Рояль в кустах - Дмитрий Щеглов

– А с чего вы взяли, что я приехала из Германии?

Водитель расхохотался.

– Я столько лет бомблю по Москве, что могу любую национальность с ходу определить. Мне что хохлушку, что молдаванку, что армянку, что грузинку, что англичанку, что немку определить, раз плюнуть. Я еще не раз не ошибался, – похвастался он.

– А кто по национальности Резо? – неожиданно спросила его Эльза. Ей самой интересно было это узнать.

– Резо? – теперь водитель окинул ее спутника полупрезрительным взглядом. В его вопросе было столько неподдельного изумления, что Эльза даже усомнилась, а так ли звать ее воздушного попутчика, правильно ли он представился?

– Резо! – водитель еще раз посмаковал это имя, прищурил насмешливые глаза и вымолвил:

– Резо… помесь… Не чистых кровей Резо.

Эльза увидела, как у того, о ком шла речь начала наливаться кровью шея. Поневоле нальется, коли о тебе как о коне рассуждают.

– Ты что хочешь этим сказать, что я не сын своей матери? – Резо внимательно посмотрел на водителя.

– Боже упаси! Хочу сказать, что имя у тебя грузинское, а сам ты или курд, или ассириец. Или того и другого пополам. Ты из пахлаванов, правильно?

– А кто такой пахлаван? – спросила Эльза.

Теперь у водителя была возможность отыграться и унизить в глазах пассажирки ее невежливого спутника.

– Пахлаван? Амбал по ихнему. Тяжести таскать. Кто что предпочитал развивать: одни– ум, другие – силу. Угадал?

Резо сидел отвернувши голову в сторону. Он медленно процедил в ответ:

– Ишак ты, вот ты кто, подожди, даму высадим, я с тобой поговорю. Я вот этими руками волка задушил, а тебя, как таракана прихлопну.

Водитель струхнул, но не очень испугался. Дальше ехали молча. Эльза поняла, что Резо собирается с ней расстаться. Может быть это и к лучшему? Приближаясь к центру Москвы, водитель стал уточнять, кого куда везти.

– Меня в «Россию»! – сказала Эльза.

– А меня около «Националя» высади, – сказал остывший Резо. Когда машина остановилась около блочно-стекляного здания гостиницы «Националь», ее попутчик вышел и широким жестом кинул водителю на сиденье тысячерублевую купюру. – И за мадам тоже. Добросишь до места!

Водитель пошел открывать багажник, и в это время на колени Эльзе легла визитная карточка.

– До свидания, красавица. Если кто-нибудь обидит в Москве, позвони по этому телефону.

На глянцевой бумаге было выведено единственное слово – Резо, и снизу стоял номер телефона. Ни адреса, ни фамилии. Когда водитель сел за руль он обронил только одно слово:

– Бандит!

– Кто? – не поняла Эльза.

– Да ваш попутчик. Вот посмотрите, вечером вас будет искать в «России».

– Он культурист, – засомневалась Эльза. – На соревнованиях выступал у нас в Германии.

– Угу! Этот культурист зарежет и ухом не поведет. Так куда вас вести? Может быть в другую гостиницу?

Посеял таксист семена подозрений в легковерной душе пассажирки. Эльза на минуту задумалась. Она ведь приехала только на разведку. О цели ее поездки никто, кроме нее, не знает. И цель на первый раз у нее достаточно простая.

Прийти и убедиться!

А Резо?

А что Рэзо?

Береженого Бог бережет!

Он ей может понадобиться только в следующий раз.

Эльза внимательно посмотрела на водителя.

– Я передумала ехать в гостиницу. Отвезите меня на Романов переулок!

– Бывшего Грановского? Так это рядом. Только придется круг почета вокруг Кремля сделать? Вы не возражаете? Заодно и на гостиницу «Россия» посмотрите, мимо проезжать будем. Ее, кстати, тоже сносить собираются.

Эльза смотрела на чужой город и ее поразила мощь и красота Кремлевского ансамбля. Если бы она была повнимательней, то заметила бы, что Резо бросив в холле гостиницы сумку на попечение швейцара, сразу направился к девятке, за рулем которой ждал его водитель. Они поздоровались, как старые хорошие знакомые. Держась на некотором удалении, эта машина последовала за той, в которой ехала Эльза. Минут через пятнадцать обе машины втянулись в Романов переулок.

– Подождать вас? – спросил Эльзу водитель.

– Ждите! – ответила Эльза, но сумку в такси не оставила. Перекинув ее через плечо, она пошла вдоль домов. Вот цель ее поездки. Она остановилась перед домом номер 6. Интересующий ее подъезд был в глубине двора. Над дверью висела табличка с нумерациями квартир. Непроизвольно оглянувшись, она поправила сумку на плече и потянула за ручку металлической двери. Заперто. Она нажала на кнопку звонка. Через несколько секунд дверь открылась и из нее выглянула симпатичная старушка.

– Ты к кому, милая?

– Я хотела узнать, кто сейчас живет в квартире на шестом этаже?

– А там две квартиры, 68 и 69, тебе в какую?

– А раньше была одна!

Старушка подозрительно оглядела ее с ног до головы.

– Так это же до революции было. А ты кто? У нас просто так не зайдешь! Видишь здесь, какие люди живут? – она кивнула на мемориальные доски – привирала старая маленько, набивя себе цену.

Эльза и без нее поняла, что толк от поездки будет небольшой. Надо возвращаться домой. А словоохотливая старушка, видя, что ей не торопятся отвечать, стала рассказывать:

– В прошлом году графиня Куракина из Германии приезжала, старенькая, но еще крепится, – тоже на шестой этаж поднималась, в свою старую квартиру. Хозяева были дома. Она у них часа три просидела, чаи распивала, а мне вот брелок на ключи подарила, на память. Старушка загромыхала связкой ключей. Эльза увидала в ее руках знакомый брелок. Эльза решила задать последний вопрос:

– А на шестом этаже живут одни и те же люди?

– Пока да, но я слышала, что в одной внуки хотят продать квартиру и разъехаться. Пол года ищут покупателей, найти не могут. Цену ломят неимоверную. Не стоит она того.

Эльза была благодарна старушке за рассказ. Все, что ей надо было, она узнала. Эльза полезла в дамскую сумочку и достала из него дорогой парфюмерный набор. Он был еще запечатан.

– Это вам!

При виде подарка у старушки увлажнились глаза.

– Спасибо! – прозвучал благодарственный старческий голос, но дарительница была уже далеко. Быстрым шагом она шла к поджидающей ее машине.

– В аэропорт! – жестко сказала она водителю, кидая спортивную сумку на заднее сиденье. Тот удивился перемене ее облика. Перед ним сидела не испуганная девица, какой она казалась по дороге сюда, а властная женщина. До самого аэропорта она не проронила ни единого слова. Озадаченный водитель тоже молчал. В аэропорту она бросила на сиденье стоевровую купюру и твердым шагом направилась в зал отлета.