Поиск в темноте - Михаил Михеев

Мужчина в легком костюме спортивного стиля, летних, на босу ногу, туфлях, подошел к окошечку обменного пункта.

— Солидняк! — прошептали за ухом.

Нина возмущенно дернула плечом. Мужчина небрежно сунул в окошечко пачку двадцатидолларовых купюр.

Нина взяла доллары и широко, как учили в банке, улыбнулась. Детектор со скоростью белки в колесе перебрал купюры, просветил их ультрафиолетом и сложил аккуратной стопочкой. Баксы настоящие. «55» — загорелась на экранчике цифра. Тысяча сто долларов. Нина умножила сегодняшний курс на эту сумму, а потом повторила операцию. Ошибешься — не рассчитаешься. А «новые русские», Нина заметила, когда надо, как подпольный миллионер Корейко, в уме и трехзначные цифры перемножают. Собственные деньги творят с людьми чудеса. Вчерашний тупица и двоечник в уме марки переводит в доллары, доллары в рубли, вычитает налоги, плюсует собственную изворотливость и получает чистую прибыль — иногда, правда, тоже в уме. Может, в ресторанах эти люди и сорят деньгами, но в банках считают. Наверное, обстановка располагает.

Нина отсчитала упаковки с рублевыми купюрами. Мужчина кивнул и отошел от окошка.

— Отовариваться пошел!

Нина резко обернулась.

— Сколько раз тебя просила — не говори мне под руку. Я ошибиться могу. Подошел клиент — молчи в тряпочку. А если он услышит?

— Подумаешь, — проворчал Митька, — хоть и услышит — не беда. А потом, кто меня сюда заставляет ходить?

— Я заставляю. Чтоб не болтался где попало с приятелем своим, Борькой. Я ведь в школу заходила, почему на первый урок опоздал? Вышел вовремя, до школы триста метров. Где был?

— Тренера бывшего встретил, Вадима Сергеича, — не моргнув, ответил Митька. — Он меня в команду звал.

— Играть?

— Бери выше. Команда-то малолеток. Ему на тренировках помогать. Играющим тренером.

— Так и иди, займись, чем шляться-то…

— Я подумаю, — сказал Митька, довольный переменой темы.

Но Нину сбить с толку не просто.

— «Классная» говорит — хулиганишь много, — возобновила тему Нинка. — Уроки пропускаешь. Почему? По алгебре сильно сдал.

— Придирается, — буркнул Митька.

— «Классная» или «математичка»? — переспросила Нина.

— Обе, — не затрудняясь выбором, ответил Митя.

— Прекрати паясничать, — строго потребовала Нина. — Учеба — дело серьезное.

— Просто меня Вовка позвал, я повернулся, а она…

— Митя! — крикнула Нина. — И слушать не хочу. Даже если к тебе и придираются, твое дело учиться. И на занятия ходить. Думаешь — поступишь в институт с тройками?

— Да я и не собираюсь.

— Митя, ты это прекрати!

Тут к окошечку подошел клиент, и Нина отвлеклась, обменивая рубли на доллары.

Тем временем Митя тоскливо раздумывал, зачем Нинка хочет непременно запихнуть его куда-нибудь в институт. А еще лучше — в университет. А еще — академия. Но Митьке-то это зачем?

— Митя, — повернулась к нему Нина, — я знаю, о чем ты думаешь. Но поверь мне: высшее образование всегда пригодится. Один мой одноклассник после НИИЖТа стал журналистом, а другой — милиционером. Ты думаешь, если бы не корочки, их бы взяли на службу? А так — курсы переподготовки закончил и будь, кем хочешь.

— Так было последние тридцать лет, но это не значит, что так будет всегда, — заметил Митя. — Времена изменились.

— А дипломы остались! — воскликнула Нина.

Митя не ответил, надеясь, что сестра устанет и замолчит сама. В окошке возник еще клиент и купил тысячу долларов.

— Контрольную написал? — спросила Нина.

— По алгебре?

— По алгебре.

— Написал.

— Хорошо написал?

— Хорошо.

Что до времени говорить? Митя решил не раскрывать ожидающий сестру сюрприз, чтобы не портить себе выходные. Вместо контрольной по алгебре они с Борькой рванули в кино и посмотрели классный боевик. Это гораздо интереснее и веселее алгебры, которая, верил Митя, никогда ему не пригодится. Где в нормальной жизни человек может столкнуться с дифференциальным исчислением или какими-то логарифмами?

— Придешь домой, разогрей суп и поешь. Потом приготовь уроки, не тяни до воскресенья.

— А ты? У тебя же работа в шестнадцать ноль-ноль заканчивается?

— Я хочу к подруге заехать, буду дома часов в семь.

— Ладно, понял, — сказал Митя, обретая надежду, что сможет несколько часов свободного времени провести по-своему.