Не оглядывайся - Дженнифер Арментроут

Черная бейсболка свешивалась с кончика его пальца — похоже, он про нее забыл. Наши глаза встретились, и я почувствовала, что в груди у меня что-то зашевелилось. Его магнетические глаза были ярко-голубыми. Такой цвет имеет послезакатное небо, когда день закончился и вот-вот наступит ночь — в общем, цвет сумерек. В его взгляде я заметила неподдельный интерес ко мне и озабоченность.

— Это мой бойфренд? — шепотом спросила я с надеждой и одновременно со страхом. Будь он моим бойфрендом, я не знала бы, что с ним делать. Или нет, знала — внезапно в голове у меня возникло множество ассоциаций, связанных с поцелуями, прикосновениями и прочими забавными делами… Этот парень был… соблазнительно великолепным, и это пугало меня, что называется, до смерти.

Скотт давился от смеха.

Гость, стоявший в дверях, смотрел на моего брата, затем перевел взгляд на меня. Жар буквально опалил мне щеки. Тот самый интерес все еще был в его глазах, и мои губы изобразили подобие улыбки. Он был счастлив видеть меня, но… Но вдруг его глаза превратились в ледышки.

— Бойфренд? Да… — медленно произнес он глубоким и мягким голосом. — Ну уж нет, даже если бы ты в следующем году заплатила за мою учебу в Пенсильванском универе.

Уязвленная и смущенная его ответом, я отпрянула назад, но вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я сумела их сжать.

— А почему нет?

Незнакомец смотрел на меня так, словно из моей головы торчала рука, которой я размахивала во все стороны. Он повернулся к моему брату, поднял брови.

— Я подожду тебя на улице.

— Заметано, Кар, выйду через секунду.

— Почему его так странно зовут?[6]— удивилась я, складывая руки на груди.

Парень с автомобильным именем остановился и обернулся ко мне.

— Кар — это Карсон Ортиз.

Ой. Все понятно. Я опустила руки, казня себя за свою несусветную глупость.

Глаза Карсона сузились.

— Она действительно не имеет понятия о… Ни о чем?

— Да, — подтвердил Скотт и поджал губы.

Карсон снова собрался уходить, но снова остановился. Пробормотав что-то себе под нос, он посмотрел на меня.

— Я рад, что ты в порядке, Сэм.

Прежде, чем я успела ответить, он ушел. Я снова повернулась к Скотту.

— Я ему не нравлюсь.

У Скотта был такой вид, будто он вот-вот снова рассмеется.

— Да, похоже, что так.

Какое-то странное томление возникло у меня в груди.

— А почему?

Слезая с кровати, брат вздохнул.

— Он не нравится тебе.

Не нравится мне? У меня что, нет вкуса? Он же просто потрясающий, и, без сомнения, во всем! А откуда, кстати, я это знаю?

— Я что-то не врубаюсь.

— Ты для него одна из тех сучек… В последние два года…

— Но почему?

По выражению его лица я поняла, что ему надоели мои бесконечные «Почему?».

— Да потому, что его отец наемный работник, а ты не больно расположена к наемным работникам. А также к их отпрыскам и всем, блин, кто имеет к ним отношение.

Мои ослабевшие руки опустились на колени, я совершенно не представляла, что сказать в ответ. Он, должно быть, снова разыгрывал меня.

— А у нас разве есть наемные работники?

Глаза Скотта округлились.

— Мать и отец нанимают работников; это наверняка покажется тебе смешным, но мама не работала в своей жизни ни одного дня. — Его передернуло, когда он увидел выражение моего лица. — Господи, да с тобой говорить все равно что с новорожденным.

Злость, казалось, впивается в мою кожу, причиняя сильную боль.

— Прости. Кар уже ждет тебя, чтобы потрепаться. И уж он наверняка не страдает от пониженного коэффициента умственного развития.

В его взгляде на меня мелькнуло сожаление, и Скотт снова тяжело вздохнул.

— Послушай, мне действительно жаль. Я не это имел в виду, Сэм, но все так странно. Как в фильме «Вторжение похитителей тел»,[7]где люди превращались неизвестно в кого.

Это было странно. Обеспокоенная и даже немного испуганная, я смотрела на пустой дверной проем. И вдруг поняла, что не хочу оставаться одна.

— А куда ты с парнями идешь?

Скотт, еще раз посмотрев на свои спортивные штаны, удивленно приподнял бровь.

— У нас тренировка по бейсболу.

— Можно я тоже пойду?

Его лицо превратилось в изумленное.

— Ты же ненавидишь бейсбол. Единственной причиной, по которой ты туда ходила, был Дел.

— Да я не знаю, кто такой Дел! — Мои ладони беспричинно сжались в кулаки. — Я не знаю, что именно я ненавижу. Или что мне нравится. Или что мне следует делать или говорить. Мне все это незнакомо. Но что еще хуже, теперь я знаю, что все, похоже, ненавидят меня — в том числе и моя лучшая подруга, которая исчезла одновременно со мной, — а почему, я даже не могу вспомнить. — Я оглядела комнату глазами, к которым подступили слезы. — А еще мое второе имя Джо. Ну кто дал ребенку такое ужасное второе имя?

Несколько секунд Скотт хранил молчание, а потом опустился передо мной на колени. Это было более чем странно — смотреть в его лицо, а видеть свое собственное, но более твердое и решительное.

— Сэм, все будет в порядке.

Моя нижняя губа задрожала.

— Все так говорят… Ну а что, если этого не будет?

Он ничего не ответил.

Ведь если что-то было не в порядке, то вряд ли уже будет иначе. Я застряла в жизни, которую не помню, втиснутая в оболочку этой девушки — Саманты Джо Франко, и чем больше я узнаю ее, тем сильнее начинаю ненавидеть.