Осколки хрустальной туфельки - Марина Серова

Я прихватила с собой сумочку и, по привычке нацепив на нос солнцезащитные очки, выбралась из машины.

Здесь, на открытом пространстве, где с одной стороны тянулась лесополоса, а с другой — дорога заканчивалась ограждением, за которым раскинулся овраг, даже в шестом часу было по-прежнему душно. Воздух словно замер и загустел, и лишь редкие машины, проносившиеся мимо, обдавали горячими потоками запахов бензина и плавящейся резины шин.

Я поморщилась и огляделась по сторонам.

Кажется, Никита не врал — в паре метров от того места, где я стояла, ограждение было перебито и исковеркано — как раз на повороте.

Я немного прошла вдоль трассы, потом перебралась через ограждение и, балансируя на краю отвесного склона, заглянула вниз. Мое предчувствие меня не подвело — бравые представители правоохранительных органов еще не успели позаботиться о ликвидации с места автокатастрофы того, что подлежало ликвидации, поэтому фрагменты помятой и обгоревшей машины все еще находились на дне оврага.

Цепляясь за ветки редких кустарников и скользя по траве, я начала осторожно спускаться. Исцарапав руки, я все же добралась до обгоревшего каркаса автомобиля.

Скорее всего вследствие падения взорвался бензобак, иначе машина никак не могла так сильно обгореть: огонь уничтожил практически весь салон. Должно быть, от несчастной девушки тоже ничего не осталось, и ее опознавали по остаткам одежды и тем украшениям, что были на ней.

Я не спеша обошла машину кругом и чуть не упала, споткнувшись о какой-то предмет.

— Вот черт! — выругалась я, машинально опуская голову. В траве валялась туфля — когда-то белая, она превратилась в угольно-черную. Скорее всего туфля упала с ноги погибшей девушки, когда ее тело извлекали из машины. Б-р-р!

Я отвернулась, но какая-то странная мысль, промелькнувшая у меня в голове, когда я взглянула на эту туфлю, заставила меня снова повернуться.

Я сняла очки и присела на корточки. Не отрывая взгляда от предмета, столь неожиданно привлекшего мое внимание, я на ощупь отыскала в сумке платок и с помощью его взяла туфлю и стала разглядывать ее.

Я вспомнила, как еще недавно я вот точно так же держала туфли в квартире Никиты. Я тогда еще подумала, что девушка, носившая все эти вещи, была очень миниатюрной. Глядя же теперь на свою находку, ни о чем подобном я не думала — обувь была самого обычного размера: 37 или 37,5…

Неожиданно я отчетливо почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд и поняла — за мной наблюдали. Я подняла голову. Наверху у самого ограждения стояла черная «Нива» с тонированными стеклами. Я не видела человека, сидевшего за рулем машины, но почти физически ощущала на себе его тяжелый взгляд: я выронила туфлю и поднялась. Несколько секунд я, не мигая, смотрела на черную «Ниву», а тот, кто был в салоне, — на меня, а потом машина резко развернулась, колеса завизжали, и она на полной скорости понеслась по трассе в сторону Тарасова.

Позабыв о своей находке, я бегом бросилась наверх и уже через несколько секунд стояла на дороге, вглядываясь в поток автомобилей на горизонте. Машины проносились мимо меня, через пару минут превращаясь в едва различимые точки вдали, но среди них я так и не смогла разглядеть черную «Ниву».

Мне не оставалось ничего другого, кроме как вернуться к своей машине. Я села за руль, повернула ключ зажигания, включила сцепление и, выведя «девятку» на трассу, поехала в сторону города. В голове крутилась одна и та же мысль: «Кто был тот человек на черной „Ниве“? Что ему от меня понадобилось?» Я уже пересекла пригородный участок и проехала пост ГАИ, когда немного пришла в себя: «И что я так перепугалась? Может, у мужика не все дома, а может, ему просто стало любопытно, кто это бросил машину на трассе и зачем-то спустился в овраг?» Нечего отвлекаться на всякую ерунду! Сейчас главное другое — как девушка, носившая туфли 35-го размера, на момент гибели оказалась в обуви 37-го размера?

Кажется, я рано попрощалась с Никитой Полянским, не мешало бы навестить его еще раз.

Я проехала несколько кварталов и свернула в уже знакомый мне дворик. Моя ласточка плавно остановилась напротив подъезда, в котором проживал Никита Полянский.

Я взглянула на часы — начало восьмого. Не самое подходящее время для визитов, но меня это не должно волновать. Я подхватила сумочку, открыла дверцу машины и уже собиралась вылезти из машины, как заметила двух людей, выходивших из подъезда. Одного я узнала сразу — это был Полянский.

Веселый и бодрый Никита шел под руку с какой-то длинноволосой брюнеткой. Девушка что-то оживленно ему рассказывала, энергично жестикулируя и все время откидывая назад свои длинные волосы. Никита громко смеялся.

«Вообще-то мне несколько иначе представлялись будни безутешно скорбящего вдовца», — мысленно отметила я, наблюдая, как парочка усаживается в серебристый «Вольво».

Дверцы со стороны водительского и пассажирского сиденья захлопнулись одновременно, и машина плавно тронулась с места. Ни секунды не раздумывая, я тоже завела мотор своей «девятки».

«Вольво» выехал со двора, чуть задержался у арки и, свернув направо, помчался по полупустой дороге. Минутой позже я тоже вывела свою машину на трассу. На светофоре «девятка» неизменно маячила в паре метров от «Вольво», поворачивала на те же улицы, останавливалась у тротуара, когда спутница Никиты выходила в киоск купить сигареты, и двигалась за автомобилем след в след. Пару раз я теряла «Вольво» из виду, но, прибавив скорости, снова нагоняла.

Наконец «Вольво» проехал на очередную улицу и, свернув на специально отведенное место для стоянки, остановился перед дверью ночного клуба «Опал».

Никита и его молодая спутница были слишком увлечены друг другом, чтобы заметить мой пристальный взгляд, провожающий их от стоянки до дверей ночного клуба, за которыми они благополучно и скрылись.

«Все-таки мужики козлы! — подумала я. — Ведь, если я не ошибаюсь, именно об этом клубе говорил Никита как о любимом месте отдыха своей жены. А теперь он тащит сюда какую-то девицу, едва похоронив Элю!»

Я подождала пару минут, издали наблюдая за входом, у которого красовался громадный тип, исполняющий роль охранника, и снова завела машину.

Вообще-то в мои планы никак не входило посещение ночного клуба, но работа и обстоятельства просто обязывали меня посетить сие заведение. Смирившись с этой мыслью, я отогнала «девятку» на стоянку перед «Опалом» и выбралась из салона. Захлопнув дверцу, я немного замешкалась возле машины, ставя ее на сигнализацию.

— Ну че, как дела? — неожиданно раздался позади меня мужской бас.

Я подпрыгнула на месте и выронила брелок с ключами.

За моей спиной стоял детина метра два ростом, поглаживая широченной ладонью свою лысую башку, лыбился и пялился на меня как кот на сметану.

— Мне некогда, — кинула я через плечо, намереваясь сразу отшить лысого. Затем подобрала ключи, поставила машину на сигнализацию и повернулась, чтобы уйти со стоянки, но не тут-то было. Лысый по-прежнему преграждал мне дорогу — он явно не уловил сути моего тонкого намека и даже не подумал сдвинуться с места. Он улыбался и пялился на меня, явно ожидая более подробного ответа на свой вопрос.