нашему пришельцу. Девушка, которую вы, может, сейчас заметили у спецмашины — Катя Владыкина, старший специалист, она курирует, так скажем, вопрос наблюдения и изучения реакций и возможностей тела и организма инопланетного гостя. Это две мои правые руки по делу с пришельцем.

— Сколько по времени вы привыкали к тому, что говорите «пришелец», «инопланетянин», а видите человека? — не сдержался Сезонов.

— Знаете, до сих пор передергивает. — Селиванов, усмехнувшись, повел плечами, словно избавлялся от упавшего за воротник предмета. — Могли бы, конечно, звать его по имени умершего солдата, на которого он странно и необъяснимо похож как две капли, но отчего-то не прижилось так.

— К слову о погибшем, — подполковник оживился. — Вы связывались с его семьей, когда впервые увидели пришельца в лицо?

Селиванов многозначительно посмотрел на Калдыша, тот пояснил:

— Сделали запросы на каждого родственника и на короткое время устанавливали слежку: узнавали, как живут, чем занимаются. Родители лет десять частные предприниматели, фермеры, они своим делом живут и не собираются оставлять. Мать — педагог по образованию, отец долгое время обслуживал крупную хозяйственную технику на станции. Открыли свое дело, но первую работу не оставляют. Сестра с семьей живет и работает в Калачинске, тренер в детско-юношеской спортивной школе. Вдова Креплова, Мария, проживает в Омске, трудоустроена в культурно-досуговом центре, курирует выставки и музыкальные вечера. Их с Крепловым общая дочь — Ярослава, ходит в детсад. С женщиной в прямую связь не вступали, о том, что на планете, более того — в нашей стране, обнаружился двойник ее погибшего мужа, не сообщали. Прорабатываем два варианта развития событий: как то, что родные Креплова никогда не узнают о существовании пришельца-двойника, так и то, что им становится известно об этом. На настоящий день сохраняется пассивная фаза — никому из членов семьи Креплова не докладывали о космическом госте-близнеце и никто каким-либо образом сам не узнал о нем. Всё под контролем спецслужб, не сомневайтесь. Утечки не будет.

— А если соберетесь всё-таки рассказать, то при каких обстоятельствах?

— Когда достаточно полно убедимся в адекватном поведении пришельца и отсутствии у него неконтролируемой агрессии.

— А были случаи последнего?

— Однажды да. Еще в Новосибирске.

Сезонов медленно покивал, глядя в стол и отпивая кофе. Всё равно надо решать, как и куда прятать пришельца. В этом видится единственный разумный на данный момент выход.