Серебряная река - Бен Ричардс

Я человек незаметный, но отнюдь не пустой. Время и пространство борются во мне, воспоминания сменяются, как картинки в калейдоскопе: история и география, люди и города, запахи и мелодии – все, что давно ушло, но не забыто.

Сначала расскажу вам о своем доме.

Монтевидео – неторопливый город башен и куполов, старых кадиллаков, длинных проспектов, вьющихся вдоль побережья, пляжей и волн, накатывающихся на берег, где по ночам можно видеть слившиеся силуэты молодых парочек. Это порт, а потому это город борделей, баров и молодых моряков, сошедших на берег в увольнение. Монтевидео – столица государства, официально называющегося Republica Oriental de Uruguay[9](терпеть не могу, когда англичане произносят «ю-ругвай»), и стоит на реке Рио-де-ла-Плата[10](куда мелодичнее, чем просто «река Плейт», как переделали на свой лад англичане, у меня это ассоциируется с выщербленной тарелкой[11]) в том месте, где в давней войне было потоплено немецкое военное судно. Свет и красота: солнце над гаванью в предвечернюю пору, палисандровые деревья весной, светло-серый оттенок старинных зданий.

Но я ведь собирался рассказать о своем доме. Однако, как наш самый известный поэт Бенедетти сказал о Монтевидео, Esta es mi casa – это мой дом.

О своем доме мне трудно рассказать по той причине, что… о своем доме мне трудно рассказать… Но какая же все-таки причина?

Может быть, лучше – и это не будет неуместным отклонением от темы – вспомнить Тупака Амару[12], великого касика[13]инков, поднявшего отчаянное восстание против испанцев. Неудивительно, что его предали, отдали в руки врагов и четвертовали на главной площади в Куско, который теперь находится в Перу. Ничего хорошего не предвещало и родство с Тупаком Амару, поскольку испанцы объявили, что его злокозненная родня тоже должна быть уничтожена, и с систематичностью и энтузиазмом приступили к выполнению этой задачи.

Но сама поэзия восстания! Символическое значение, которое приобрели побежденные повстанцы! Потому что испанцы, конечно, проиграли – полностью проиграли, поскольку Тупак Амару, независимо от того, какова была его история в действительности (историки утверждают, что он также не гнушался устраивать небольшую резню), увековечил себя в памяти народов всего континента. Поэтому когда какие-нибудь перуанские офицеры, японские бизнесмены или дипломаты-гринго с ужасом замечают, что официант, вместо того чтобы предложить им еще виски или волован, начинает размахивать АК-47, и что прием у посла принимает неожиданный и нежелательный оборот, то любопытно отметить, что эти перуанские повстанцы, переодетые в официантов, действуют от имени Революционного движения «Тупак Амару».

Вот поэтому два десятилетия назад в нашем неторопливом Монтевидео, городе башен и куполов, группа решительно настроенных идеалистов сражалась с коррумпированным и крайне жестоким правительством, снова оживив имя того вождя, трагическая гибель которого была продемонстрирована толпе на главной площади Куско. Мы были членами Movimiento de Liberation National[14]– тупамарос. Мы должны были привести страну к счастью. Мы должны были создать НОВОГО ЧЕЛОВЕКА.